Фантики

У меня свой домик в Понс-де-Гре; я купил его еще в те времена, когда не была выстроена гостиница, а в озере была отличная рыбалка. Гостиницу строили долго – несколько лет стоял один фундамент, и я уже начал надеяться, что мой тихий рай на земле так и останется тихим раем. Но когда я приехал в эту зиму, гостиница была заполнена и множество постояльцев ходили туда-сюда, скрипя по снегу, с видом постоянных клиентов. На тихий отдых расчитывать не приходилось.

Впрочем, это была не совсем гостиница. Это был еще и спортивный центр, что совсем плохо. В день моего приезда начинался чемпионат по кик-боксингу (чемпионат мира, как утверждали афишки; афишки, конечно же, врали – чемпионаты мира не проводятся в таких деревеньках. Странный вид спорта, этот кик-боксинг: столько чемпионов мира развелось, что встречаешь их на каждом шагу; а сколько там нашего мира?)

В первый же вечер я купил довольно дешевый билет на предварительные встречи и полтора часа со скукой наблюдал, как худые мальчики лупят друг друга по головам. Их головы, колени и интимные части тел были защищены пластиковыми доспехами, поэтому, на мой взгляд, они старались совершенно напрасно. Победы присуждались по очкам.

Рядом со мною сидел толстый и потный, но, видимо, интеллигентный субьект в очках. Время от времени он отпускал замечания по поводу боя, разговаривая сам с собой.

– Ну, как вам это понравилось? – вдруг спросил он меня.

– Никак, совсем никак, я не разбираюсь в избиении людий. Я – как раз наоборот – врач по профессии.

– Тогда что вы здесь делаете?

– Задаю себе именно этот вопрос.

– Знаете, – сказал мой новый знакомый, – это ведь предварительные бои. Они совсем неинтересны для неискушенного зрителя. Интересно смотреть финальные встречи. Ради этого, собственно, все и сьехались.

– Меня это не радует, – сказал я, – на финальные встречи я тоже не приду.

– А хотите, я вам прямо сейчас покажу, что такое настоящий бокс?

– Вы хотите меня избить? Предупреждаю, у вас получится.

– Нет, я вам покажу тренировку.

– С меня достаточно и выступлений.

– Я покажу вам, как тренируется наш второй номер, Джани Фантори.

Я хотел было отказаться, но имя показалось мне знакомым.

Кажется, у моего любимого детского писателя было похожее. Я согласился.

Мы спустились по бетонным ступеням в подвальное помещение.

Лестница пахла недавно оконченной стройкой – она еще не успела впитать человеческие запахи. Еще не доходя два пролета до открытой двери, я отчетливо услышал глухие звуки ударов. Удары, наверное, были очень сильны.

Мы остановилилсь у двери.

В небольшом зале тренировался отвратительно громадный мужчина со сплюснутым носом. Он так бил грушу, что мне стало ее жаль. Каждый удар мог бы свалить быка. Пахло потом, как в казарме.

– Ну как? – спросил мой знакомый.

– Впечатляет. Его кулак может пробить меня насквозь, как пушечное ядро. Это чудовище весит килограмм сто двадцать?

– Немного больше. Он не сбрасывает вес перед соревнованиями.

– Это чтобы противник умер от страха?

– В нем нет лишнего веса. Вот так он тренируется по восемь часов в день, без выходных и праздников. Он фанат, он хочет быть первым.

– Если это второй, то я представляю себе, как выглядит ваш первый номер.

Мой знакомый улыбнулся.

– Первый номер весит всего девяноста четыре килограмма и очень мало тренируется. И все равно вот эта гора мяса перед ним просто мальчишка.

Я вспомнил об этом случае четыре дня спустя, когда неожиданный телефонный звонок вызвал меня в гостиницу. В холле меня встретил громадный Фантори. Он нависал надо мной как гора.

– Что случилось? – спросил я, – вы наконец убили грушу?

Фантори был либо глуп, либо косноязычен. Он с огромными усилиями сумел обьяснить мне, что сегодня утром что-то произошло с первым номером.

– Что-то со здоровьем?

– Да, да, он споткнулся и упал.

Я внимательно посмотрел на Фантори. Что-то не нравилось мне в этой истории.

– Вы встречались с ним на ринге? – спросил я.

– Однажды я его даже победил.

– И он не умер?

– Нет.

– Если он не умер от ваших ударов, он может смело прыгать под поезд; это безопасно, только поезд сойдет с рельс. А вы говорите, просто споткнулся и упал. Хотя бы с лестницы упал, надеюсь?

– Нет, он споткнулся у себя в комнате и упал на ковер.

– Это не смертельно.

– Он не может подняться.

– Хорошо, идемте, – согласился я.

Мы зашли в комнату номер четыреста двенадцать. На роскошной кровати лежал мужчина лет тридцати. Он был раздет до пояса. В углу комнаты, на стуле, сидела миловидная блондинка с огромными, но наглыми глазами. Она наклонилась и подогнула ноги, всей своей позой изображая скорбь.

– Вот этот, который лежит, это Хол. Ему плохо, – сказал Фантори.

– Фантик, выйди, – спокойно сказал Хол.

Фантори вышел.

– Вы называете знаменитого спортсмена просто «Фантик»? – удивился я.

– Мы старые друзья. Мы выступаем вместе уже четыре года.

Блондинка пошевелилась на стуле, чтобы привлечь внимание свеженького мужчины. Крашенные блондинки, в принципе, устроены одинаково.

– Это Линда, – сказал Хол. – Она единственная женщина, которая меня по-настоящему любит. Все остальные любили только мои деньги.

Я очень сомневался насчет Линды, но сомневался про себя.

– Расскажите мне, что случилось.

– Сегодня всю ночь у меня болела голова, – отвечал Хол, – а утром я встал, чтобы выпить таблетку. Я сделала два шага и споткнулся о ковер. Я упал, ударился и не смог подняться.

Я посмотрел на ковер. Ковер был сделан под зеленую лужайку. Он был настолько мягким и пушистым, что в нем мог бы утонуть котенок.

– И дальше? – спросил я.

– Потом я добрался до кровати и лег. Больше ничего. А сегодня вечером у меня бой. Это финал; Фантик как всегда проиграет.