Ева
Шрифт:
– Иди обслужи клиентов, – тихо сказала она ей на уху и уже громко для покупателей. – Вот наш лучшей консультант – Ева, поможет вам подобрать парфюм.
И только тогда Павел обернулся и увидел ее. Он тоже остолбенел. Он совсем не ожидал увидеть ее. Более того, он был поражен тем, как она хороша. Последний раз, когда он ее видел, она напоминала ему школьницу, еще совсем ребенка. А сейчас перед ним стояла красивая девушка. Пораженный ее красотой, он потерял и дар речи.
Ева собралась первой.
– Добрый день, – выдавила она из себя улыбку. – Прошу к витрине.
Павел хлопал глазами, смотрел на нее и не понимал, что она говорит. Его девушке пришлось дергать его за руку и едва не тащить к витрине.
Ева стала предлагать ароматы, девушка Павла живо интересовалась каждым, внимательно слушала подробные описания Евы и с удовольствием нюхала каждый преподнесенный пробник. А Павел все молчал и не мог вымолвить ни слова. В итоге он, как послушный болванчик расплатился, за духи, выбранные его девушкой, и она утащила его из магазина. А он все оборачивался и смотрел на Еву, будто все еще не верил своим глазам, что это она.
Как только пара скрылась из виду, Ева отпросилась у администратора на перерыв и скрылась в туалете. Эмоции накрыли ее, она не смогла сдержать слез и впервые за долгое время разревелась. Может она и выползла со дна социальной лестницы, но ее жизнь по-прежнему представлялась ей убогой и никчемной.
К работе она вернулась с трудом. Едва смогла скрыть следы рыданий. И до конца дня была грустная. А вечером, когда закончился рабочий день и все засобирались домой, ее снова ждал сюрприз. Павел вернулся, только на этот раз один.
– Привет, – наконец заговорил он.
– Привет, – поздоровалась она.
– Можно я тебя провожу?
Ева оглянулась на своих коллег. Вся эта ситуация со стороны, наверное, выглядела подозрительно, но она так и не решила, как лучше поступить, и согласилась.
– Хорошо.
Они вместе вышли на улицу. Пока шли до дверей, Ева вспомнила, как он предложил ее проводить до дома несколько лет назад еще в школе. Тогда он тоже был таким же скромным и растерянным. И ее захлестнула новая волна чувств. Вдруг снова поверилось, что все может быть иначе.
Они шли молча. Павел все подыскивал слова, а Ева ждала чтобы разговор начал он. Ей еще не было понятно, почему он вдруг вернулся. Так, молча, они дошли до ее дома.
У подъезда она остановилась.
– Извини, я не могу пригласить тебя на чай. Хозяйка квартиры не разрешает приводить гостей.
Павел мялся, он все смотрел на нее и пытался подобрать нужные слова, но они не приходили.
– А я и забыл, какая ты красивая, – наконец выдал он.
Ева смутилась.
– Ты пришел мне сказать об этом?
– Нет, просто я вдруг подумал…
– О чем?
– Что мы могли бы…
– Что могли?
Нерешительность Павла начинала ее раздражать.
– Могли бы снова попробовать.
– Что попробовать? – Ева так и не понимала, на что он намекает.
– Ну как? Мы с тобой…
И тут Ева поняла, что ему самому сложно решиться. Будто бы он сам не был уверен, в том, что действительно этого хочет.
– А как же твоя девушка? Сегодня она получила в подарок знак твоей любви. И наверняка ждет от тебя завтра продолжения. Ты что бросишь ее?
Павел замялся. А Ева подумала, что когда-то он предал ее, а теперь собирался предать другую. Он явно не знал, чего хочет. И его нерешительность помогла ей принять решение.
– Извини, но я уже с кем-то встречаюсь, – сказала она.
Она развернулась и пошла к подъездной двери.
– Ева! – окрикнул он ее.
– Что? – она обернулась. – Прости меня, – сказал он.
– Тебе не за что просить прощения.
– Я должен был приехать на похороны и поддержать тебя.
– Ничего, я справилась.
На этих словах Ева открыла подъездную дверь. Но прежде, чем скрыться за нею, еще раз обернулась.
– Паша! – окрикнула она его.
Он все еще смотрел на нее. А его имя из ее уст звучало особенно.
– И не приходи больше, не хочу, чтобы вы с моим парнем пересеклись. Он у меня ревнивый.
Он промолчал и ничего не ответил, а она тут же скрылась за дверью.
А в квартире ее снова одолела тоска, и она снова разрыдалась. Ее проклятая гордость не дала ему шанса объясниться. И почему она была столь категорична? Почему не выслушала его? Почему не могла простить? Сейчас ей было еще хуже, чем днем. Она ругала себя и кляла за то, что не смогла смерить свое обиженное эго.
Находиться в четырех стенах в таком состоянии невыносимо. И уже ночью она пошла прогуляться, чтобы разгрузить голову и привести мысли и чувства в порядок. По ходу прогулки она приметила небольшое ночное кафе и зашла в него погреться и выпить чашечку кофе. Заказала себе капучино и чизкейк и уединилась за столиком у окна.
Безмятежно допивая свой кофе, она вдруг увидела знакомое лицо. В кафе вошла девушка, вызывающе одетая. Она вспомнила ее, это была та «ночная бабочка», что окрикнула ее тогда ночью у сберкассы. Их взгляды невольно встретились. Ева засмущалась и отвела взгляд в сторону. А девица тоже заказала кофе и прямиком направилась к ней.
– Что опять ночью одна бродишь? – с ходу спросила она, по всей видимости узнав Еву.
– Это запрещено? – вопросом на вопрос ответила Ева.
– Нет. Присяду? – спросила та.
– Да, пожалуйста, – без задней мысли позволила Ева.
– Холодно на улице, – объявила девица, – зашла погреться. Денек сегодня что-то не очень.
– Да уж, – согласилась Ева.
– Когда-то я тоже пыжилась и старалась, – заявила та. – Но потом сдалась. Сожрала меня столица. Быстрых денег захотелось, – призналась она.