Чтение онлайн

Вспышка прошлого, галлюцинация или фантомное зрение? На этот раз я сорвался в полновесную вспышку прошлого.

Именно дискуссия о пицце послужила толчком. Один из спорщиков доказывал превосходство «пышной скольони» в чикагском стиле над нью-йоркской «петрочелли». Другие утверждали, что «пышная» это вообще не пицца. Ну, то есть не классическая пицца. Но на самом-то деле распинался и горячился лишь поклонник «пышной». Остальные его просто подначивали: сплошь фальшивые эмоции.

Внезапно я оказался в пешем патруле на каком-то типичном для Среднего Востока базаре. Бесконечные лавки, где торговали финиками, инжиром, пестрыми шалями, хлебом и тысячью других товаров. Обрывки разговоров, работа локтями в толпе, яростный торг. Зырканье глазами по сторонам, чтобы не прозевать воришку с лотков или карманника. Яркие краски и живые эмоции — и все это, высвеченное комбинацией Восприятия и адреналина в крови. В местах вроде этого чуть ли не каждый день гремят взрывы. Малейшая утрата внимания — и ты вполне можешь испытать это на собственной шкуре.

Я относительно недавно стал НК-МЭМС и еще не вполне твердо усвоил, что сильные эмоции отнюдь не самые важные для нас. Просто их легче всего прочесть — людей, которые или любят, или ненавидят тебя. Людей, которые нервничают, опасаясь стать жертвой самоподрыва очередного шахида-смертника… или сами смертники, накручивающие себя, чтобы нажать кнопку взрывного устройства. Наемники, оценивающие обстановку. Пока ты начеку, все эти страсти пылают перед твоим внутренним взором, как яростные факелы.

Гораздо опаснее эмоции не громкие, тихие, более тонкие и изощренные. Бомбист, который не боится быть убитым. Подавленная горем мать, которой уже нечего терять.

А бывают совсем редкие случаи, но они же и самые опасные.

Парень, который чуть не отправил меня на тот свет, двигался в пределах моего периметра, не оставляя ни малейшего следа беспокойства или тревоги. Я даже видел его обычным зрением: голубые джинсы и куртка — такой вот ковбой с Ближнего Востока, которого гаранитированно выделишь в толпе невооруженным глазом. Но эмоционально — зеро. Ни злости, ни страха. И внешне и внутренне — полная беззаботность. Возможно, пославшие его хорошо знали о существовании НК-МЭМС и выставили специально натренированного бойца.

Он был метрах в десяти от меня, когда я засек угрожающее движение обычным зрением, не Восприятием. Если бы в этот момент что-нибудь на периметре отвлекло мое внимание, тут бы мне и конец. А так я увидел, как он расстегивает молнию на куртке, запускает руку за пазуху… и только тогда Восприятие, которое я уже успел в полной мере направить в его сторону, уловило слабый оттенок удовольствия.

Восприятие не засекает социопатов. А также определенные типы психотиков. Самые опасные люди — те, которым все по барабану. Вроде этого.

Или парня, который притворялся, что ему есть хоть какое-то дело до того, является «пышная» настоящей пиццей или нет.

Мне даже страшно представить, что бы я мог наделать, будь вооружен. А так я просто пришел в себя, сообразил, что нахожусь в Сент-Луисе, втихую прогоняю пчел под дверью офиса Лорел и готовлюсь прихлопнуть придурка, спорящего из-за пиццы.

Дениз пристально глядела на меня. А у меня все еще была сотня дополнительных пар глаз, направленных на нее. Не отвлекаясь от тех, что шпионили за людьми в зале с выгородками, я в то же время не упускал из вида ни малейшего ее движения. Я всегда был хорош по части разделенного внимания. Именно оно спасло меня в тот день на рынке, как и во многих других случаях.

