Чтение онлайн

– Почти угадал, щекан, – похвалил его Пушкин, проведя рукой по влажным волосам. – Герои нужны для того, чтобы местное население ездило на них, аки на ишаках. Хрен они соберутся толпой и вломят какому-нибудь огру по первое число. Нет, они будут ждать героя, который им поможет.

– А зачем нам это делать? – удивился я, заметив, что дождь начал ослабевать.

– А затем, худое ты чудовище, что таким образом повышается репутация героя, – ответил мне тот. – А чем выше репутация, тем больше твой потенциал. Понял? Вот об этом я вчера обещал вам рассказать. Сейчас твой потенциал равен пяти единицам, а вот когда поднимешь репутацию, то и потенциала увеличится. И если вы не будете помогать местным, то очень быстро упрётесь в потолок. Поняли, салаги?

– Да, – в унисон ответили Гриша и Кристина, а я смолчал, покосившись на вытащенные на берег весельные лодки, среди которых обнаружился старенький катер из покрытого синий красной металла.

– Теперь слушайте дальше, – продолжил глава клана, подходя к закрытым воротам деревни. – Сила героя растёт не только от частого использования, но и в большей степени от допинга, который включает в себя зелья и инъекции. Тут уж всё зависит от технологического развития той местности, где вы нашли или купили допинг. Вот в этой деревне вы получите по одной порции зелья сразу после того, как выполните по одному заданию.

– А какие задания? Мы можем пострадать? – робко уточнила Кристина, убирая со лба прилипшую чёлку.

– Надеюсь, что пострадаете, – улыбнулся Пушкин, принявшись бить ногой в ворота. Те аж задрожали, грозя развалиться на отдельные брёвнышки.

– Но нас же вылечат? – это уже Гриша заволновался.

– Возможно. Наш добрый доктор Айзерман мастер вылечивать всякое полудохлое дерьмо, – желчно пояснил тот, после чего грозно заорал в небеса: – Вы чего там?! Уснули?! Отворяй ворота! Герои пришли!

Через пару секунд одна из створок заскрипела и отползла в сторону, после чего в щель высунулась взлохмаченная вихрастая голова, принадлежащая нескладному мужичку в косоворотке.

– Здрасти, – протянул он, подобострастно глядя на Зверя и показывая щербатую улыбку. – А мы вас не ждали.

– Ну и зря, – недовольно проронил Пушкин, отодвинув мужичка решительным движением руки и боком проскользнув между створок. – Кузнец у себя?

– Ага, – торопливо ответил житель деревни, кивая головой и перетаптываясь на месте.

– Отлично. Мы тогда пошли к нему, а ты давай узнай у своих – чем там кому помочь надо. И давай без всякой ерунды… Нам нужен только хардкор: чтобы надо было лезь в берлогу к медведю или идти на стаю волков с голой жопой, – грозно проговорил глава клана, весело косясь на нас.

– Всё будет исполнено в лучшем виде, – искренне заверил мужик, торопливо закрыв ворота на крепкий засов.

Пушкин широко усмехнулся, после чего потопал по грязи вглубь деревни, состоящей из бревенчатых изб, покрытых соломой, и обнесённых невысокими заборами из плетня.

Я пошёл следом за главой клана и втянул ноздрями аромат навоза, который смешивался с запахом яблонь, росших в каждом деревенском дворе. В домах же, несмотря на чертовски раннее утро, мелькали любопытные лица, а не менее любопытные собаки, шастали чуть в отдалении от нас. Они приветливо виляли хвостами под протяжное мычание коров, которые обитали в сараях, облепленных глиной.

Арахна не преминула заметить, ткнув пальцем в одну из дворняг:

– Пры положительной или нейтральной репутации домашные животные никогда не бросятся на героя.

– Даже если он такой урод, как Остряк, – услышал её слова Пушкин, покосившись на меня.

Затем он резко вытянул руку в сторону подошедшей к нему курчавой собаки с добрыми глазами и воздействовал на неё своей силой. Та оторвалась от грязи, пролетела по воздуху несколько метров и шмякнулась в лужу, где обалдело вытаращилась на героя. А тот самодовольно усмехнулся и высокомерно посмотрел на новичков, словно говорил: смотрите, что я могу, уроды.

После этого Пушкин двинулся к забору из окрашенных белой краской досок, за которым скрывался справный бревенчатый дом, ухоженный огород и кирпичная пристройка, из чьей трубы шёл густой чёрный дым. Он был почти таким же, как и тот, который возникал в те редкие моменты, когда готовила моя бывшая девушка.

Я грустно усмехнулся, вспомнив её, а потом услышал вопрос Гриши, который проник внутрь двора следом за главой клана:

– Арахна, а лесные звери нападают на героев?

– Они ведут себя так же, как обычные дикие животные. Еслы им хватит сил, то атакуют, – пояснила опытная героиня, заправив локон за ухо. – А вот чудовыща обязательно нападут. У ных настройки такие: увидел разумного – нападай. И вот ых надо опасаться. А в этом мире их столько, что хоть жопой жуй.

– Ясно, – проронил толстяк, признательно посмотрев на Арахну.

Та хмуро глянула в ответ, а затем закрыла за собой калитку, отрезая наш крошечный отряд от улицы.

В эту же секунду широко отворилась дверь пристройки. Оттуда дохнуло жаром и потянуло дымом, а следом показался широкоплечий черноволосый мужик с густой бородой. Он оказался на голову выше Пушкина и ощутимо шире. Я обратил внимание, что на нём были лишь короткие штаны и кожаный фартук. Ну и на ногах – высокие сапоги на толстой подошве. Похоже, это кузнец.

Он в эту секунду прогудел, вытирая тыльной стороной руки вспотевший лоб с глубокими горизонтальными морщинами:

– Здорова были, герой Зверь.

– Привет, Епифан, – вежливо поздоровался глава клана, срывая с дерева спелое яблоко с красными боками. – Топоры сделал?

– Угу, – кивнул тот, пробежав цепким взглядом карих глаз по нашей геройской банде, а потом степенно скрылся в пристройке.

– Деловой мужик, – прошептал я, тоже сорвав яблоко. – Протобизнесмен.

– Вот тебе обязательно всегда пасть раскрывать? – хмуро выдал Пушкин, грызя сочный плод. – Ты, наверное, мастер куннилингуса. У тебя ведь язык как помело.