Чтение онлайн

— Бедный мистер Морден, — вздохнул Вир и осушил кубок. — Туда ему и дорога, — оскалился он в улыбке.

— Именно! — хохотнул Лондо, разлив по новой. — Из него получился отличный кокон, такой противный, что я даже перестал глупо себя чувствовать в этом их зерговском приветствии, — Молари изобразил богомола с разведенными в сторону лапами.

— Вообще-то… ладно, ничего, — махнул рукой Вир.

— И все же?

— Ну, это у них что-то вроде шутки над нами, мягкотелыми.

— Хм, — задумался Молари, — ну и демоны вселенной с ними, — махнул он рукой.

— Они сами за них, — рассмеялся Вир.

— Да, есть в них что-то этакое. Однако они теперь наши главные союзники и надежда.

— Но им потребуется наша помощь.

— И мы, верней, теперь уже ты, ее окажешь.

— Разумеется.

— Ну-ну, не грусти, Вир.

— Просто мне трудно представить себе Вавилон без вас.

— Ерунда, ты меня отлично заменишь.

— Предлагаете стать завсегдатаем казино?

— Конечно! Центавр силен традициями, и раз уж я стал основоположником одной из них, то тебе придется соответствовать.

— Не все старые традиции стоит сохранять, Лондо.

— Но и не ото всех стоит отказываться, — парировал Молари. — Идем, я тут немного отложил для сегодняшнего вечера, — и он потряс увесистым позвякивающим мешочком.

— Тогда нам стоит сделать кое-что еще, — усмехнулся Вир.

— М-м?

— Традиции, Лондо, традиции, — с этими словами Вир подошел к статуэтке богини Иллариус и окропил ее остатками бизари из кубка.

— Вот, теперь можно и предаться пороку азарта.

— Хм, а пожалуй, ты прав, — кивнул Молари и плеснул в чашу для подношений остатки из собственного бокала, после чего задумался на секунду и вытащил из ящика палочку благовоний. Поместив ее в держатель, он провел пальцем по выгравированной в основании молитве-просьбе. Давно простаивавший без движения механизм не подвел. Статуэтка засветилась, а помещение начали наполнять приятные ароматы. — Вот, теперь все правильно. Идем.

Пропустив Лондо вперед, Вир бросил взгляд на статуэтку капризной и своевольной богини. Удивительно, но ему показалось, что он ощутил на себе чей-то насмешливый взгляд. Все же у посла была не рядовая фигурка для туристов, а настоящее произведение искусства. Повинуясь внутреннему порыву Вир совершенно искренне прошептал молитву и был изрядно удивлен тем, насколько легко она ему далась. А ведь обязательные обращения к богам он учил лишь в детстве, и они ему никогда особо не давались. Слова на старом, почти забытом ныне языке были нелепы и бессмысленно сложны. Тогда они казались чушью, но сейчас внезапно обрели смысл и наполнились глубиной его собственной искренности.

— Сын, я отправляюсь с флотом в систему Сомаче. Наша месть практически завершена. Еще немного, и от дракхов останутся одни воспоминания. Да примет Прародитель их души. И да не будет он спешить с их возрождением.

— Отец, это моя обязанность! Ты слишком стар и даже говоришь с трудом. Останься дома, позволь мне…

— Нет. Я объявил Священную Войну. Мне ее и заканчивать.

— Ты можешь умереть!

— Тогда война закончится раньше.

— Побеждать не требуется, так?

— Да, сын. Мы — пример. Наглядный урок.

— Боюсь, его не все поймут, а многие вообще сочтут нас…

— Разве это важно?

— Нет, отец. Ты прав.

— Хорошо. Прощай, сынок. В этом теле я не вернусь. Стар слишком.

— Прощай, отец.

Сотни кораблей, составляющие первый ударный флот мши, тремя колоннами устремились в огромную воронку гиперперехода, поддерживаемую стационарными вратами. Им предстоял путь до шестьдесят седьмого сектора второго квадранта по общегалактической карте. Туда же летели остатки войск дракхов, в надежде отвлечь врагов и дать возможность своим кораблям-базам прорваться на территорию условных союзников. В эту же точку неслись эскадры призраков, той их части, что еще не утратила веру в свой загубленный эксперимент. Быть может, они просто мучились чем-то вроде раскаяния? Кто же их разберет.

Тени давно уже стали подобны собственным слугам, только их господином была идея — не ее дух и суть, а всего лишь буква. Слепое следование когда-то, невероятно давно принятой доктрине вело их долгие и долгие годы. Впрочем, всему приходит конец, даже они устали быть теми, кем стали. По большому счету, они просто не хотели уже оставаться собой. Беда лишь в том, что они не могли принять это сразу, были вынуждены выкручиваться и оправдываться достижением старой цели. Наверное, они просто боялись, там, в глубине, в самой сердцевине своей сути, они банально боялись признать свою ошибку. Сказать себе, что были неправы и принять это, а не ограничиться констатацией факта. Можно ли это рассматривать как свет, родившийся из тьмы? Да! Искра в них появилась, искорка, слабенькая, робкая, горячая и невероятно уязвимая. Но она — была!

— Противник выходит из гипера!

— Открыть огонь.

— Есть открыть огонь!

Жоц испытывал удовлетворение. Он прошел свой путь до конца, этот бой будет для него последним, и месть будет завершена. Так или иначе. В старом мши не было ненависти или злости, он просто делал то, что должен был сделать. Не больше, но и не меньше.

Выходящие из гиперпространства желто-бежевые корабли дракхов один за другим напарывались на потоки разрушительных энергий, попадали под град из сгустков, похожих то на шаровые молнии, то на вытянутые переливающиеся жемчужины, словно ножами пластались всевозможными полями и гибли, взрывались, разваливались, уничтожались. Броня разлеталась в клочья, конструкции каркаса мгновенно таяли, тела экипажей попросту испарялись, но они все так же шли в свой последний бой. Их орудия били в ответ, и один за другим корабли мши присоединялись к павшим врагам. Значки на проекции тактической обстановки гасли.

— Второй эшелон, вперед. Третий, разделиться, начать охват противника.

— Есть.

Серия прямых попаданий сотрясла линкор «Жаскаб» в тот момент, когда последние из воронок перехода захлопнулись, породив кратковременный и локальный, но весьма мощный всплеск энергии в виде сонма излучений.

— Палуба два и три, повреждены сектора с пятого по семнадцатый. Батареи шесть, семь и девять уничтожены. Эффективность заградительного огня снизилась на семнадцать процентов. Излучатель-два выведен из строя, пожары в отсеках два и три, склад четвертой палубы уничтожен, нарушение энергоснабжения седьмой батареи, перешли на кристалл, — передал капитану мысль-доклад лейтенант.

— Принял. Развернуться на тридцать градусов, продолжаем вести огонь. Ремонтным командам приступить к ликвидации последствий. Приоритет — излучатель.

— Есть.

— Два корабля в зоне обстрела носовых орудий. Открываю огонь.

— Подтверждаю.

Раненый, но далеко не побежденный линкор довольно шустро для своих габаритов довернул в сторону и его корпус осветился вспышками залпов. Два корабля дракхов, что недавно нанесли ему удар, разлетелись тысячью обломков, но на их место пришли другие.