Чтение онлайн

— Держу пари, что сегодня уже воскресенье! — сказал я. — Мы здесь торчим двенадцать часов.

Нет, это было утро понедельника. Мальчишка с почты ошеломленно сказал:

— Воскресенье? Да, я забрел сюда в воскресенье вечером! — Он посмотрел вокруг. — Похоже на хронику из Бухенвальда, а?

Предводитель Трудовых Бобрят, благодаря неиссякаемой энергии юности, стал настоящим героем дня. Он построил свое войско в две шеренги, управляясь с ним, как старый армейский сержант. Пока все мы валялись, как тряпки, по углам комнаты, подвывая от голода, холода и жажды, команда растопила камин, притащила одеяла. Положила компрессы на голову Фреду и на несчитанные царапины, заткнула разбитое окно и вскипятила ведро какао и ведро кофе.

Не прошло и двух часов с тех пор, как электричество погасло и «Эйфью» вышло из строя, как в доме стало тепло и все мы были сыты. Тех, кто схватил серьезную простуду, — в основном родителей, которые сидели у разбитого окна все двадцать четыре часа, — накачали пенициллином и срочно отправили в больницу. Молочник, почтальон и полисмен от лечения отказались и разошлись по домам.

Команда Трудовых Бобрят четко отсалютовала и удалилась стройными рядами. Снаружи аварийная команда чинила электрическую проводку. Остались только те, кто был с самого начала: Лью, Фред с Марион, Сьюзен, я и Эдди. Фред был покрыт синяками и ссадинами весьма внушительного вида, но сотрясения мозга у него не оказалось. Сьюзен заснула, как только наелась. Теперь она зашевелилась.

— Что с нами было? — спросила она.

— Счастье, — ответил я ей. — Несравненное, нескончаемое счастье — киловатты счастья.

Лью Гаррисон, похожий на анархиста — с красными глазами и жесткой черной щетиной на подбородке, — что-то лихорадочно писал, забившись в угол.

— Здорово сказано — киловатты счастья. Покупайте счастье — как вы покупаете свет.

— Заражайтесь счастьем, как вы заражаетесь гриппом, — сказал Фред и чихнул.

Лью не обращал не него внимания.

— Развернем целую кампанию, ясно? Первое объявление для длинноволосых: «Зачем покупать книгу, которая может вас разочаровать? За эти деньги можно купить вам шестьдесят часов „Эйфью“. „Эйфью“ никогда вас не разочарует». А для средних служащих мы врежем вот так…

— Ниже пояса? — поинтересовался Фред.

— Да что с вами творится, граждане? — сказал Лью.

— Посмотришь на вас — и можно подумать, что опыт не удался.

— Разве мы рассчитывали на воспаление легких и острое истощение? — сказала Марион.

— У нас здесь были представители всех социальных групп Америки, и мы их всех до одного осчастливили, — сказал Лью. — И не на какой-нибудь час, даже не на день, а на два дня подряд. — Он величаво поднялся со стула. — Единственное, что нам нужно сделать ради сохранения жизни любителей «Эйфью», так это поставить автоматический регулятор, который то включал бы, то выключал прибор, понятно? Владелец его так настраивает, что прибор включается, когда он приходит с работы, потом снова выключается, пока он ужинает; включается после ужина, выключается перед сном; опять включается после завтрака, выключается, когда пора на работу, потом опять включается для жены с малышами. — Он откинул волосы назад и закатил глаза. — А экономия! Боже, экономия-то какая! Дорогие игрушки для ребят — ни к чему. За цену одного посещения кино семья может купить тридцать часов «Эйфью». Вместо двухсот граммов виски можно купить шестьдесят часов «Эйфью»!

— Или большую бутылку цианистого калия на всю семью, — сказал Фред.

