Чтение онлайн

Фрэнк сжал зубы, сглотнув комок в горле, закрыл рукой лицо.

— Извините меня, мой друг, — Роджер дружески похлопал его по колену. — Я больше не буду тревожить вас этими воспоминаниями. Расскажите мне немного о себе. Вы говорили, что хотели стать певцом? Что же вам помешало?

Фрэнк отнял руку, вздохнул. И через силу объяснил:

— Мать сказала, что я стану певцом только через её труп. Она хотела, чтобы её сын стал солидным человеком, приобрёл вес в обществе. Артист — ненадёжная профессия. Хотя на рояле немного играю до сих пор. И пою. Но у меня, наверняка, другой тембр голоса, чем у вашего племянника.

— Нет, у вас на удивление схожие голоса. Кстати, Эдвард тоже неплохо пел. У него был большой диапазон, три с половиной октавы. Академическая техника.

— Нет, у меня меньше, — усмехнулся Фрэнк. — Максимум две.

— Он получил хорошее воспитание, иностранные языки, музыка, потом закончил Кембридж. У него была светлая голова. До определённого момента. Но вы не должны беспокоиться так уж сильно. Я — друг Алана Райзена, — в уголках рта Роджера появилась злая улыбка и быстро исчезла. — Можно сказать, лучший друг. Мне позволено больше, чем остальным. Но все равно не переходите границу.

— Роджер, если вы друг Хозяина, почему вы не расскажите ему о том, что творится на заводе Хаммерсмита? Хотя бы в общих чертах, без подробностей.

— Ну, во-первых, как я объясню, что узнал об этом? Знаешь, дорогой Алан, с завода Хаммерсмита ко мне пришёл инженер. Он был очень болен, я оплатил его лечение, пластическую операцию, чтобы выдавать за своего племянника. Это немыслимо. Я подставил бы себя под удар. А, во-вторых, даже, если бы Райзен узнал, он бы не стал ничего делать.

— Почему?

— Он ни во что не вмешивается. Считает, что бизнесмены сами должны регулировать свои отношения с наёмным персоналом. Полная свобода. Во всем. А, вы обманули меня, мой дорогой, — добавил Роджер без тени упрёка, явно, чтобы перевести разговор на другую тему. — Сказали, что эти браслеты нужны вам, чтобы прикрыть шрамы от кандалов, а сами делали страшное оружие.

— Роджер, ну какое оружие?! Пугач. Электрошокер.

— Когда тела этих несчастных обуглились до костей, я заметил, что в шоке были все. Ну, кроме вас, конечно. Вы ощущали себя Зевсом-громовержцем. Я думал, вы собираете новый «движок» на моем заводе, а вы делали ужасное оружие, чтобы продемонстрировать его на глазах Райзена. Другого места не нашли.

— Я лишь немного усовершенствовал то, что было с помощью этой замечательной штуки, как вы её называете — сыворотка А-192. С ней можно горы свернуть.

— Не увлекайтесь этим сильно, — предупредил Роджер. — Но зачем вы бросились спасать Камиллу? Её жизни ничего не угрожало. Этот паяц собрал бы кошельки и ушёл, никого не тронув.

— Роджер, а если этот мерзавец изнасиловал бы её на глазах всех, мужа?

— Какое вам до этого дело? Альтруистические порывы не приветствуются в нашем городе.

— Почему?

— Моральный каннибализм.

Фрэнк удивлено поднял брови:

— Вы шутите?

— Альтруизм, самопожертвование — нравственная основа коллективизма, коммунизма. Всё, что ненавидит Райзен. Если вы не хотите нажить себе врага в лице Хозяина, забудьте раз и навсегда эти привычки.

Фрэнк издал короткий смешок, но спорить не стал.

— Роджер, а что это за существа в клубе. Похожие на зомби?

— На кого? Не совсем понимаю, что вы имеете в виду. Вы видели тех несчастных, кто обезумел от употребления сыворотки. Обычно они находятся в закрытых районах города, но порой вырываются оттуда и нападают на нормальных людей. Они агрессивны, очень опасны.

— И что мешает их уничтожить?

— Это очень сложно, их ряды постоянно пополняются. Некоторых пытаются лечить. Как, к примеру, моего племянника.

— А если его вылечат, вы меня пристрелите? — поинтересовался Фрэнк с иронией.

— Вряд ли это возможно. Впрочем, теперь я скорее пристрелил бы его, чем вас. Я смог убедиться, что вы более полезный член общества.

— Я так и не понимаю, Роджер, зачем я вам нужен?

— Не торопите события, мой дорогой. Вы все узнаете в своё время.

Фрэнк нахмурился, ушёл в себя.

— Дорогой мой, надеюсь, вы не думаете, что я собрался сделать из вас своего любовника? — наконец прервал молчание Роджер. — Ради этого я не стал бы так рисковать. Я женат, моя жена находится в той же клинике, что и мой племянник. Её тоже пытаются лечить. Совершенно безрезультатно.

Фрэнк бросил на него взгляд, заметив, как печальной дымкой подёрнулись глаза Роджера.

Глава 4

Фрэнк ощутил, как земля уходит из-под ног.

Саммерс похлопал его по щеке и, скаля зубы, с наигранным дружелюбием изрёк:

— Ну что ты, Фолькленд, падаешь в обморок, как барышня. Будь мужчиной, тебе недолго осталось им быть.

Оглушительно забилась кровь в висках. Понимая, что у него нет никаких шансов спастись, он все равно начал с невероятной силой вырываться из рук надзирателей под гадливым взглядом Саммерса, получавшим невероятное удовольствие от унижения жертвы. С него сорвали одежду, бросили его животом на узкий стол, один из охранников прижал его спину, которую затянули кожаными ремнями.

Кто-то подошёл сзади, резко развёл его ноги — острая боль обожгла задний проход.

— Расслабься, получи удовольствие, — услышал он насмешливый голос.

Стало трудно дышать, казалось, он ощутил у самого горла, как его словно проткнули колом. Чья-то вонючая ладонь заткнула рот, он уже не кричал, а рычал. Ощущал, как текут по ногам струйки крови и спермы, и с каждым толчком по телу прокатывается невыносимая волна боли и стыда.

Он услышал горячий шёпот Саммерса:

— Правда, здорово? А, Фолькленд? А сейчас будет ещё лучше!