Лорел тоже смотрела на меня. Ожидала ответа. Нехотя я направил большую часть сенсоров в ее сторону, пытаясь получить более ясную картину. Она принадлежала к опасным типам, но не к самым опасным. Умеет держать чувства в узде, но и безжалостной ее не назовешь. Достаточно уверена в себе, чтобы вот так, во время переговоров принять решение вручить мне рой. А вот чувствует ли она — не как НК-МЭМС, конечно, а как нормальный человек, — какую бурю эмоций она во мне разбудила? Может, да, а может, нет. Скорее всего, она прекрасно понимает, что делает. НК-МЭМС не считывает такого рода информацию.

— Это… потрясающе! — признался я.

— Значит, договорились?

— Все это очень заманчиво.

— Тогда приступайте. Спасите дочь. И себя.

Слово «да» готово было сорваться с моих губ. Конечно, я ошибочно принял безобидного парня, спорящего о качестве пиццы, за террориста. Но ведь я осознал ошибку до того, как успел наломать дров. Со временем, без всякого сомнения, я научусь лучше контролировать себя.

Но Дениз все так же пристально глядела на меня. Я почти физически ощущал, как ее взгляд буравит меня, хотя даже и с Восприятием я не мог знать, о чем она думает. Впервые за многие десятилетия я сообразил: это нормально. В том смысле, что все так и должно быть.

И тем не менее…

Во время учебы в средней школе я как-то совершил восхождение на пик-шеститысячник в горах Сан-Хуан в Колорадо. Мы достигли вершины в 10 утра, незадолго до обычной в этих местах полуденной грозы. Однако пушистые безмятежные облачка с потрясающей скоростью превратились в грозовые тучи, и уже через пару минут мы мчались вниз, прыгая с одной скалы на другую под громовые разряды и вспышки молний. И с каждым метром спуска я чувствовал себя в большей безопасности… так что мог замедлить нисхождение и уже не бежать, а идти не спеша. Но когда гроза догоняла, я опять пускался бегом к следующему уступу, к следующему высокогорному лугу, к следующему карстовому озеру… чтобы там снова сделать паузу и дать грозе настичь себя, а потом вновь припустить вниз.

Я решил быть откровенным. Ради Дениз? Ради Лорел? Себя самого? Кто знает?

— Это по-настоящему заманчиво, — повторил я. — Я чувствую себя живым, как не чувствовал уже годы.

Как тогда в горах. Предельно живым и предельно близким к гибели. Возможно, Кора оказалась права. Возможно, нельзя ощутить одно без другого. А может, это только я такой?

Но вместе с ощущением жизни вернулся и страх. Протянуть периметр до зала с выгородками было явно недостаточно. Я хотел послать рой на улицу, в здания на другой стороне — растянуть Восприятие на такую дистанцию, с которой звук выстрела из снайперской винтовки доходит до тебя за три секунды. Сделать то, чего не мог тогда, в сухом русле, в долине смерти. А потом дальше, дальше, ведь по всему земному шару скрываются террористы, которые в любую минуту могут подорвать какой-нибудь торговый центр, железнодорожный вокзал, Дениз…

Несколько лет я мечтал вновь обрести Восприятие. Теперь я могу получить его. Но если я это сделаю, то превращусь в Джеррета.

Мне понадобился еще час, но я все-таки выжал из Лорел информацию (обычным старомодным способом — задавая вопросы) о том, что ФЭР — единственная фирма, обладающая лицензией на производство и установку гражданских НК-МЭМС-чипов. Бета-тестированием занимались несколько разных фирм, но если я найду одну из мух, которых использовал Джеррет, то ФЭР сможет проследить происхождение чипа и определить вовлеченного в это дело субподрядчика. И поскольку ФЭР в течение ближайших двух лет надеялась выбросить на рынок пакет своих акций, то была кровно заинтересована, чтобы не возникало никаких проблем с нелегальным, а тем более преступным использованием ее продукции. А если и невозможно избежать такого рода использования, то крайне желательно, чтобы все было шито-крыто.