— Вы что, не понимаете? — не веря своим ушам, спросил Лью. — Это же воссоединение семьи, спасение американского домашнего очага. Никто больше на будет ссориться из-за того, какую программу смотреть по телику или слушать по радио. «Эйфью» нравится всем без исключения — мы этому свидетели. А нудных программ по «Эйфью» просто не бывает.

Его прервал стук в дверь. Монтажник заглянул в комнату и доложил, что электричество будет включено через две минуты.

— Слушайте, Лью, — сказал Фред. — Это маленькое чудище способно расправиться с цивилизацией быстрее, чем пожар — с древним Римом. Нет, мы не будем заниматься усыплением мозгов, и это окончательно.

— Да вы шутите! — вскричал потрясенный Лью. Он обратился к Марион: — Вы что, не хотите, чтобы ваш муж заработал миллион?

— Только не за счет электронного опиумного притона, — ответила она ледяным тоном. Лью стукнул себя по лбу.

— Да это же то, что нужно народу! Это все равно как Луи Пастер отказался бы от пастеризации молока.

— Приятно будет снова жить при свете, — сказала Марион, чтобы переменить тему. — Свет, горячая вода, насос — о боже!

В этот момент вспыхнул свет, но мы с Фредом уже успели прыгнуть и вместе обрушились на серый ящик. Карточный столик подломился, и штепсель вылетел из розетки. Лампочки «Эйфью» еще минуту светились красным светом, затем погасли.

Фред с невозмутимым видом вынул из кармана отвертку и отвинтил крышку ящичка.

— Хочешь получить удовольствие от борьбы с прогрессом? — сказал он, протягивая мне кочергу, которую бросил Эдди.

Я стал яростно крушить стеклянные и проволочные внутренности прибора. Левой рукой я отталкивал Лью, который пытался заслонить его собой, а Фред мне помогал.

— Я думал, что вы на моей стороне, — сказал Лью.

— Бели ты проронишь хоть слово про это «Эйфью» хоть одной живой душе, — сказал я, — я с превеликим удовольствием и тебя разделаю под орех!

Леди и джентльмены из Федеральной Комиссии по коммуникациям, я думал, что на этом дело и кончилось. По теперь Лью Гаррисон, профессиональный болтун, выдал секрет. Он подал вам петицию с просьбой разрешить коммерческую эксплуатацию «Эйфью». Он сколотил компанию и построил собственный радиотелексоп.

Позвольте снова подтвердить, что Лью ничего не преувеличивает. «Эйфыо» сделает все, что обещал Лью. Счастье, которое он дарит, совершенно и несокрушимо, даже в самой ужасной обстановке. Трагедии, подобные первому эксперименту, легко устранимы с помощью автоматического регулятора, включающего и выключающего прибор. Я нижу, что прибор, стоящий перед вами на столе, уже имеет такой регулятор.

Но вопрос не в том, работает «Эйфью» или нет. Конечно, работает. Вопрос в том, войдет ли Америка в новую историческую эпоху, когда люди больше не будут бороться за счастье, а будут просто покупать его. Не время сейчас превращать состояние транса во всенародное помешательство. Единственная польза, которую мы могли бы извлечь из данного аппарата, — это обстрелять наших врагов шквальным огнем благодушия, установив защитное заграждение для нашего населения.

В заключение я хотел бы сказать, что Лью Гаррисон, который собирается стать царем «Эйфью», — человек непорядочный и не достойный доверия общества. Я бы нисколько не удивился, если бы он установил регулятор вот этого самого «Эйфью» так, чтобы тот повлиял на ваше решение во время обсуждения вопроса… Кстати, мне показалось, что аппарат как-то подозрительно загудел… О, я так счастлив, что плакать хочется! У меня самый славный сынишка, лучшие в мире друзья и сама прекрасная женушка в мире. Ах, наш старый, добрый Лью Гаррисон, вот уж поистине соль земли, можете мне верить! И я от всего сердца желаю ему успеха в этом новом благом начинании!