Чтение онлайн

«Ну вот, не обошлось без приключений.» - с досадой подумал Фарт, бросая руль, вскидывая Удав и выжимая спусковой крючок. Лишь в последнее мгновение Фарт отдернул палец. «Бегун» был одет в чистую одежду, а за спиной у него подпрыгивал рюкзак. Добежав до машины и упав на переднее сидение, он заорал:

– Ходу! Ходу, бля!!!

– Не ругайся при ребенке матом. – поморщился Фарт.

– Каком еще ребенке? – нестандартный ответ сбил иммунного с толку.

Фарт мотнул головой назад. Имунный развернулся и внимательно осмотрел Василису, рюкзак и оружие. Потом, наконец, обратил внимание на внешний вид Фарта. Было видно, что он порывается что-то спросить, но, в текущей ситуации, сформулировать вопрос без использования нецензурной лексики у него не получалось.

– Скоро все узнаешь. Пока помолчи. – произнес Фарт выруливая на дорогу к блокпосту.

– Блок Фарту! Прием…….

– Блок Фарту! Блок Фарту! Прием…

– Блокпост! Ответь Фарту! Прием!

Блокпост молчал. Они уже почти выехали из города. До блокпоста должно было оставаться не более трех километров. В таких условиях рация должна добивать. Машину вел свежий имунный, Фарт отдыхал на пассажирском месте. Он переключился на первый канал. На котором общался с Главным.

– Главный две тройки! – назвался он старым позывным.

– Главный на связи. Чего тебе еще? Не можешь жопу оторвать и двадцать метров пройти? Обязательно рацию насиловать? – недовольным голосом отозвалась рация. Фарт понял, что его позывной передали другому.

Главный, две тройки - это Фарт! – уточнил он

– Фарт? – отозвалась рация и разразилась бранью, наплевав на правила радиообмена – Где тебя носит… - и далее две минуты отборного, ни разу не повторяющегося, мата. Фарт порадовался что радиостанция подключена к наушникам - …почти уехали! – закончил Главный.

– Главный! Подхожу со стороны города. Серебристый Паджеро. Со мной два иммунных. Сам – трехсотый. Не могу связаться с блоком. Как принял? Прием!

– Принял Фарт! На блок передам! Сильно досталось?

– Доберусь. Конец связи!

Он сидел, раскачиваясь, на жесткой скамейке в кунге.

На левом, обнаженном, плече белела тугая повязка. Как Фарт не упрашивал Белку, которая взялась помочь ему с перевязкой, она все-таки срезала рукав с камуфляжа, превратив куртку в полу-жилетку. Сама рука висела на перевязи из бинта. Лотерейщик одним ударом лапы сломал ему руку и здорово порвал мышцы.

Правую руку крепко обняла уснувшая Василиса, забавно сопя носиком. Она наотрез отказалась ехать с другими спасенными, вцепилась в Фарта и не отпускала его ни на шаг. Удивительно, но девочка так ни разу и не заплакала. Фарт нацепил на ее голову отключенные наушники, чтобы уменьшить окружающий шум. И теперь она напоминала юную меломанку, слушающую любимую песню и покачивающую головой в такт музыке.

Напротив расположилась Белка. Долго, с непонятным выражением лица, рассматривала эту картину. Потом подалась вперед и, указав подбородком в сторону ребенка, спросила:

– Оно хоть стоило того?

Фарт глянул на сопящую Василису. Улыбнулся. Посмотрел Белке в глаза и уверенно ответил:

– Стоило!

[1]Для стрелкового оружия и гранатометов установлены следующие категории:

1-я категория – новое (не бывшее в использовании) исправное и годное к боевому применению оружие;

2-я категория – оружие, находящееся и бывшее в использовании и не выработавшее межремонтный ресурс (период) эксплуатации, а также оружие, прошедшее капитальный ремонт, исправное и годное для боевого использования;

3-я категория – не устанавливается;

4-я категория – оружие, выработавшее межремонтный ресурс (период) эксплуатации до капитального ремонта, а также оружие, требующее капитального ремонта по техническому состоянию;

5-я категория – оружие, негодное для боевого использования, восстановление которого по техническим причинам или экономически нецелесообразно.

– Ну и куда ты ее? – Белка согнала рейдера, сидевшего слева от Фарта и уселась на его место.

– А что со свежаками вообще дальше будет? – в еврейской манере ответил Фарт.

– Ну… - Белка задумалась – Насколько я знаю, им сейчас всё растолкуют, что не в сказку попали.Пройдут ментата. Потом поселят в общагу, три дня бесплатно. Для определения чем будут заниматься. Потом вперед – на отработку долга.

– Какого еще долга?

– Долга перед стабом за то, что их спасли. Альтруистов тут нет.

– Понятно… Все как Гебб... – Фарт вовремя заткнулся – Ну а если человек за три дня не найдет ничего подходящего?

– Если мне память не изменяет, ждут еще три дня и на принудительную отработку.

– Прям исправительно-трудовой лагерь?

– Ну не так, конечно. В добытчики, ассенизаторы, уборщики. Я не в курсе, короче.

– Вообще-то, они не просили их спасать. – Фарт поиграл желваками.

– Ты предпочитаешь, что бы их сожрали? – Белка удивленно вскинула брови.

В ответ Фарт промолчал.

– Фарт, я тут уже эээ… - Белка закатила глаза – Около года, короче. И, примерно, полгода в самом Воскресенске. Ольгинка, из которой мы едем, стабильно грузится раз в месяц. За эти полгода до Воскресенска из Ольгинки самостоятельно не добрался ни один свежак. Сейчас мы их тащим ну, примерно, около ста пятидесяти человек. Все вместе, три колонны.

– А сколько оставили?

– Всех не вытащить… Подожди, не сбивай! Я в подобной операции участвую во второй раз, но точно знаю, что была еще одна. Три операции за шесть месяцев. Примерно четыреста пятьдесят спасенных, плюс-минус. Ты хочешь сказать, что лучше бы эти четыреста пятьдесят человек остались на кластере и в окрестностях, в виде куч дерьма из желудков зараженных? Или, все-таки, им лучше остаться в живых, пусть и с долгом? Ты настолько кровожадный, Фарт?

– Да понял я, понял! – Фарт поморщился – Все равно это как-то… Приходите! Мы вас спасем! Мы вам поможем! А потом, мелким шрифтом: за деньги. Ну за спораны.