Чтение онлайн

— А что люди говорят?

— А кто будет говорить? Соседка Насти? Вы б на нее посмотрели! Эта будет молчать до последнего вздоха. Из нее клещами слова не вытянешь. Напарница моя пыталась ее разговорить. И как она ей ответила? «Милочка, знайте свое место». Да и вообще, люди из этой компании только между собой общаются. Они даже на наш пляж не ходят.

— Почему? Плохой?

— Наш пляж — самый лучший в курортном поселке, — обидевшись на Алинины слова, с гордостью заявила Зинаида. — Просто рядом пляж пустой. Там находится пансионат, но, как правило, отдыхающих в нем мало. А эта компания там от посторонних глаз скрывалась. Я даже подумывать стала, уж не сектанты ли?

— Так они сектанты?

— Нет, это я поначалу так думала, но потом, когда присмотрелась, усомнилась. Сектанты не пьют, а я ведь вам говорила, что в день приезда они хорошо надрались. Ну и к бабам они не липнут. Сектанты.

— А к кому они липли?

— Да к Насте и липли! Вы б ее видели! Высокая, стройная и не какая-нибудь заморенная, а что ни есть «кровь с молоком». К ней сразу двое клеились.

— Кто?

— С пятого домика. Один такой накачанный. Спортсмен, похоже. Другой, напротив, рыхлый, как перекормленный ребенок.

— И кому она отдавала предпочтение?

— Не могу сказать. Признаюсь честно, я по одному разу видела ее с одним и с другим. Был еще случай. В четверг вечером я ее засекла в беседке. Вон в той, где парочка целуется, — Зинаида рукой показала на дорожку, огибающую здание столовой. В глубине, между сосен виднелась беседка с двумя силуэтами внутри. — Она, знаете, так мило беседовала с мужчиной, тем, что с женой и детьми приехал, а сегодня утром умотал.

— Должно быть, у вас хорошее зрение, — позавидовала Алина, сощурив глаза, но так и не рассмотрев беседку.

— Я ведь не отсюда смотрела, а с дорожки, когда шла на вахту.

— И что, девушка так смело любезничала с мужчиной, когда у него жена под боком?

— Так по этой дорожке отдыхающие мало ходят. Вход в столовую расположен с другой стороны, двухэтажный корпус далеко, а коттеджи еще дальше. И потом, я же не говорила, что они целовались. Нет, ничего такого не было. Он ей что-то веселое рассказывал, а она заливалась смехом.

— Вполне возможно, это был всего лишь приятный разговор, — высказала я свою точку зрения.

— Или легкий флирт, — добавила Алина. — Почему нет? Надо бы поинтересоваться, кем числилась Настя в этой фирме.

— Да, но для начала узнаем фамилии всех членов компании. Зинаида Михайловна, так можно ли взглянуть на ваш журнал регистрации?

— Мы ведь уже договорились, — Зинаида коснулась рукой кармана, в котором была спрятана купюра. — Только давайте встретимся где-нибудь не здесь и не в корпусе.

— Почему?

— Понимаете, я здесь работаю и хочу работать дальше. А вы все-таки родственники подозреваемой, ведь пока ничего не доказано и не опровергнуто. Поэтому я не хочу, чтобы меня заметило начальство рядом с вами. Еще заподозрят в пособничестве родственникам убийцы.

«Что ж, по крайней мере, женщина откровенна. Конечно, обидно слышать такие слова, но если уж мы взялись за тайное частное расследование, и нам не стоит афишировать свои связи с обслуживающим персоналом», — подумала я и посмотрела на Алину, чтобы по ее выражению лица понять, согласна ли она со мной.

Алину слова Зинаиды задели, она сдвинула брови и надменно произнесла:

— Женщина, в уголовном праве есть такое выражение — презумпция невиновности. Пока вина человека не доказана, его нельзя считать преступником, а родственники тут уж совсем ни при чем.

— Алина, не спорь. Нам действительно лучше оставаться в тени. Зинаида Михайловна, назначайте место и время встречи.

Мишина кивнула.

— Давайте через час у калитки.

— Какой калитки?

— Той, что ведет в лес.

— Хорошо, через час мы там будем.

Мы оставили Зинаиду наедине с тазиком с давно остывшей водой. Очевидно, она облегченно вздохнула нам вслед и принялась спешно скрести пятки. Мы же направились к беседке, в которой Зинаида два дня назад видела Настю с мужчиной, предположительно, ее шефом. Место в действительности оказалось безлюдным. За десять минут, что мы там провели, по дорожке не прошла ни одна душа.

— Зинаида права, — сказала Алина, — отдыхающие здесь не ходят.

— Значит, парочка хотела укрыться от посторонних глаз? — предположила я.

— Или случайно забрела. Хотя чего было бродить, если жена под боком?

— То-то и оно. Что ж, расклад достаточно банальный. Шеф и подчиненная.

— Да, шеф и подчиненная, — повторила за мной Алина. — Ты думаешь… — она разочарованно посмотрела на меня и сморщила нос.

— Алина, мне кажется, рано делать какие-либо выводы. Пошли отсюда. Время у нас еще есть, пойдем, побродим по территории, приглядимся к отдыхающим, — я выскользнула из беседки и пошла в сторону центральной аллеи.

Два раза мы прошлись по центральной аллее, к реке и обратно. В «Сосновой роще» контингент отдыхающих в основном подходил под определение «женщины и дети», то есть отдыхали здесь преимущественно мамаши с детьми, или бабушки с внуками, или няни со своими подопечными. Дедушки попадались, но значительно реже бабушек, а вот мужчин старше двадцати и младше шестидесяти нам с Алиной встретить не довелось. Да и что им тут делать? Отдых здесь, на мужской взгляд, скучный: на территории нет ни бильярда, ни теннисного корта. Ну, пару дней можно позагорать на пляже, пару дней с книжкой поваляться. А дальше? Даже грибы в лес не пойдешь собирать. Июнь — месяц не грибной. Другое дело приехать на выходные с компанией и оторваться на славу. Что, собственно, и сделали служащие пока неизвестной нам страховой фирмы. К сожалению, никого, кто бы, на наш взгляд, мог иметь отношение к фирме-юбиляру, мы на аллее не повстречали.

— Ей-богу, глаз положить не на кого, — заскучала Алина, глядя на сопливых ребятишек и их заботливых мамаш. — Вот поэтому я и не люблю отдыхать в этих местах. И сервис так себе, и кухня однообразная. А публика… — она тяжело вздохнула. — Ну вот скажи, кто сюда поедет?

— А мне нравится. — Я втянула в себя насквозь пропитанный сосновым ароматом воздух. — Воздух… Даже голова закружилась.

— Голова у тебя не кружится, а идет кругом. А это две большие разницы. И не от воздуха, а от происходящих событий. Ладно, давай окинем зорким взглядом публику, кто бы мог прикончить Настю? Она? — Алина показала взглядом на худосочную старушку, с восторгом рассматривающую вместе с внуком красивую бабочку, присевшую на куст жасмина.