Чтение онлайн

Ещё не завершив отталкивание, Кира поняла, что всё будет хорошо, что прыжок и правда получится красивым.

Открыв глаза, Сорок Пятый некоторое время силился понять, кто он, вообще, такой, где находится и почему так терзается из-за досадно-богатейшей гаммы негативных ощущений. Очень смутно помнилось, что бежал изо всех сил к окну, по непонятно какой причине неистово мечтая в него выпрыгнуть головой вперёд. Вот зачем ему понадобилось такое представление устраивать? Да кто же его, теперь, знает…

И почему потом стало темно? Или это ему показалось? Ложная память? Что-то неладное со зрением? Лишь спустя десятки секунд, а то и несколько минут, он, наконец, смог относительно адекватно проанализировать происходящее.

А происходили здесь чрезвычайно пренепреятнейшие события. Сорок Пятый лежал на спине и не мог ни встать, ни, хотя бы, пошевелиться по двум причинам. Виною первой являлся вмявшийся в живот и бёдра огромнейший кусок бетонной плиты, с торчащими из неё прутьями арматуры. Некоторые из них пронзили его тело насквозь с такой силищей, что её хватило даже на то, чтобы глубоко впиться в асфальт.

Вторая причина не настолько очевидна, но тоже очень досадная. Увы и ох, но с высокой степенью достоверности можно предположить, что у него серьёзно повреждён позвоночник. Сорок Пятый совершенно ничего не ощущал ниже шеи и не мог пошевельнуться. Двигалась нижняя челюсть, закрывались и открывались глаза, но на этом моторика исчёрпывалась.

Сколько он провалялся в таком положении — неизвестно. Погода успела испортиться, тучи, сгущавшиеся над свежим кластером весь последний час, наконец, разродились грозовым ливнем. Но Посредник не слышал грохот грома, он лишь видел вспышки молний и ощущал, как намокшее тело подтапливает расползающаяся по асфальту лужа.

Меню персонажа работало, по нему получилось установить, что защитное умение успело откатиться, сработав и сейчас. Но увы, чем оно могло помочь, если против Сорок Пятого последовательно сработали чудовищный взрыв, падение с немалой высоты и накрытие железобетонным «„подарком“»?

Как там говорила мелкая невыносимо вредная холера, устроившая команде череду нехороших сюрпризов? Он выиграл билет первого класса на «„Титаник“»? А ведь, прекрасно сказано, пусть и противоречит исторической правде. В списке злоключений печально известного парохода, всего лишь, отправка на дно, без взрывов на борту и прочего.

Ещё раз попробовав закрыть глаза, Посредник приоткрыл их очень медленно и впервые увидел Ошибку настолько близко, что смог бы дотянуться до неё рукой, если бы та сумела пошевелиться. Даже глядя снизу вверх, можно сразу определить, что девушка невысокая, с характерно-тонкой фигурой худощавого подростка, выдающей низкий вес. Лицо миловидно-безобидное, эдакая крошка, от которой не ждёшь ничего худого.

Тот случай, когда внешность очень сильно обманывает. Несмотря на все передряги, Сорок Пятый не забыл, что имеет дело с первостатейной стервой, щедрой на смертоносные выходки и живучей, как кошка.

С виду девушке не очень досталось: Посредник не заметил на ней крови, лёгкая спортивная одежда в порядке, не рваная и не запачканная. Разве что волосы, намокшие под начавшимся дождём, не длинные, но и не слишком короткие, сильно спутались и кажется, что кончики их пострадали от близкого огня. Но в этом нельзя быть уверенным, зрение плохо фокусировалось на мелких деталях.

Кажущаяся невредимость виновницы разгрома команды Сорок Пятого не обманула. Он, сам не зная, откуда, понял, что девушка сильно оглушена и вряд ли сумеет услышать тихий голос, а в том, что сейчас способен говорить громко, Посредник сильно сомневался.

Ради пробы приоткрыл рот, по слогам произнёс:

— Ты слышишь меня? Ошибка?

Та, взводя пистолет, кивнула и также нарочито-медленно зашевелила губами, тоже понимая, что собеседник, только что ставший жертвой исключительно громкого несчастного случая, расслышать её не сможет:

— Да. Слышу. Я умею читать по губам. Пришлось научиться.

Сорок Пятому захотелось узнать, где и почему она научилась столь специфическому умению, но приберёг слова для более важного вопроса.

Не став спрашивать, что за адский Армагеддон здесь случился, поинтересовался самым главным:

— А тебе не страшно, убивать меня, вот так? Руки не дрожат? Я ведь даже пошевелиться не могу.

Ошибка ответила, не раздумывая:

— Для тебя это не смерть. Всего лишь игра.

— А Шестьдесят Второй тебе рассказал, куда мы попадаем после игровой смерти?

— Да.

— Я бы не сказал, что архив отличается от смерти в лучшую сторону. Здесь всё разнесло, как же ты успела выбраться?

Девушка покачала головой:

— У меня тоже есть вопросы, я хочу кое-что узнать взамен.

— Да без проблем, я отвечу на любой твой вопрос. Но только давай по-честному: свои ответы меняю на твои. Мы договорились?

Кивнув, Ошибка чуть обернулась и махнула свободной от пистолета рукой:

— Я перепрыгнула на крышу конторы комбината. Слишком длинный прыжок с перепадом высоты, я никогда такое не делала. Повредила колено, когда приземлялась. Но повезло, не сильно, успела спрятаться за надстройкой. И ещё повезло, что здание выдержало, там только часть стены обвалилась, и пожар внизу начался.

— Хороший прыжок. Честно, хороший. Даже для игрока хороший. А ты, всего лишь, нулевая Ошибка, для тебя это сложнее.

Ошибка улыбнулась до того мило, что ни одна стерва так улыбаться не способна:

— Жаль, что ты его не видел. Это было красиво.

— Жаль…

— Теперь мой вопрос.

— Говори, — как можно бесстрастнее сказал Посредник.

Он, наконец, начал что-то ощущать в районе плеч и груди. Оттуда волнами расползалось покалывание, плавно переходящее в колющую боль. Если хотя бы одна рука сможет работать, он, даже в настолько незавидном положении, сделает то, что обязан сделать.