Чтение онлайн

– Это камень, который Баррет вживлял бывшим узникам лаборатории, чтобы контролировать их?

– Да. Печать на камне состояла как раз из символа философского камня и формулы вокруг него. Но все это может быть совпадением, этот символ обычно не изучается, так как философский камень для многих до сих пор остается сказкой, но найти его в определенных книгах не так уж и сложно.

– Думаешь, это может быть кто-то, связанный с лабораторией?

– Не знаю, Уорд… Просто… Ты в курсе, что новый дюк Баррет вернулся?

– Что? – Рие вздрогнул.

Макс напрягся. Дюк Баррет, основатель лаборатории, был убит, его сын, Аластар, унаследовал его титул. Из-за того, что связь Барретов так и не удалось доказать в суде, никаких официальных санкций не последовало. От Барретов отвернулось только общество, даже аристократия теперь старалась скрыть, что когда-то была дружна с этой семьей. И Аластар Баррет смог напоследок протолкнуть идею казни Кристофера Хантмэна, а потом уехал за границу. А теперь…

– Откуда ты знаешь?

– Он связывался со мной… Предложил на него работать.

– И как он ответил на твой отказ? – Макс даже предположить не мог, что Чейз способен согласиться.

– Ничего. Пожелал удачи на новом месте, – вздохнул Мортимер. – Но письмо от него пришло из Баррет манора, это недалеко от столицы.

Рие устало прикрыл глаза:

– Что ж, похоже, меня ждет еще один неприятный визит.

День не задался с самого утра. Все началось с того, что с портупеи Макса слетела заклепка и ему пришлось вешать кобуру на ремень. В дополнение он не успел приготовить завтрак, поскольку потерял много времени, обсуждая свою проблему с бабушкой (она обещала днем отнести портупею мастеру). Омлет делал Рие… В итоге он подал к столу жженые угли, а кухню заполонил густой чад. Пришлось и с этой проблемой оставлять бабушку наедине. Она, впрочем, не выглядела слишком огорченной, ее день не могли омрачить какие-то неудачи.

Чтобы не остаться голодными, пришлось взять пару буррито из забегаловки напротив. Оплатил их Рие, в качестве извинений. В отделе почти сразу после прихода им принесли ответ от Присциллы Вайтфилд, которая была не против пообщаться с полицией. Поэтому, предупредив дежурного сержанта, Макс и Рие взяли служебный экипаж и выехали за город. Констебль, правивший экипажем, знал, куда ехать, и всю поездку Макс провел в относительном спокойствии. Даже Ришар молчал. Он вообще стал задумчивым с того момента, как услышал про Баррета.

– К нему тоже поедем? – вдруг поинтересовался Рие негромко.

– Придется.

Тогда казалось, что поездка в Баррет манор случится куда позже, но встреча с Присциллой стала еще одной неприятностью, подпортившей и без того паршивое настроение. Дом ее стоял чуть в отдалении от ближайшей к столице деревеньки. Небольшой коттедж имел два этажа; оплетенный отцветшей глицинией, он смотрелся больше очаровательно, чем внушительно. Макса и Рие приняли в гостиной, где уже сидела Вайтфилд. Она оказалась зрелой женщиной с густыми каштановыми локонами до плеч. На Присцилле было тонкое струящееся платье, слишком вызывающее для обычных женщин и в самый раз для магесс.

– Полагаю, вы мне писали. – Голос Вайтфилд был немного хрипловатым, но, судя по запаху табака и пепельнице рядом, не от природы. – Инспектор Уорд и… – взгляд карих глаз остановился на Рие.

Присцилла держалась невозмутимо, но Макс все равно заметил нервное сглатывание и чуть расширившиеся глаза. Реакция была мимолетной, и Вайтфилд быстро ее подавила.

– Это мой напарник, инспектор Рие Ришар.

– Что ж, чай не буду предлагать, джентльмены, боюсь, вы тут ненадолго. Сказать мне вам нечего. Да, у меня была связь со Стоуном. Жаль, что он умер, но…

– Его убили.

– Да… Что ж… Мне об этом ничего не известно. – Присцилла отвернулась, вставляя сигарету в мундштук. – Встречались мы на нейтральной территории, а общаться как-то не приходилось. Сами понимаете, были занятия и поинтереснее.

Макс прикусил щеку, чтобы не краснеть, когда на нем остановился женский взгляд из-под ресниц. Вайтфилд была привлекательной, а еще чем-то напоминала Фанни…

– Когда вы виделись с лордом Стоуном последний раз?

– Что ж, инспектор Уор-рд, – мягко прорычала Присцилла, – дайте подумать.

Она чуть развернулась к нему, отчего еще сильнее стало заметно декольте. Макс буквально чувствовал, как она разглядывает его, и ему ужасно захотелось прикрыться, хоть он и так был одет. Обычно ему стоило только вспомнить о работе, как взаимодействовать с женщинами становилось проще, но теперь воспоминания о Фанни назойливо лезли в голову – о том, как она целовала его и… Хадс!

«Флин! Срочно думай о чем-то другом», – посоветовал внутренний голос. Вот только о чем? Может, о Баррете? Зачем он вернулся? А еще этот Глиф и символ философского камня… Хорошо, что его заметил Мортимер. Хоть он и сказал, что знак может быть случайным, но раз ни Грей, ни его племянница не смогли выделить этот символ, значит, он был достаточно редким и вряд ли простое совпадение. А Лира помогла в другом, она указала на возможную свидетельницу. Лира вообще хорошо справлялась. Если бы Макс мог вести себя рядом с ней не как придурок, он обязательно похвалил бы ее…

– Кажется, мы виделись за несколько дней до его гибели, – наконец ответила Присцилла. – Точно не скажу, но это была короткая встреча. Он быстро закончил…

Макс поперхнулся, а Рие прыснул.

– Мне жаль, мальчики, но помочь мне нечем.

– Что ж… Благодарим за содействие. Если что-то вспомните…

– Обязательно прибегу к вам, инспектор Уорд.

Казалось, Вайтфилд специально флиртует с ним, чтобы что-то скрыть… А еще почему она так отреагировала на Рие? Может, она связана с лабораторией? Или ее волнение вызвано чем-то другим?

– Она что-то скрывает, – буркнул Макс, останавливаясь у экипажа.

– По-моему, она просто недолюбливает кирпичей, – усмехнулся Рие.

Макс вздрогнул. Он даже мысленно не мог заставить себя называть людей «кирпичами», а Рие говорил это вслух, к тому же говорил о себе…

– Ты удивишься, дорогой напарник, – Рие ухмылялся так, будто рассказывал забавную историю, – как много людей шугаются нас, увидев одни только белые волосы. Нас охотно жалеют на расстоянии, но, оказавшись рядом, трясутся только за свои шкуры. Мы ведь сумасшедшие, мало ли что.