Чтение онлайн

— Тесните их назад! — кричал Полукс с металлической стены. — Не дайте им проникнуть в гору!

Его Смотрители маяка плечом к плечу стояли на входе в тоннель. В свое время к крепости-обсерватории назначили сорок Смотрителей: двадцать из числа его самых доверенных ветеранов и двадцать беженцев из разбитых легионов. Жиллиман хотел, чтобы все его союзники чувствовали, как им доверяют, и назначение было скорее дипломатическим жестом, чем реальной оборонительной мерой.

Но теперь Полукс мысленно благодарил его за любовь к политике. Если б не Смотрители, гора уже была бы потеряна.

Несколько воинов погибли. Остальные после недели непрекращающихся сражений ходили в дочерна опаленной броне. Теперь не было особой разницы между ярко-желтыми Имперскими Кулаками, мрачно-черными Гвардцейцами Ворона и Железными Руками, белыми Шрамами или зелеными Саламандрами. Теперь они были настоящими братьями, облаченными в цвета войны.

Повелители Ночи атаковали гору со всех сторон. Полукс оставил шесть главных входов в гору. Больше, чем хотел, но два нельзя было перекрыть оползнями из-за величины и неудобного расположения. Дантиох запретил уничтожать сами тоннели, к тому же, как выяснилось, перекрытие стольких входов отрицательно сказалось на мощности маяка.

Шесть входов. Один располагался у вершины, выходил на утес, и после уничтожения фуникулера атаковать его с земли было невозможно. От вражеской авиации его берегли орудия Императорской наблюдательной башни.

Оборонять оставалось пять. Три находились на нижних склонах и подвергались наибольшему риску. Один из них без особого энтузиазма охраняли выжившие автоматоны Механикум и горстка стражей-таллаксов. Второй защищал сержант Солус с половиной выживших воинов 199-й.

А этот, представлявший высокую щель в гигантской скале на южном склоне, находился в максимальной опасности. Полукс пришел к выводу, что при главной атаке враг сосредоточит здесь больше всего сил, и приказал построить поперек входа оборонительную стену. Он редко ошибался, когда дело касалось осад.

Автоматическая турель громко взорвалась, а ее неотстрелянные снаряды затрещали, как праздничные фейерверки. В авангарде шли три дредноута, завешанные окровавленными останками последних жертв.

— Уничтожить древних! — велел Полукс.

Болты без конца отскакивали от его щита. Генератор силового поля отказал несколько минут назад, не справившись с таким плотным огнем.

Со стены вылетели три луча из лазпушек. Два ударили в ведущего дредноута, но не остановили его, только проделали светящиеся отверстия в броне. Третий попал в дредноута, который защищал левый фланг ведущего. Его плечевой сустав исчез в брызгах расплавленного металла и вспышке электрических разрядов, и рука безвольно повисла. Дредноут покачнулся, но продолжил наступление вместе с братьями.

— Еще раз! Еще! — приказал Полукс.

Мимо входа в пещеру пронеслись мотоциклы, поливая металлическую стену огнем, но Полукс хорошо продумал ее расположение, и оборонявшие ее воины имели широкие возможности вести огонь, не подставляясь под выстрелы врага снаружи.

Повелители Ночи наступали вверх по горе, словно клокочущая волна. Предварительная бомбардировка уничтожила лес и заложенные в нем мины. Автотурели и снайперы в укрытиях прореживали врагов, но их было слишком много.

Дредноуты между тем были в тридцати метрах и неуклонно приближались. Склон здесь был пологий, опасный для осадных танков, но и не подарок обороняющейся стороне, как крутые скалы наверху.

— Остановите их! Сосредоточьте огонь на ведущем. Используйте мои данные для наведения. Приготовиться. — Полукс подсветил авточувствами голову и сочленения главного дредноута. — Третье отделение, рад-гранаты.

Через покатый парапет стены перелетел град снарядов с кулак размером. Предназначались они для идущих сзади легионеров, а не их заключенных в саркофаги собратьев. Череда тихих взрывов накрыла низ склона непродолжительной, но смертоносной гамма-радиацией, враги, обнаружив с помощью авточувств опасность, скрылись от новых горячих зон в узких, невидимых со входа коридорах.

— Отделение поддержки, открыть огонь. Отделения три, четыре и семь, обстрел не покрытых радиацией участков. — Полукс отдавал простые, лаконичные приказы, избегая словесных украшательств, столь любимых многими. Он подавил инвитский акцент и говорил на чистейшем готике, чтобы его понимали все легионеры, независимо от их происхождения. Возможно, в этом не было необходимости: даже если б они не могли разобрать его слов, он отправлял на визоры всех подчиненных содержательную боевую информацию. В его легионе не было принято полагаться на удачу.

Дульное пламя вспыхнуло по всей сорокаметровой длине стены: и из бойниц, и с парапета. Отделение тяжелой поддержки поправило настройки когерентности на своих лазпушках и опять выстрелило.

На этот раз в первого дредноута ударили четыре луча, расколовших ему шлем, унесших руку прочь и пробивших саркофаг. Его энергоблок взорвался, осыпав Повелителей Ночи кусками раскаленного металла. Второй пал мгновение спустя с оплавленной культей вместо одной ноги. Он рухнул лицом вперед, воя от злости.

Третий, раненный в прошлый раз, тоже долго не продержался.

Дредноты представляли явную угрозу для стены, от которой обязательно нужно было избавиться, но их наступление служило лишь ширмой сотне легионеров, которые теперь выходили на дистанцию для ближнего боя. Они сознательно пожертвовали древними.

У части воинов были легкие лестницы и крючья, которые они закинули на стену, пока их товарищи прикрепляли к поверхности мелта-бомбы и заряды направленного действия или использовали лазерные резаки.

Плотность огня стала чудовищной. Летящие с обеих сторон болты сталкивались в воздухе, озаряя пространство между противниками небольшими взрывами. Полукс потерял трех воинов. В ответ рубиновые лучи лазпушек превращали Повелителей Ночи в дымящиеся обломки брони.

— Капитан, — обратился к нему Чокис, единственный Белый шрам среди Смотрителей маяка. — Враг прорвался в нижнюю галерею.

— Отступайте! — приказал Полукс. Чокису приказ не понравится, но он подчинится. — Всем отступать ко второй линии!