Чтение онлайн

На сей раз экипировка заняла у нее один час пятнадцать минут. Ну что ж, примерно на это я и рассчитывала. Алина резко затормозила свой «Опель» в моем дворе и нетерпеливо просигналила, мол, я уже здесь, а тебя все еще нет.

Вместо приветствия я дала ей понять, что сегодня не время опаздывать:

— Почему так долго? Устала в окно выглядывать, договорились же, через двадцать минут.

— Двадцать минут, двадцать минут… Мне только в гараж пятнадцать минут бежать! — фыркнула Алина и сделала вид, будто возмущена моими необоснованными претензиями.

— Зачем тогда обещала?

— Опять придираешься к словам? Садись давай, чем раньше выедем, тем раньше приедем.

Я плюхнулась на переднее сиденье.

— А теперь все по порядку, — потребовала Алина. — Что произошло?

Я пересказала мой краткий разговор с Аней и Зинаидой Михайловной.

— В голове не укладывается! Чтобы Степа кого-то убила? Да этого не может быть, потому что быть не может. Слушай, — Алина отвела взгляд от дороги и уставилась на меня.

— Алина, ты не туда смотришь, — напомнила я подруге о том, что она все-таки находится за рулем, а не на лавочке в сквере. — Следи за дорогой.

— Слушай, что мне сейчас пришло в голову. А вдруг наша Степа оборонялась?

— Нет, я уже думала об этом, — отвергла я с ходу Алинину мысль. — Никто из нас, и тем более Степа, не носит в кармане кирпич.

— Девушку убили кирпичом?

— Не знаю, — смутилась я. — Ей проломили череп.

— Тогда могли чем угодно. Вариантов много: утюгом, бейсбольной битой, монтировкой…

— Алина, ты видела у Степы биту или монтировку? И вообще, она такой товарищ, что скорее сама умрет, но не причинит зла противнику. Она патологически против всякого насилия. Она даже считает, что серийным убийцам следует давать три пожизненных заключения, как будто они столько протянут в тюрьме, а не смертную казнь, как они того заслуживают. Разве ты ее не знаешь?

— В том-то и дело, что знаю. Вот это и странно: Степа — и убийство. Да что толку гадать, приедем на место и разберемся, — обнадежила меня Алина и свернула с шоссе на проселочную дорогу.

До дома отдыха «Сосновая роща» оставались считаные километры. Мы ехали по лесу. На холмах росли высокие корабельные сосны. В низинах красовались белостволые березы. Кое-где попадались заросли лещины. Не выжженная жарким солнцем июньская зелень радовала глаз своей изумрудной свежестью. Тишина и покой. В другой раз остановили бы машину, вышли в лес, вдохнули прозрачный воздух… Голова закружилась бы от обилия кислорода…

Но что толку от этих красот, если у тебя на душе скребут полтора десятка кошек?

Остаток пути мы молчали. И я, и Алина про себя гадали, есть ли на белом свете причина, по которой Степа могла бы убить. Ничего путного в голову не приходило. Не было такой причины!

То и дело попадались детские оздоровительные лагеря и туристические базы.

— А вот и наш дом отдыха, — обрадовалась я, увидев знакомый кованый забор, выкрашенный в черный цвет.

Алина уперлась автомобилем в ворота и заглушила мотор.

— Пошли искать сторожа, чтоб пропустил на территорию, — сказала она и устремилась к калитке, расположенной рядом с воротами.

База отдыха занимала большую площадь в лесу и состояла из двухэтажного жилого корпуса, возведенного в конце семидесятых, столовой и пяти коттеджей повышенной комфортности, построенных совсем недавно. Еще здесь были детская площадка, футбольное поле, время от времени служившее местом проведения культурно-массовых мероприятий, маленькая лодочная станция на реке и пляж. В целом «Сосновая роща» была известна в народе как пристойное место для отдыха. И хотя цены на путевки кусались, пустых номеров в сезон в доме отдыха не было.

Когда я захотела поселить на две недели Степу и Аню в «Сосновой роще», меня предупредили, что номера в коттеджах все уже выкуплены, остались только комнаты в двухэтажном корпусе, и если мы не поторопимся, то нам может не достаться и этих. Пришлось соглашаться на двухкомнатный номер в старом корпусе, к этому времени к Степе и Ане добавился Санька.

Алина пошла искать ключи от ворот, а я — Аню и Саню. Детей я нашла в холле корпуса. Они сидели на диванчике, прижавшись друг к дружке, как два перепуганных птенца, которые выпали из гнезда и теперь обречены на верную гибель.

— Мама! — завопила Аня, увидев меня, входящую в двери.

— Тетя Марина, наконец-то! — выкрикнул Саня.

Оба ребенка бросились мне на шею.

— Потише, вы меня сейчас повалите. Я не тяжелоатлет, чтобы выдержать ваш совместный вес. Пошли в номер, расскажете, что произошло.

— А маму вы видели? — Санька затеребил мой рукав.

— Видела.

— Давно?

— Три минуты назад, — пошутила я, стараясь снять напряжение с детей, но, глядя в непонимающие Санькины глаза, решила не мучить ребенка. — Мы вместе с ней приехали. Она машину на стоянку отгонит и сразу придет.

Вдоволь потискав своих детей, мы с Алиной приготовились слушать их рассказ о вчерашнем вечере и днях, предшествующих ему. Начала Аня:

— Собственно, я даже не знаю, что рассказывать. Мы очень хорошо отдыхали, Степе не мешали, она нам тоже.

— Что значит не мешали Степе? Уточни, — попросила я.

— Как что? В номере не шумели, по дивану не прыгали. В основном мы пропадали на детской площадке. Она могла нас наблюдать с балкона. В лес не удирали, на пляж ходили вместе. Короче, были паиньками, как ты нас просила. Ей всего-то было нас позвать на завтрак, обед и ужин. Степа отдыхала на всю катушку.

— Не понимаю, что она делала?

— Развлекалась соответственно своему возрасту, — пришел на помощь своей подруге Санька. — Степа или на лавочке сидела с книжкой, или с балкона за нами следила.

— Мало ей книг в своей библиотеке, — тяжело вздохнув, сказала Алина.

— Ну да, — согласилась Анюта. — И нас еще хотела за книжки засадить, но мы не дались. Что главное для ребенка в летний период? Правильно, свежий воздух. Впереди зима со снегом и слякотью, тогда и будем сидеть дома, книжки читать. А сейчас, летом, нужно больше двигаться и гулять. Степа с нами согласилась, взяв с нас слово, что с территории дома отдыха мы ни ногой.