Чтение онлайн

Потому что подземные тренировочные комплексы не лучшее место для обучения борьбе с воздушным противником. Сомневаюсь, что она даст тебе второй такой шанс.

Каламити и тут так просто не сдался, хвала ему.

Слушай, я был с ними. А ты нет. Я понимаю, что они... ну, могут удивлять. Но если ты узнаешь их получше...

То я увижу, что они вовсе не шпионы? Тон СтилХувза был на грани смешка.

Агась.

Спасибо тебе, Каламити.

Не хитрые и не пронырливые ни на волосок?

Ни на один.

Ты знаешь, что, когда Литлпип спит, она очень мило похрапывает?

Я не хра... а, чёрт!

* * *

Снова в путь?

Я как раз заканчивала одеваться и левитировала свои седельные сумки на их место, когда в комнату вошёл пони в броне, питаемой магией, и сделал своё объявление:

Я буду сопровождать вас до Башни Тенпони. За то, что вы рисковали своими жизнями, чтобы спасти мою. Меньшее, что я могу сделать это эскортировать вас до вашей цели.

Я не знала, что и думать.

СтилХувз, однако, занял твёрдую позицию:

Я настаиваю.

Я нахмурилась. Размышляя, я осматривалась вокруг. В хижине было три комнаты: спальня, основная комната и мастерская в задней комнате. Увидев всё это, я поняла, что СтилХувз предоставил мне свою кровать, и что все, кроме меня, спали на полу. Это заставило меня почувствовать благодарность и вину.

Это была не спальня, в которой я провела последние несколько дней болезни, а главная комната хижины, вмещавшая в себя обеденный стол, ряды железных шкафчиков, стол со светящимся терминалом и несколькими разбросанными наградами в качестве украшения. Над столом висело знамя: половинка яблока со вставкой из трёх волшебных искр, оправленных шестернями, объятых крыльями в форме полумесяцев и перекрытых боевым мечом с защитой для рта на эфесе. Та же эмблема украшала бок боевой брони СтилХувза прямо над тем тем местом, где должна была скрываться его кьютимарка.

Стальные Рейджеры.

Я вздохнула.

Ты должен спросить остальных, сказала я, подтягивая подпругу, и принялась надевать кобуры и перевязи для оружия.

Я уже говорил с ними. Они утверждают, что ты их лидер.

Что? Почему? Я была наименее квалифицирована, чтобы принимать руководство. Потому что радио так говорит? Я добавила это к списку вещей, о которых стоит поговорить с диджеем Пон3, когда мы прибудем в Башню Тенпони.

Я оглянулась на Вельвет Ремеди, но она лежала на полу, а её разум потерялся в шаре памяти Флаттершай.

Я слышала, как Каламити в задней комнате трудился над оружием, что раздобыл в оружейной Стойла Двадцать Девять. У нас были большие запасы патронов малого калибра, но ни одна из наших пушек им не соответствовала. И потому Каламити сейчас разбирал и чинил небольшие пистолеты и маломощные винтовки, для которых эти пули как раз и предназначались. Не то, чтобы мы собирались их использовать, но они всё равно будут нам полезны: оружие и пули были ценным товаром для торговли.

По радио в задней комнате играла радиостанция диджея Пон3. Звуки пони-квартета уступили место песни, полной скорби, страха и надежды. Её исполнял жеребец с приятным голосом, который уже двести лет как мёртв.

"О, как мне бурю усмирить,

Когда война в твоих глазах?

О, как тебя мне защитить,

Когда повсюду ложь и страх?

И когда всё, что было мило,

В руинах обрело могилу,

И вам не выжить здесь

Нам шепчет глас впотьмах."

Прицепляя мою снайперскую винтовку на место, я наконец посмотрела на СтилХувза. Мой ответ был утрачен, когда я увидела, что он смотрит в сторону, его взгляд был сфокусирован на маленькой фотографии в углу комнаты, что я не замечала раньше. Фотографии немолодой оранжевой кобылы с жёлтой, седеющей гривой под её ковбойской шляпой. Он немного качнулся. Я чувствовала тяжесть в комнате, сказавшую мне, что лучше помолчать.

Я подошла ближе, чтобы лучше рассмотреть, но уже знала, что видела эту кобылу раньше. Много раз. Её статуэтка лежала в моей сумке, как и воспоминание о ней с того, что стало последней вечеринкой Пинки Пай. Теперь я была уверена, что воспоминание о СтилХувзе тоже было в том шаре.

Под изображением была витрина. Внутри стояла ещё одна идеально сохранившаяся статуэтка взбрыкнувшей рыжей пони ("Будь сильным") в расцвете молодости. Сверху стояла маленькая обитая шёлком коробочка, очень похожая на ту, что я нашла в сейфе Винил Скрэтч, и в которой лежал единственный шар памяти.

СтилХувз пошевелился снова только когда кончилась песня и последний припев растворился в тишине.

Ты знал её, да? спросила я мягко и осторожно.

СтилХувз обернулся в мою сторону.

Откуда мне? Она умерла двести лет назад.

Я взглянула на него не осуждающе, только с пониманием. Он твёрдо выдерживал взгляд в течение нескольких секунд, пока я наконец не отвернулась.

Из задней комнаты раздался голос диджея Пон3:

"Ну как, уже навострили ушки, мои верные слушатели? Потому что я говорил, а кое-кто из вас, похоже, не слушал. Уже который год я напоминаю вам, что гули и зомби не одно и то же. Гули это пони, которые имели несчастье впитать большую дозу магической радиации и не умереть. Эта штуковина гноит и выворачивает их тела, но, в отличие от зомби, их души такие же, как у остальных пони, и они заслуживают соответствующего к себе отношения.

Что ж, некоторые из вас, пони из Башни Тенпони, не поняли моего послания. И когда Шериф Роттингтейл продолжил настаивать, чтобы его и его гулей пустили внутрь, просто потому, что их уже тошнит от травли мантикорами и резни с кровокрылами, Шеф Грим Стар начальник службы безопасности Тенпони, ответил тем, что нанял кучку головорезов, чтобы те зачистили жилища вдоль Линии Селестии.

В своём интервью, когда его спросили, как он умудрился стать таким мешком дерьма, Шеф Грим Стар сказал следующее:"

Другой голос грубый и раздражённый донёсся через динамики радио:

"Отъебись. Я сделал то, что было правильно для тех, кого я поклялся защищать."

Голос диджея Пон3 вернулся.

"Так отрадно знать, что есть пони, твёрдо отстаивающие предубеждения и фанатичную нетерпимость, не правда ли? Спасибо, Шеф Грим Стар, и пусть Селестия одарит тебя поцелуем с солнца."

Последнее явно было произнесено сквозь сжатые зубы.

Я покачала головой. С одной стороны, я, в общем-то, чувствовала облегчение, услышав новостную сводку, не относящуюся ко мне. Но с другой стороны, я сталкивалась как с пони-гулями в лице Дитзи Ду, так и с настоящими пони-зомби. Я знала разницу. И потому сама идея о том, что кто-то поддерживает массовое избиение невинных гулей, не желая видеть различие, вызывала у меня боль и окрашивала зрение в красный цвет.