Ева. Маленькое новогоднее чудо...вище...
Шрифт:
Алекс замолчал, видимо представляя умертвие в виде компактного бруска костей и мяса. Я же, наоборот, очень старалась этого не сделать – подташнивать начинало от одной мысли. Чтобы хоть как-то отвлечься, нашла глазами Костика и сказала тоном детсадовского воспитателя:
– Видишь, что такое некромантия? Это могущественная темная магия, Костик!
– О да! – внезапно выдохнул парень с выражением «фигасе, как мне подфартило!» на лице. – Я такой идиот!
– Ну… – протянула, полностью соглашаясь, но не совсем понимая, почему у него такой странный возбужденный голос. – Зачем же так сразу…
– Нет, ты только подумай! – перебил Костик. – Я же не те трупы выкапывал! Если я могу оживить любое тело, то нужно было выбрать что-то реально классное. Что-то запоминающееся! Весомое! Тираннозавра, например…
– Чего?! – вытаращились мы на некроманта.
– Да ты только представь: мой верный раб, домашний любимец, тираннозавр Рекс! Приносит мне тапки и охраняет дом. Кормить не надо, спит стоя… О! Я буду ездить на нем верхом, и никто не посмеет встать на моем пути!
– Не хочу тебя расстраивать, – сухо кашлянул Шурик, – но упырь запросто набросится на кормящую руку, если у нее не хватит сил его контролировать.
– Значит, нужно больше тренироваться!
– Чувак! – рявкнул, не выдержав, заклинатель. – Ты о чем? Какие тренировки?! Ты с десяток трупов оживил, а потом запер их в склепе, потому что не знал, что с ними делать!
– Ну, блин! – развел руками Костик. – Я до сегодняшнего дня вообще в некромантию не верил. Конечно, немного растерялся. Но теперь, получив шанс воскресить динозавра…
– Кажется, он как-то неправильно понял общую концепцию, – растерянно пробормотала я.
Алекс мрачно усмехнулся:
– Ничего! Сейчас разберемся с Шархи, а потом займемся воспитанием энтузиастов.
– Будешь пугать? – понимающе ухмыльнулась я, касаясь носом его щеки.
Алекс чуть обернулся, шутливо чмокнул меня в лоб и серьезно ответил:
– Или бить. Посмотрим по обстоятельствам.
Александр Соколов
Говорят, обезьяна стала человеком, когда взяла в руки палку. Так вот: ничего подобного! Чтобы сделать человека из обезьяны, палку должна была взять другая обезьяна. И хорошенько ухандокать первую. Потому что эволюция – дело, конечно, отличное, но лень сильнее. И заставить кого-то трудиться порой можно только пинком. Как вот Костика, например.
– А почему именно я должен убирать в склепе? – возмутился он.
Поля злобно покосилась на сокурсника:
– Потому что, если бы не ты, падла, там бы сейчас не валялись обгоревшие человеческие кости и куски железа от каталок!
– К тому же там совсем немного уборки, – подышав на закоченевшие пальцы, участливо добавила Ева. – Подмести, чтобы сторож ничего лишнего не обнаружил, и слегка протереть камень от копоти. Если хочешь, я даже могу тебе…
– Не вздумай! – шепотом перебил я.
Ведьма хлопнула ресничками:
– Почему? Мне несложно и хотя бы согреюсь. К тому же погода портится, так что нужно поскорее заканчивать и убираться с этого кладбища…
На последнем слове я просто закрыл ей рот ладонью. Ну, блин! Что за человек? Опекать некроманта: это ведь даже звучит смешно! А уж из уст ведьмы…
Кстати, а с какого это перепугу она так прониклась? Меня в свое время чуть живьем не сожрала, а этому помощь предлагает. Может, он ей понравился?!
Подозрительным взглядом скользнул по Костику: тощий, мелкий… Фиговенький конкурент, однако. Еще и нервный какой-то. Пожалуй, не стоило так внимательно его рассматривать, а то он аж дергаться начал…
– Ты еще здесь?! – Я типа недовольно изогнул бровь.
Некромант опасливо покосился на склеп и неуверенно отступил на шаг.
– Я это… – пробормотал, складывая руки на груди. – Туда не очень… того… может, оно само как-то, а?
Мягко улыбнувшись, я протянул руку к готессе.
Без лишних вопросов она вручила мне тяпку.
– Хорошо-хорошо! – на удивление быстро сообразил последующее развитие событий Костик. И юркнул в склеп быстрее, чем я успел замахнуться, а Ева – возмутиться.
Только, по ходу, зря я все же ему не врезал. Исключительно в целях профилактики. Может тогда, двадцать минут спустя, когда я спустился проверить, а не окоченел ли там случайно наш уборщик, я не застал бы его на полу играющего в кости. Вернее, с любознательностью ребенка наблюдающего, как черные обгорелые части скелета нехотя подергиваются вслед за движениями его шаловливых рук.
Я прямо там и застыл, на ступенях.
– Ты что, – спросил, стараясь держать себя в руках, – совсем охренел?!
Он поднял глаза и уставился на меня, как жертвенный агнец на палача:
– А что не так? Вы же все равно сказали их выбросить!
Честно признать, у меня слова в горле застряли. Очень захотелось подойти, взять его за шкирку и со словами: «Плохой некромант! Плохой!» – ткнуть носом в кости. И тыкать, пока не дойдет. Может, кстати, так бы и сделал, если бы сзади не раздался звук быстрых шагов и в склеп не спустилась Ева. Как всегда вовремя.
– Ой, а что вы тут делаете? – спросила тоном заботливой мамаши. Надо признать, слегка переиграла, потому что даже Костик недоверчиво сощурился. – И почему так долго? – добавила, задумчиво созерцая представшую перед ней картину.
Я резко обернулся.
– Да потому что этот идиот… – рявкнул, указывая рукой на вполне очевидную причину задержки, но Ева так на меня посмотрела, что рот закрылся почти сам собой.
– Костик, – сказала она предельно спокойным тоном, – там, на улице, начинается метель. Еще немного, и нам будет проще ночевать в больнице, чем возвращаться домой.
– А мне все равно, – пожал плечами некромант. – Мое общежитие рядом.
Я скрипнул зубами:
– Чувак, ты, кажется, недопонял…