Чтение онлайн

Тут Сандра спохватилась, бросила сковородку и с ужасом по­смотрела на дочь.

– О боже, Николь, ты ничего не слышала!

– Вы с ней?– изумленно повторила Николь.

– Пожалуйста, Николь, ни слова бабушке! Она убьет меня. Она не хотела, чтобы ты знала. Думала, что ты будешь ее сты­диться. Забудь то, что я сказала.

– Разве я стала бы стыдиться собственной бабушки? Но забыть я тоже не смогу. Расскажи мне правду, – прошептала Николь.

– Правду о чем? – властно спросила Рини Тернер, стоявшая на пороге кухни с ключами в руке.

Николь решила выбрать другой день, чтобы бросить курить. Стоило бабушке начать, слова полились из нее рекой, как будто она давно мечтала рассказать Николь правду. Когда Рини Тернер перебралась из Ирландии в Лондон, ей действительно шел сем­надцатый год. Но Николь ни разу не слышала о том, что Рини сбежала из дома, забеременев от одного местного парня, который и в мыслях не имел жениться на ней. Она жила на маленькой фер­ме близ Редлайона. Николь помнила, что так назывался городок, в котором поселилась сестра Сэм Смит. Но рассказ бабушки был таким невероятным, что она ничуть не удивилась этому совпаде­нию.

– Жизнь тогда была совсем другой, – говорила Рини. – Ни­коль, ты не можешь себе этого представить, но забеременеть до свадьбы у нас считалось позором и смертным грехом. Мои род­ные ничего не знали, Да я и сама почти ничего не знала. Ни о ка­ком изучении основ секса тогда и слыхом не слыхивали. Мне было ясно одно: я должна уехать, иначе вся моя родня умрет от стыда.

У Николь заныло сердце при мысли об одинокой девушке, вы­нужденной бросить дом и семью, потому что она жила в эпоху, когда на беременность вне брака было наложено строжайшее табу.

– К счастью, моя сестра Хизер, упокой господь ее душу, соби­ралась в Лондон учиться на сиделку. Она была старше меня на три года, и однажды ночью я рассказала ей все. Хизер взяла меня с собой в Лондон и позаботилась обо мне… Когда родилась твоя мать, у нас с Хизер уже было свое жилье. Она всем говорила, что я вдова и что мой муж погиб во время несчастного случая на строй­ке. Тогда в Лондоне было много строителей из Ирландии, и ник­то этому не удивлялся. А потом я встретила твоего дедушку Чарли Тернера, и он действительно был твоим дедушкой. Потому что любил Сандру, как свою собственную дочь!

Николь сохранила лишь смутные воспоминания о добром седом дедушке, умершем, когда она была маленькой.

– Бабушка, почему ты ничего мне не рассказывала? – спро­сила она. – Неужели я бы тебя осудила?

Впервые в жизни Николь увидела, как ее бабушка смущенно потупилась.

– Я много раз собиралась, но не могла найти подходящий мо­мент.

– Мама, у Николь тоже есть новость, – с улыбкой сказала Сандра. – Они с Дариусом Гудом любят друг друга. Она собира­ется снять себе квартиру и жить отдельно.

– Надеюсь, не с Дариусом? – сердито спросила Рини. .

– Нет, – ответила уязвленная Николь. – Кстати, я думала, что он тебе нравится.

Бабушка улыбнулась.

– Нравится, – подтвердила она. – Он настоящий джентль­мен и подходит тебе. Я только не хочу, чтобы ты торопилась. Те­перь тебе нужно думать о карьере. Ты же не захочешь оказаться связанной по рукам и ногам, верно? Мы с твоей матерью хотели бы, чтобы ты чего-то добилась, а уже потом обзавелась семьей. Я смотрела по телевизору «Горячую десятку» и могу сказать, что всем остальным певцам до тебя далеко! – убежденно сказала Рини.

Николь засмеялась.

– Ах, бабушка, ты пристрастна!

Она поцеловала бабку и мать и побежала наверх, чтобы позво­нить Дариусу. Теперь она была уверена, что Тернеры без нее не пропадут.

Сэм примеряла свое сногсшибательное платье. Оно чрезвы­чайно шло к ее смуглой коже и прямым длинным платиновым волосам, падавшим на плечи. Переливающаяся ткань в тонкую полоску, сладострастно льнувшая к телу, и вызывающе низкий вырез делали ее похожей на голливудскую диву, собравшуюся на церемонию, вручения «Оскара».

На двери шкафа висел другой подходящий наряд – черный костюм от Прада, очень дорогой и модный. Но Сэм была по гор­ло сыта сдержанным деловым стилем – и наплевать, что на вру­чении «Лимона» будет присутствовать босс, который ясно давал ей понять, что она ему нравится. Сэм не сомневалась, что сумеет справиться со Стивом; кроме того, ей хотелось впервые предстать перед Морганом в полном блеске. Пусть она и не относилась к той возрастной группе, которую предпочитал Морган, но выглядела неплохо и собиралась перед отъездом на церемонию заскочить к Бенсону и поздороваться.

– Привет! – начала репетировать она, крася глаза перед зерка­лом. – Я забежала на минутку, чтобы вернуть вам видеокассету…

Нет, неубедительно. Да и какого черта?! Разве нельзя просто прийти к нему и сказать: «Привет! Мне захотелось показаться вам перед выходом. Что вы скажете об этом платье?»

Сэм знала, чего хочет. Она хотела, чтобы его узкие глаза цвета карамели широко раскрылись при виде ее обнаженных плеч, по­крытых бронзовой пудрой с блестками, чтобы потом его оцени­вающий взгляд скользнул в возбуждающую ложбинку между гру­дями и загорелся от желания. Когда Морган увидит ее в этом пла­тье, половина дела будет сделана.

Сэм была уверена, что и Морган к ней неравнодушен, ждет от нее сигнала. Считает ее сильной женщиной, которая не любит, когда мужчины позволяют себе лишнее. Что ж, настало время показать, что любовь и уважение могут идти рука об руку.

В пять часов Сэм накинула просторное пальто из темно-фио­летового бархата и отправилась в соседний дом.

В это время отделочники обычно завершали свою бурную дея­тельность, и, если повезет, она сможет остаться с Морганом на­едине. Однако ее ожидало разочарование: входная дверь была от­крыта, и Сэм услышала стук молотков.