Чтение онлайн

Мое терпение было на пределе. Оно до того съежилось, что уместилось в авиаконверт. Запечатав конверт, я бросил его в почтовый ящик.

— Я выиграла! — воскликнула Ребекка. — По-моему, здесь не меньше ста долларов.

Звон монет в лунке автомата напоминал мне клацанье костей скелетов.

— Поздравляю, — сказал я, обнимая ее. — Наконец-то счастье нам улыбнулось.

* * *

Итак, в среду я не пошел с женой и ее коллегой-психиатром слушать джаз, сославшись на встречу с зарубежным издателем. Встреча должна была состояться в гостинице. Ведь зарубежные издатели всегда останавливаются в гостиницах.

— А он вообще откуда? — спросила моя жена.

— Из Франции, — ответил я.

— Из Франции? — Она наморщила лоб. — А тебя там издают?

— Можешь не сомневаться.

— И твои книги там еще не отправили на распродажу?

— Нет, не слышал ничего подобного.

— Что это вдруг стряслось с французами?

— Ей-богу, не знаю.

Я стряхнул пыль и перхоть с воротника своей синей куртки.

— И сейчас ты идешь с этим издателем ужинать?

— Да, у него относительно меня большие планы.

— Большие планы?

— Он говорит, что я выдающийся писатель.

Моя жена засмеялась и открыла окно.

— А когда освободишься, придешь в джаз-клуб?

— Конечно, когда освобожусь, приду.

Я надел ботинки. На всякий случай я их начистил.

— Как ты сегодня здорово выглядишь! — отметила моя жена.

— Ну, ты ведь знаешь, каковы эти французы, — сказал я.

— Надеюсь, он тебе предложит что-нибудь стоящее. Как его зовут?

— Мастроянни.

Я брякнул это имя, не подумав.

— Мастроянни, — повторила моя жена, — как забавно! Точно так же, как и актера?

— Да, точно так же. Кажется, они даже дальние родственники. Отец у него итальянец, мать француженка, сам он вырос в Париже.

— А разве фамилия у твоего французского издателя не Набоков?

— Ну конечно, Набоков, как я мог сказать Мастроянни, когда имел в виду Набокова? Набоков — это их директор, а Мастроянни — редактор, с которым я больше всего имею дело. Мастроянни заведует зарубежной прозой.

— Как забавно, — повторила моя жена. — Набоков и Мастроянни, работающие в одном издательстве.

— Похоже, у них там любят известные имена. Однако мне действительно пора, не то бедолаге придется долго ждать.

Она проводила меня до двери.

— Хорошего тебе вечера, мальчик мой, — пожелала мне на прощанье жена.

— Тебе тоже, Сказочная Принцесса, — сказал я, — приятно провести вечер в джаз-клубе. Я приду, как только освобожусь.

— Захвати с собой что-нибудь на счастье, — предложила Сказочная Принцесса, — на вот, возьми хотя бы заколку.

И она протянула мне свою заколку в форме бабочки.

— Да у меня всего лишь встреча с французским издателем.

— Наперед никогда не угадаешь, — сказала она, — просто возьми ее с собой.

Я молча посмотрел на свою жену и сунул заколку во внутренний карман.

Я поручил Йозефу Капано составить программу на вечер. Сам я не люблю организационные хлопоты — все эти машины, заказ столиков в ресторане, сувениры. В принципе, мы не собирались трахаться, но на всякий случай я все же прихватил с собой пяток презервативов. Ведь наперед никогда не угадаешь, чего от тебя хотят люди.

Свои секретные депеши Капано всегда посылал с курьером, в коричневых конвертах с надписью «Printed matter»[3]. И потом звонил, чтобы удостовериться, что все в порядке.

— Ты дома? — спрашивал он. — Скоро тебе поступит секретная депеша.

Здравствуй, Роберт, — писал Капано. — Богиня приедет в «Кайтано» в 5.15. Я буду дожидаться ее у входа в лимузине. (Автомобиль на восемь персон, 70 долларов в час плюс чаевые.) Я доставлю ее в отель «Вальдорф-Астория», где ты будешь ждать ее с 5–20 в баре. Смотри не опаздывай и имей в виду, что в это время почти невозможно заказать такси. Я объясню ей, где ты будешь сидеть, но заходить с ней внутрь не стану. Если ты опоздаешь, она будет сидеть там дура дурой. Шофер отвезет меня домой, после чего я отправлю его обратно в «Вальдорф-Асторию». Если окажется, что возле входа парковка запрещена, машина будет подъезжать каждые пятнадцать минут. Поэтому не забудь захватить часы!

Затем ужин: ресторан «Терраса», 119-я улица, Вест-Энд, дом 400, телефон 6–669–490. Это примерно между Амстердамом и Монингдрайвом. Столик заказан на 7 часов. Если захочется перенести ужин — допустим, в «Вальдорф-Астории» покажется уж очень уютно, — позвони в ресторан из отеля.

На машине из отеля в «Террасу» ехать примерно полчаса.

Программа годится?

С сердечным приветом,

Йозеф Капано.

P. S. Выучи наизусть и проглоти.

Я был режиссером галлюцинаций. Желающие со мной встретиться могли навестить меня на сеансе галлюцинации, поставленной мной по индивидуальному сценарию. Все напитки подаются бесплатно, еда — высшего качества, постельное белье — из египетского хлопка.

— Ребекка, — сказал я, — тебе не кажется, что когда никто уже больше не вставляет тебе палки в колеса, это полное одиночество?

Она ссыпала выигранные четвертаки в большие пластмассовые стаканы.

— А кто тебе вставляет палки в колеса?

— Никто, — ответил я, — абсолютно никто. Знаешь, у тебя сексуальные глаза.

Я подумал об Эвелин, она сказала мне эту фразу как-то раз утром в туалете, но я ей не поверил. Ни тогда и ни потом. Даже теперь, когда я сам повторил эти ее слова, я все еще в них не верил.

— Эвелин, — произнес я.

— Ребекка, — поправила она, — меня зовут Ребекка.

* * *

Обычно я ходил в кофейню по утрам в половине девятого. Иногда один, а иногда вместе с женой. Она не всегда шла со мной — в свои свободные дни Сказочная Принцесса любила подольше поспать.