Это следы курицы

Алан Маршалл

ЭТО СЛЕДЫ КУРИЦЫ

Перевод Н. Ветошкиной

Миссия Мапун расположилась на западном берегу полуострова Кейп-Йорк. Именно там я впервые встретил Элана и Реймонда.

Реймонду было четыре года, а Элану шесть. Они были сыновьями мистера Кейна, главы миссии Мапун.

Вначале наши беседы проходили сдержанно, потом знакомство достигло той стадии, когда каждый из нас уже проникся к другому уважением и мы стали затевать длинные дискуссии на всевозможные темы, во многом находя общий язык.

Элан и Реймонд постоянно снабжали меня разными сведениями и настаивали на том, чтобы я заносил их в свою записную книжку и впоследствии где-нибудь использовал.

Реймонд был крепкий, подвижный мальчишка. Его ладное тело было темно-коричневым от загара; он, так же как и его брат, носил только короткие штанишки. Реймонд с готовностью пускался в любое рискованное предприятие, а Элан охотно признавал его явное превосходство в этом отношении и постоянно восхвалял смелость Я отвагу Реймонда.

Элан не отличался столь крепким сложением, как Реймонд, и его больше влекли интеллектуальные приключения в царстве философии.

Реймонд всякий раз с нетерпением ждал его глубокомысленных замечаний, и, когда Элан начинал излагать свою точку зрения по тому или иному вопросу, Реймонд выслушивал его с почтительным вниманием.

В это утро мы втроем говорили о домашних животных, и Элан рассказал следующую историю:

– У меня был поросенок, но он подох, и у Реймонда ; был поросенок, но он тоже подох. Мой, поросенок выбежал в дождь из дому - топ-топ-топ-топ. А потом вбежал обратно - топ-топ-топ-топ. А потом снова выбежал на дождь топ-топ-топ-топ. Он лежал под дождем, и Рози - это наша повариха - подняла его и поднесла к огню. Он согреется, объяснила она, и откроет глаза. Но он глаза не открыл. А потом взял и подох, по-настоящему подох. Я ревел всю ночь.

– Очень жаль, когда животные подыхают, - заметил я.

– Да, - сказал Элан, - как плохо все устроено: маленьким детям дают маленьких животных, а те подыхают. Например, щенки. Взрослые не играют с собаками, и им все равно, если собака подыхает. Дети играют с собаками и очень по ним горюют, когда собаки подыхают.

Как-то я отдыхал, сидя на песке; ленивой походкой, вразвалку ко мне подошел Элан. За ним плелись Реймонд и какой-то темнокожий мальчик.

Они встали передо мной и потребовали, чтобы я выполнил обещание, которое дал им утром.

– Ты не забыл о прогулке?
– спросил Элан.

– Нет, - ответил я, - станет попрохладнее, пойдем.

– А мне уже прохладно, - заявил Реймонд.

– Правда?
– без особого энтузиазма откликнулся я.

– Мы готовы, - сказал Элан.
– Надо, чтобы ты был готов, а за нами дело не станет.

Темнокожий малыш не произнес ни слова. Он стоял позади, сосал палец и пугливо смотрел на меня.

– Ну что ж, - сказал я.
– Пошли. Реймонд, будучи истинным джентльменом, положил руку на плечо темнокожему мальчугану и сказал:

– Это Джон. Он пойдет с нами. Он нам нравится.

Я почувствовал, что это решительное заявление было сделано в предвидении возможного возражения с моей стороны, и разрядил напряженную атмосферу, воскликнув:

– Здравствуй, Джон, ты и мне тоже нравишься.

Джон был молчаливым спутником, но хорошим товарищем. Реймонд поверял ему свои тайны, то и дело, обняв его за плечи, он с таинственным видом что-то шептал Джону на ухо. Что это были за тайны, я так и не узнал. Пока они шептались, мы убавляли шаг, дожидаясь их, а потом шли дальше - на наши планы это не влияло.

Мое внимание привлекли следы на песке. Все живое, что двигалось по мелкому песку под кокосовыми пальмами, оставляло на нем свои следы, и каждое утро по ним можно было обнаружить, где проползали ящерицы, жуки или змеи.

– Никогда не видел здесь ящериц, а на песке полно их следов, - заметил я.

– Они выползают только по ночам, но я их видел, - сказал Элан.

– Должно быть, и змеи выползают тоже по ночам, - пробормотал я.

– Почти все звери выходят гулять по ночам, - сказал Джон.

– А вот следы ястреба, - объявил Реймонд и присел рядом на корточки. Я взглянул на следы.

– Нет, это следы курицы, - поправил я.

Реймонд еще раз быстро оглядел следы.

– Нет, ястреба, - сказал он и плотно сжал губы.

– Курицы, - упрямо повторил я.

– Ястреба.

– Курицы.

Положение становилось щекотливым. Нашей экспедиции угрожала опасность. Я не мог придумать выхода и мысленно уже готовился к тому, что нам придется расстаться.

Тогда вперед выступил Джон и стал изучать следы; на лбу его при этом образовалась легкая морщина. От комментариев он воздержался, но я заметил, что, отойдя он стал рядом с Реймондом. Это было плохим знаком.

Элан решил взять инициативу в свои руки. Он присел около следов и сказал, обращаясь к Реймонду:

– Это все-таки следы курицы, Реймонд.
– Повернувшись ко мне, он добавил: - Но раньше Реймонд правда находил следы ястреба.

– Много раз, - тут же вставил Реймонд.

Джон подтвердил это и усиленно зачесал в затылке.

– В этом я нисколько не сомневаюсь, - сказав я.

Опасная минута миновала.

Мы поднялись все разом и отправились дальше, рассуждая о следах вообще.

– А ты запишешь то, что мы тебе рассказали, когда придешь домой? спросил Элан.

– Запишу.

– Ну так не расспрашивай больше никого о следах, Мы тебе о них все рассказали.

– А я и не собираюсь кого-нибудь расспрашивать, - сказал я.
– Вы сообщили мне все, что меня интересовало.

– Мы еще гораздо больше знаем, - заявил Элан.
– Если будешь с нами ходить гулять, мы тебе еще много о следах расскажем. Правда, Реймонд?

– Да, - подтвердил Реймонд.

Восхищенный взгляд, который Джон бросил на Реймонда, говорил о том, что и он так считает.