Чтение онлайн

У ее подруги – среднего роста тоненькой девушки с пышными каштановыми волосами, – напротив, оказался тихий, низкого тембра голос:

– Валерия Тихомирова, город Москва, – отрекомендовалась она.

– А вы, Ольга, тоже из Москвы? – влез с вопросом длинноволосый улыбчивый парень.

– Да, – кивнула Ольга.

Каркуша, Клава и остальные девушки видели сейчас только спины Ольги и Валерии, поэтому очаровательная улыбка Ольги, которой та одарила членов комиссии, укрылась от них, как и красноречивые взгляды Валерии из-под слегка опущенных ресниц.

– Не надо нам тут глазки строить и улыбаться! – взвизгнула дама в черном костюме. – Отвечайте на вопросы без всяких ужимок!

– Мира Германовна, – с мягкой улыбкой обратился к даме голубоглазый парень. – К чему такие строгости?

Видимо, парень был главней вспыльчивой и грубой Миры Германовны, потому что она, ничего ему не ответив, лишь поджала губы и уставилась на девушек, испепеляя их взглядом своих темных, злых глаз.

– Меня зовут Игорь, – представился парень. – Это, – указал он на сидящего справа от него толстяка, – Федор Михайлович, легко запомнить, как Достоевский… Мира Германовна, – при этих словах Игорь даже не взглянул на нее, – и Анна Павловна. – Он сделал почтительный жест рукой в сторону пожилой, сильно накрашенной блондинки. – Все мы, как вы догадались, представляем отборочную комиссию на реалити-шоу «ЖЗР». Кастинг будет проводиться в два тура. Самым главным является первый, на котором вы все в настоящий момент и присутствуете… Ольга и Валерия, – обратился Игорь к подругам, стоявшим в центре комнаты, – расскажите нам немного о себе: как давно вы дружите, где познакомились, о своих увлечениях… Словом, постройте свой рассказ так, чтобы нам было интересно слушать, и вместе с тем постарайтесь нарисовать перед нами полную картину ваших отношений, с самого начала и до сегодняшнего дня. Только делайте это вместе, у вас должен получиться дуэт, при этом старайтесь друг друга не перебивать… Пожалуйста!

– Мы познакомились в клубе, – начала Ольга. – Года три назад… Мы обе любим Вячеслава Питкуна и пришли на его концерт в клуб «Точка». Питкун – это лидер группы «Танцы минус», – пояснила Ольга и посмотрела на Валерию: дескать, теперь твоя очередь, продолжай!

Валерия, поняв подругу с полуслова, вернее, с полувзгляда, подхватила своим низким грудным голосом:

– Мы стояли с Ольгой рядом, прямо около сцены, и танцевали. Ну, в смысле, пританцовывали в такт музыке. Потом мне захотелось пить, а к стойке идти, пробираясь через толпу, было в лом, ну, в смысле, неудобно… И я спросила у Ольги, нет ли у нее чего-нибудь попить, потому что видела, как она отхлебывала из бутылки с минералкой…

– Спасибо, – прервал рассказ Игорь. – Расскажите нам теперь о своих талантах, и было бы очень неплохо, если бы вы нам что-нибудь показали, станцевали бы на пару или спели… В общем, что угодно! Полная свобода выбора! – Он широко улыбнулся и развел руки в стороны, после чего сидевшая слева от него пожилая Анна Павловна откинулась на спинку стула и принялась рьяно махать листком перед своим немалых размеров носом, будто отгоняя назойливых насекомых.

Ольга и Валерия переглянулись, последовало некоторое замешательство. Очевидно, девушки не были готовы к такому повороту событий и никакого специального номера для кастинга не приготовили. Ольга взяла Валерию за руку, притянула к себе и что-то шепнула ей на ухо. Валерия взглянула на Ольгу полными удивления глазами, что-то шепнула в ответ. Какое-то время девушки оживленно шушукались. Комиссия терпеливо ожидала. Прошло не менее пяти минут, прежде чем подруги робко запели нестройным дуэтом:

зачмокали и заухали девушки, в притворном томлении вытягивая губы.

В этом месте подруги переглянулись, набрали воздуха в легкие, картинно закатили глаза к потолку и затянули по новой, только на этот раз громче и развязней:

Но тут пожилая Анна Павловна не выдержала и, впервые оторвав взгляд от своих бумажек, со всего маху ударила кулаком по столу и выкрикнула зычным, хорошо поставленным голосом:

– Довольно!

Справедливости ради следует заметить, что ни музыкальным слухом, ни певческим голосом Господь ни одну из подруг, к сожалению, не наделил, и их пение производило странное, если не сказать щемяще-жалкое впечатление. В эту секунду Каркуша с ужасом подумала, что их с Клавой «Марш нахимовцев» едва ли окажется более выигрышным. Вся надежда была на Клаву, на ее рисунки…

– Давайте начнем с представления, а уже потом, если возникнет необходимость, побеседуем, – обводя взглядом членов комиссии, предложил голубоглазый Игорь. Вероятно, он действительно был тут самым главным. – Давайте, девочки! – Он одобряюще кивнул Кате и Клаве.

– Можно, я стул возьму? – спросила Клава, указывая на крутящийся табурет, стоявший возле рояля.

– Разумеется, – улыбнулся Игорь. – Можете использовать все, что угодно, – великодушно разрешил он, словно, кроме стула, тут можно было еще хоть что-то взять.

Клава установила стул в самом центре комнаты и, положив на колени лист толстого картона, кнопкой приколола к нему ватман. Коробочку с углями и сангиной она положила на пол. Каркуша, устроившись справа, так, чтобы видеть, что будет рисовать подруга, прочистила горло, готовясь объявить название номера. Так было определено на репетиции. Она делала это уже очень много раз, но то происходило дома…

«Только бы не сбиться и не забыть слова», – подумала она, а вслух произнесла:

– «Марш нахимовцев» в картинках, мимике и жестах.

Каркуша посмотрела на Клаву, та едва заметно кивнула, и они запели звонкими, задорными голосами:

«Солнышко светит ясное!» – Каркуша посмотрела вверх и руками очертила в воздухе большущий круг, а Клава, схватив брусок сангины, принялась быстрыми, размашистыми движениями что-то чертить на бумаге, затем она повернула лист, и все увидели огромное, расплывшееся в широкой щербатой улыбке рыжее солнце.

– «Здравствуй, страна прекрасная!» – продолжали горланить девушки.

Каркуша изобразила дружеское рукопожатие, пожимая в воздухе чью-то воображаемую ладонь, а Клава, отбросив на пол лист с солнцем, теперь демонстрировала комиссии здание Кремля, нарисованное углем, и купола собора Василия Блаженного, искусно выполненные сангиной.

– «Юные нахимовцы тебе шлют привет!» – без малейшей задержки следовала следующая строчка песни, которую Каркуша сопроводила скромным помахиванием рукой, зато Клава исхитрилась за несколько секунд нарисовать целую роту моряков, марширующих в бескозырках с ленточками, развевающимися на ветру.

Члены комиссии взирали на это действо в немом изумлении. Даже пожилая Анна Павловна, которую, казалось, ничем, кроме ее собственной физиономии и бумаг, заинтересовать невозможно, с неподдельным вниманием наблюдала за действиями девочек и чуть ли не приоткрыла от удивления ярко накрашенный рот.