Чтение онлайн

Но это нормально. Это привычно. Уже и не вспомнить, когда было иначе.

Было ли вообще?..

На чёрном холсте — разноцветные потеки от фонарей, далекие жёлтые солнца окон тёплых домов. Реальность запутанных городских лабиринтов кажется ещё более зыбкой, когда последние ориентиры исчезают. Пытаешься вспомнить, как здесь оказался, что было пару минут назад, где ты, куда идешь, откуда…

Память предательски молчит. Как будто ничего и не было до этого момента, а все ледяные осколки, всплывающие в голове, перепутанные, противоречивые — всего-навсего игра воспаленного воображения, пытающегося закрыть чем-то зияющую бездну. Отчаянные попытки вспомнить, что было, что приснилось, а чего никогда и не случалось.

Но вот тишину нарушает далекий лай псов. Вместе с ударившим запахом угрозы он напоминает об опасности. Надо бежать.

Куда?.. Неважно.

Откуда?.. Хотя бы прочь из этого переулка.

Волчица проползает в щель под закрытыми воротами городского парка.

Их не открывали с осени, замок намертво пристыл к обжигающе-холодному металлу створок. Протиснуться в узкий проём тяжело, края створок царапают по и без того ободранной шкуре. Но зато следом точно никто не пойдет.

Здесь будет безопасно.

Деревья стоят облетевшие, скамейки обледенели, пруды покрылись льдом. Мощённая светлым кирпичом дорожка, ведущая вглубь, заметена тонким слоем снега, идущего волнами от каждого порыва ветра. Над закованной в лёд рекой возвышается мост, а над ним башенка со старыми часами.

Память утверждает, что осенью эти часы шли. Сейчас их стрелки заледенели, механизм встал. Время не идет. Порой кажется, что здесь вообще не существует времени, и коль скоро ты придешь сюда ночью, утро для тебя так и не наступит.

В каком-то смысле, это впечатление было не так уж и далеко от истины. Но тогда она об этом ещё не знала.

Городские парки — чарующее, волшебное место. Словно небольшие островки жизни посреди холодного бетонного лабиринта. Зимой, конечно, тут не найдешь тепла — да и откуда бы ему тут взяться? Здесь нет даже труб, у которых можно обогреться, а редкие постройки максимум ограничиваются беседками, да иногда статуями и огромными металлическими конструкциями парка аттракционов. Но зимой здесь всё пустует. Особенно в такой лютый мороз.

Зато необычно тихо. Спокойно. Безопасно.

Единственная угроза: околеть.

Голод дает о себе знать. Но за высоким непреодолимым забором лает свора не менее голодных собак. Озверелые, они загрызут заживо, если высунешься обратно. Остается переждать здесь, пока уйдут. Боль потихоньку-помаленьку отступит, а холод привычен. Залижешь раны, прежде чем вновь высунуться в поисках еды и тепла.

Главное — не заснуть здесь. Это будет хороший сон, очень хороший. Да вот только увы — последний. Правда, ты об этом ещё не знаешь.

Морда натыкается на что-то ледяное. Не сразу удается понять, что это такое, в темноте плохо видно, и волчица просто обходит препятствие. Но следующая преграда ждет уже в сугробе под фонарем, выхватывающим из мрака чью-то… замерзшую фигуру. Спящий кот. Холодный, аж лапы жжет при прикосновении. Волчица тихо скулит: отчего-то жутко выглядит эта фигура. Слишком реально, и этим пугает.

Зверь пятится, но новая статуя ожидает её за пару шагов назад — на бордюре у мощенной дороги. Ледяная белочка покачнулась от неловкого удара лапой — и разбилась о бетон и лед дороги, рассыпавшись на мелкие осколки.

Занесённые снегом ледяные скульптуры по всему парку. Но подойди ближе, и поймешь, что это совсем не статуи. Они как живые.

Как уснувшие. Навсегда.

Это — те, кто ненадолго прикрыл глаза и задремал в царстве замороженного времени. Неподвижное тело быстро замерзает. Но ты не проснешься от холода, ты не заметишь, как замерзнешь насмерть.

Спросишь, почему?..

Грёза. Сладкая грёза, столь прекрасная, что ты не захочешь возвращаться из неё. Смертельная доза обезболивающего. Ты смутно это понимаешь, да только мёртвый тихий мирок через игры холода уже вводит тебе этот укол. Усталость уже давит на плечи, силы и желание сражаться за жизнь, бежать прочь отсюда — утекают вместе с теплом и всё ещё капающей на снег кровью.

Закрой глаза… ты ведь сможешь проснуться?..

* * *

Во тьме что-то мелькает, словно пробуждая от навалившегося сна. Чёрное на чёрном. Рядом захрустел снег, зашуршали ветки.

Здесь есть кто живой?

Это казалось безумной мыслью, но она согревала. Волчица кинулась на звук, но добежав до кустов, со всего размаху налетела на ледяную статую. Тявкнув, она попятилась назад. Звук донесся вновь, с другой стороны. Как во сне, кидаясь между статуями, она погналась за неуловимым наблюдателем, уже не обращая внимания на зудящую лапу, на усталость, голод и мороз.

Здесь был кто-то живой. Живой. Среди этих выглядящих живыми мертвецов, пугающих, страшных, утягивающих за собой жгущими ледяными лапами.

Кто-то…

Новая статуя на пути оказалась совсем не ледяной и вообще не статуей. На полном ходу волчица налетела на нечто чёрное, удивлённо и тихо вякнувшее от неожиданности, — и вместе, клубком, они пропахали вниз по склону, закончив дорогу в глубоком сугробе.

Нечто пару секунд жёлтыми глазами созерцало уставившуюся на неё чёрную гору меха, прежде чем ткнуть лапой в нос, твердо отводя волчью морду от себя.

Это была лисица.

Весьма крупная чёрная лисица. Чёрт её знает, каким образом не замерзшая в этом парке. Чёрт знает, что вообще тут делающая!

Волчица смятенно отошла на несколько шагов назад, решив, что её не рады тут видеть, а лисица тут же скрылась в кустах. Постояв озадаченно пару минут, в недоумении пялясь вслед, волчица побежала напролом через шипастые кусты, ища «находку».

Она нашла лисицу снова, несколько метров спустя. Ситуация повторилась — та попросту вяло ткнула лапой в морду, ненавязчиво, но твердо отталкивая от себя. Волк замешкалась. Однако стоило лисице убрать лапу, как тут же полезла снова. Обнюхивать.