Чтение онлайн

– Вполне, – ответил Валентайн.

Ее лицо смягчилось прелестной улыбкой.

– Спасибо, мистер Валентайн.

– Да не за что.

Он взял пальто со спинки стула и встал из-за стола.

– Скажите Арчи, я отправлю ему счет.

– Уверена, он оценил все, что вы сделали, – ответила Брэнди.

– Я в этом и не сомневаюсь, – согласился он.

Валентайна это не укладывалось в голове: Джерри и Иоланды не было. Он еще раз постучал в номер сына, просто на всякий случай. Потом заметил записку на полу и подобрал ее, присев.

«Пошли ловить мечту. Вернемся к шести».

– Вот болван, – выругался Валентайн. Открывая дверь в свой номер, он услышал телефонную трель. Сейчас ему хотелось поговорить лишь с одним человеком. С Мейбл. Рискнув, он снял трубку и в награду услышал ее бодрый голос.

– Ты будешь очень гордиться мной, – сообщила она.

– И что же ты натворила?

– Я раскрыла мое первое дело.

Он плюхнулся на кровать и расстегнул пальто.

– Ну рассказывай.

– Сегодня утром тебе пришел пакет «Федерал Экспресс» с пометкой «СРОЧНО». И я решила, что лучше будет его вскрыть. Внутри лежало письмо из одного заведеньица в Лолине, штат Невада, называется «Счастливица Лилл», и чек на двести долларов. Лилл сама написала письмо. Она была в отчаянии.

Валентайн не сдержал улыбки. Мейбл употребила слово «заведеньице». Казино с подобными названиями и на самом деле всего лишь «заведеньица». Соседка быстро постигала азы его дела.

– Конечно, двести долларов – это меньше твоего минимального гонорара. Но ты же знаешь, как я отношусь к деньгам. Вот я и подумала: может, сама ей помогу. Муж Лилл умер пару месяцев назад, оставив ей казино. А Лилл в игорном бизнесе мало что понимает. Она прислала пленку видеонаблюдения, на ней три азиата, которые выкачали из нее пять тысяч долларов на блэкджеке. Я просматривала пленку несколько часов подряд и догадалась, что они считают карты.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

– С чего ты взяла?

– В одной книжке из твоей библиотеки говорится, что счетчиков легче всего определить по колебанию ставок. Вот я и выписала, как азиаты ставили. Каждый раз, когда они учетверяли ставку, я настораживалась. Я пометила себе время, указанное на пленке, перемотала ее и снова просмотрела. Потом выписала, какие карты выходили из шуза. Они все были высокими. Стало быть, азиаты считали.

Существовали и более простые способы вычислить счетчиков, но вариант Мейбл годился для таких случаев. Она была права: он ею гордился.

– Ты рассказала об этом Лилл?

– А как же! Она была очень благодарна.

– Поздравляю, – ответил Валентайн.

– Я так понимаю, ты решил остаться в Атлантик-Сити и довести дело до конца.

– Правильно понимаешь. Спасибо, что вправила мне вчера мозги.

– Не за что. Да, еще одно. Инспектор Дэвис звонил с час назад. Сказал, если ты не позвонишь ему до трех, он тебя выследит и арестует. Наверное, пошутил.

– Ну конечно, пошутил. – Валентайн взглянул на часы. Без четверти три. Ну, что на этот раз не так? Он хотел положить трубку, но добавил: – Ты молодец, подруга.

– Думаешь, у меня есть будущее?

– Еще какое.

Он позвонил Дэвису со своего мобильного. Инспектор был за рулем, и в его голосе не слышалось особого удовольствия. Они договорились встретиться в «Айхопе».

Через десять минут Валентайн въехал на свободное место на парковке. Заперев пистолет в бардачке, он вошел в блинную.

Дотти, официантка, к которой он менее всего был расположен, хозяйничала за кассой. На конце ее сигареты покачивался невероятно длинный столбик пепла. Валентайн так и не зашел за сдачей, а теперь остановился у прилавка.

– Припоминаете меня?

– Не-а.

– Я был тут на днях с сыном. Дал вам сотню за завтрак. А вы сказали, что у вас сдачи нет и чтобы я попозже заглянул.

– Это была не я, – отрезала Дотти.

– Нет, вы.

– Слушайте, мистер…

– Сдачу давайте, – рассердился он. – Мы поели на девять баксов. Плюс бакс вам на чай. Значит, вы должны мне девяносто.

– Я ж вам говорю, это была не я.

Валентайн понял, чем все это кончится. Ему следовало вернуться сразу, не дав Дотти списать его со счетов. В зеркале за прилавком он увидел, как подъехал «Сандерберд» Дэвиса. Инспектор вошел, бросая вокруг суровые взгляды, и погрузил в нагрудный карман дизайнерские солнцезащитные очки. На нем были джинсы, туго охватывавшие бедра, и черная кожаная куртка. Выглядел он так, словно только что ушел со съемочной площадки. Валентайн помахал ему.

– Дотти, это мой приятель Эдди.

– Привет, – буркнула она.

– Здравствуйте, Дотти, – ответил Дэвис.

– У нас тут с Дотти вышел небольшой спор, – пояснил Валентайн, – который вы можете разрешить, показав свое удостоверение.

– Простите?

– Ну, значок.

Дэвис раскрыл бумажник и сунул свой серебристый инспекторский значок под нос скаредной официантке. Дотти изменилась в лице. Ее восковые щеки заалели. Дэвис не убирал значка, и Валентайн почувствовал, что тот упивается происходящим. Может быть, он когда-то заходил сюда за кофе, и Дотти не спешила его обслужить. Или вообще не сочла нужным это делать. В Америке такое безобразие творится сплошь и рядом.

– Ну так что? – спросил ее Валентайн.

На табло кассы появилась надпись «НЕ РАБОТАЕТ». Дотти отсчитала девяносто долларов ему на ладонь. Валентайн вернул ей два.

– Два кофе, если вы не очень заняты.

– Надеюсь, она не станет на кухне писать в наши чашки, – заметил Дэвис, когда они сели за дальний столик в угол. – Такое случается.

– Может, у нее спросите? – предложил Валентайн.

– Да вы просто кладезь идей.

Дотти принесла здоровенные чашки и налила свежезаваренного кофе из кофейника, обращаясь с ними, как с обычными клиентами. Инспектор добавил в чашку сливок и сахара.

– Мне показалось, что вчера вы обещали принести извинения Кэт Берман.

Так вот, значит, в чем дело.

– Я отвлекся, – с облегчением ответил Валентайн.

– А она утром позвонила в участок. Ее переключили на меня. Я сказал ей, что говорил с вами и вы очень сожалеете. И обещал, что найду вас и вы извинитесь.

Дэвис нравился Валентайну все больше.

– Она не оставила номера, по которому ее можно найти?

– Так легко вам не отделаться, – заметил Дэвис.

– В каком смысле?