Чтение онлайн

Ночь эта и в самом деле была доброй… Он неторопливо закрыл дверь на щеколду, а старый лекарь шаркающей походкой направился к себе. На сердце у Аквилы было спокойно, словно он наконец добрался до тихой гавани. Полжизни он провел сражаясь с саксами и знал, что сражаться с ними ему предстоит до конца дней своих, пока не встретит он смерть от сакского меча или же не станет настолько дряхлым, что не в состоянии будет удержать в руках собственный. Они как дикие гуси, летящие осенью на юг, их не заставить свернуть с пути, говорил о саксах старый Бруни. И в мозгу Аквилы слова Бруни эхом откликнулись на слова, сказанные Эугеном: «Мы можем скинуть варваров в море и даже какое-то время не выпускать их оттуда…» Эта война не дает передышки. Но сейчас Аквиле казалось, что вот он, причалив к тихой пристани, может немного передохнуть. Кроме того, у него возникло ощущение, что он очень богатый человек: Нэсс отказалась от своего племени, чтобы остаться с ним, а Пескарик при всем народе встал с ним рядом, не побоявшись позора и бесчестья. И это, пожалуй, было лучшее из того, что с ним, Аквилой, когда-либо случалось. И каким-то образом — он не хотел вникать каким — он снова нашел Флавию.

Он взглянул на старый тернослив и увидел, что в его ветвях запутались три звезды Ориона. Кто-то, может быть Нэсс, повесил фонарь в колоннаде, и в свете звезд и бликах фонаря казалось, что на самой дальней границе освещенного пространства торжественно расцвел тернослив и хрупкие сияющие цветы покрыли все ветки.