Чтение онлайн

Удивительно гармоничные личности наших писателей, живописцев, композиторов, ученых XIX века - результат именно такого, благоприятного для мозга и души воспитания. Но и ломала судьбы этих людей окружающая действительность нещадно: состоятельные и просвещенные родители могли обеспечить им идеальные условия только в детстве, только до выхода из родного дома в официальный мир (пансион, университет, военную школу).

Между тем уже начавший формироваться Гений прежде всего свободолюбив, независим, демократичен: он лучше всех понимает и активно исповедует идею равенства и единства людей. Он не способен признавать авторитет места, чина, положения в обществе (а не ума, не великой души, энциклопедической образованности, добытой огромным трудом). Каково же ему, например, в николаевском лакейском обществе?

Защитная кора может быть снята и в зрелом возрасте, и тогда болезненно, поскольку стала прочной. Это может произойти в том случае, если человек, имевший неблагоприятные для развития мозга условия в детстве, огромным напряжением воли, души, интеллекта позже сам разбудил свой полудремлющий мозг. Разбудил, например, мощным порывом к знаниям, к науке или настойчивым желанием дойти до сути в решении принципиально важных для него и для общества проблем.

Снятие оболочки во взрослом состоянии возможно и в том случае, если человек всю жизнь, несмотря на дремотное состояние мозга, был неизменно добр к людям, трудился не ради лишней “дубленки”, а ради общего блага, процветания страны, укрепления ее могущества.

В обоих этих случаях Природа, прежде чем решиться на снятие защитной коры, начинает проверять человека на нравственную стойкость: он проходит через ряд страданий, несчастий, болезней.

Сверхзадача всех этих испытаний - выяснить, сумеет ли человек остаться Человеком в любых, даже самых неблагоприятных условиях? Не станет ли лакеем у сильных, чтобы облегчить свою участь, заслужить их снисходительность? Не озлобится ли: не будет ли за свои несчастья мстить всем окружающим?

Если человек после всех испытаний не сломался, остался нравственно сильным и добрым, если он искал здоровья прежде всего в единстве с Природой, а не в обилии микстур или бутылок другого рода, то Природа начинает доверять человеку - чистоте его помыслов, его мужеству. Она знает теперь, что он не обратит открытую для него мощь космического интеллекта против других людей, не унизит себя воровством, лицемерием, меркантильностью… И вот тогда ему разрешается напором собственной здоровой энергии (но и с помощью Космоса) сбросить защитную кору. Кора трескается - в самом буквальном смысле, и мозг воссоединяется с породившей его материей (или энергией) - с непрерывно струящейся вокруг, насыщенной электричеством и магнитными токами мыслящей энергией пространства.

Выдерживать испытания человеку помогает горячее сердце, открытое людям, и масштаб мысли, величие души, не замыкающейся на собственных бедах, несмотря на выпавшие страдания.

Как в открытый Космос человек не может выходить без скафандра, так в атмосферу открытой для него космической мысличувства он не может выходить без встречного вихря идущих от него самого вибраций высочайшей нравственности и молниеносного интеллекта. Это - его естественная защита от “жесткого излучения” космоса, от свободно проходящей через человека электромагнитной мощи, заряженной мыслью-чувством.

Только для интеллекта (без открытого сердца!) подключение к космической энергии так же опасно, как и только для открытого сердца, без развитого интеллекта: в том и другом случае человек может не выдержать мощи нахлынувшей на него информации и будет балансировать на грани душевного заболевания, а то и провалится в него.

Тем не менее к “бредовым” идеям сумасшедших нужно относиться серьезнее: за счет своего состояния они порой прорываются к истине, недоступной “трезвым”, здоровым людям (за исключением Гениев),- ведь они находятся в почти постоянном контакте с окружающей мыслящей энергией, не будучи способны отключиться от нее.

Самый большой грех человека перед Природой - грубое, жестокое обращение с душевнобольными: их чувствительность к впечатлениям бытия тысячекратно острее, чем у здоровых людей, поскольку их мозг лишен защитной энергетической коры. Стонет не только страдающий больной человек - стонет вся живая материя вокруг. И расплата за это бывает тяжелой как для виновных в жестокости, так и для всего общества, допустившего преступную жестокость с больными…

Люди смутно чувствуют, что есть какая-то “точка схода” между Гением и сумасшедшим, и, не умея эту точку схода определить, начинают подозревать Гения в том, что он не совсем нормален.

Между тем мозг Гения неизмеримо здоровее и мощнее, чем мозг среднего человека, он выдерживает такие интеллектуальные нагрузки, от которых мозг среднего человека неизбежно вышел бы из строя. Но точка схода у Гения и сумасшедшего все-таки есть: оба они способны “выходить в мыслящий Космос”, подключаться к нему - у обоих снята защитная энергетическая кора. Только душевнобольной подключается с уже сломанным непосильной для него нагрузкой мозгом, а Гений - с абсолютно здоровым мозгом.

Энергетическая защита гению и не нужна: он способен выдерживать свободное общение с Космосом, не ломаясь.

Итак, не будем считать Гения в какой-то степени ненормальным - он нормальнее нас с вами, потому что гениальность - норма для живой материи Космоса, каковой являемся и мы, люди. Но мы же и превратили себя из Гениев в людей “средних способностей” - превратили отрывом от Матери-Природы, забвением принципов свободы, равенства, братства всех людей на Земле, противоестественными условиями своего существования. Противоестественность накапливалась из века в век, и наша задача - избавляться от нее, ежедневно и ежечасно. Для того и произошла у нас ломка ненормальных общественных отношений в 1917 году.

Нелепо создавать теперь ненормальность новой формы, нового типа…

Как это важно для человечества - беречь своих Гениев! Ведь они создаются ради мощного прогресса во всех областях жизни.

Они ведут за собой людей, показывая неисчерпаемость человеческих возможностей…

Если с детства начавший формироваться Гений на каком-то витке стремительной спирали своей жизни свернет на дорогу безнравственности, эгоизма, погони за доходами, а не за Истиной, Природа перестанет развивать его дар. Сколько Гениев остались из-за этого просто талантами!

Для Гения не существует барьеров специализации. Гений - математик, физик понимает Гения-поэта неизмеримо глубже, чем хорошо подготовленный, но средний по интеллекту и широте души филолог. Гении переговариваются через наши головы, над нашими головами. Лермонтов говорит об этом так (в “Вадиме”): “…Великие души имеют особенное преимущество понимать друг друга; они читают в сердце подобных себе, как в книге, им давно знакомой; у них есть приметы, им одним известные и темные для толпы; одно слово в устах их - иногда целая повесть, целая страсть со всеми ее оттенками”.