Чтение онлайн

— Поэтому я и сменил тактику, продолжив вылазки в одиночку. Это моя тактика использования дара, самая эффективная на данный момент, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Я всегда могу уйти от атаки и напасть с другого направления. В этом моя сила. А не стоять в одном ряду и ждать удара.

— Так не годится. Хорошо, что эти противники были достаточно медленными, но от пуль ты не увернешься, а, отпрыгивая, можешь подставить под удар союзника, — покачал головой Михаил. — Для работы в команде она заведомо проигрышная. Ты должен научиться.

— Стоп, — бесцеремонно прервал я боксера. — Я понимаю твое желание привязать меня к отряду, но с чего ты взял, что я сам на это соглашусь? Особенно после всего произошедшего. К тому же ни один из вас не ответил на мой вопрос — сколько таких крохотных поселений в округе? Кто-то вообще занимался эвакуацией?

— У нас были другие задачи, — неохотно ответил Михаил. — Да и у тебя вроде тоже.

— Придется их отложить, — покачал я головой, прекрасно осознавая, что каждая спасенная жизнь — это не только добавка мне к восстановлению энергии, но и минус к пище призраков и одержимых. Да и других тварей, включая рептайдов. — С данного момента мы будем вытаскивать всех, кого встретим. Это не обсуждается.

— Ладно, — спустя почти минуту тяжелого молчания ответил Михаил. Мне было понятно его смущение, он понимал, что мой посыл в данном контексте единственно правильный. Почти сразу я понял и хитрость, о которой он умолчал, для того, чтобы не останавливаться, достаточно просто не говорить мне о тепловых сигналах, вот только сканеры бронетранспортера работали независимо от его желания, а я сразу пристроился, чтобы их видеть.

— По левой стороне, поверни, — скомандовал я наводчику, заметив на его экране несколько оранжевых пятнышек. Солдат чертыхнулся, но команду выполнил, а спустя десять минут и пять убитых одержимых мы эвакуировали очередную группу выживших. Последние споры утихли, когда в соседнем доме нам без потерь удалось снять осаду спрута, освободив несколько семей, забаррикадировавшихся на чердаке.

В результате за восемь часов мы отправили на стоянку почти пятьдесят человек. Прикончили около полутора сотен тварей и подняли ранг нескольким навыкам. Я лично прокачал воду и молнию. На их улучшение ушло по одной полоске энергии, в то время как на телепорт нужно было уже три.

И все же совсем без проблем не обошлось. После отправки пятой группы на той стороне портала я увидел недовольного Вячеслава, который пропустил людей, но коротко попросил пояснить, с чего вдруг такое массовое пополнение. Места на парковке было завались, а вот с пропитанием могли возникнуть некоторые проблемы. После чего я не терпящим возражения тоном разъяснил магистру, что это мои проблемы и мои люди.

В следующий раз пришлось потратить в два раза больше маны — выжившие уносили с собой все припасы. А еще через одну ходку — завалиться на склад магазина, находящегося у самой кромки воды. Но дальше пошло легче, и, сделав существенный крюк, мы выехали к перешейку. Карты оказались весьма достоверны, и разлив подступающего океана подобрался к самому парку, затопив здания вокруг до окон первого этажа. Мы свернули к небольшой церквушке и оказались зажаты между деревьями и приливом.

— Дальше дорога только через парк, Каратель не плавает, — сказал водитель, откинувшись в кресле. — Поворачиваем?

— Нет, на севере ситуация вряд ли лучше, — помрачнев, ответил Михаил. — Нужно попробовать прорваться по краю и выехать к МКАДу.

— Откуда такое нежелание заезжать в парк? — удивленно спросил я.

— Там потерялись три разведгруппы, — ответил боксер, решив не скрывать информацию. — Два пеших отряда и один на БТР с ПТУР-ами. При этом всего в нескольких десятках метров от него вполне безопасно, а вот заезжать в зону деревьев не стоит.

— Дождемся отлива, — немного подумав, кивнул я. — Незачем лишний раз рисковать.

— Это через двадцать часов, — заметил Михаил, сверившись с планшетом.

— Ничего, у нас как раз будет шанс проехать по восточной кромке воды, — ответил я, немного подумав. — Вытащим еще несколько семей, заодно посмотрим, как далеко вода прошла.

С таким планом спорить никто не стал, и мы медленно покатили вдоль сдуваемой ураганом воды. Ветер гнал волны на восток, но океан неумолимо поднимался, затапливая все новые и новые дома. Единственное, что меня радовало, — продвижение шло не такими быстрыми темпами, как в первые дни после катастрофы.

— Множество тепловых сигналов, — заметил стрелок в башне. — Двести семьдесят по ходу движения. Прямо этаж заполнен, большое поселение.

— Ого, это находка, — воодушевленно сказал Михаил, и, вместе с ним выглянув через лобовое стекло, я увидел горящие окна даже не на одном, а на трех этажах.

Семнадцатиэтажка стояла к ветру торцом, и большинство окон выше третьего оказались целы. Дом громоздился на небольшой возвышенности, прячась за невысоким забором, щедро опутанном колючей проволокой. На балконах виднелись трубы генераторов, а горящий в окнах свет, словно маяк, оповещал всех о том, что тут есть жизнь.

— Похоже, они неплохо устроились, — уважительно сообщила Ольга, с которой мы все же познакомились ближе после второй или третьей успешной стычки. Одаренная тоже имела несколько способностей, как и мы с Михаилом, но показала только огонь, с которым ловко управлялась, создавая как струю пламени, так и отдельные шары.

— Да, проход только к центральному подъезду, — согласился Михаил, всматриваясь в темноту. — И его легко контролировать даже одним стрелком. Не уверен, что колючка поможет против призраков и одержимых, но, судя по клочкам мяса, кого-то она все же остановила. Возможно, даже спрута.

— Это было бы замечательно. Решить хоть одну из проблем таким простым путем, — сказал я, готовясь к высадке. — Нужно узнать, как они приспособились, может, что-то полезное для себя вынесем.

— Постой, — задержал меня Михаил, показывая на стену здания. — Видишь?

Яркий свет фар выхватил едва заметное граффити, будто для экономии краски исполненное всего пятью линиями — толстая центральная палка, заканчивающаяся крылышками, и две обвивающие ее змеи. Конечно, это могло быть и совпадение, просто случайность — одиночка-вандал, который перед апокалипсисом испортил фасад. Но это не «Цой жив» и не что-то популярное вроде глаза или перечеркнутой свастики.