Чтение онлайн

— Просто, пока вас не было, я стала свидетелем ее разговора с вашим братом, и, скажу честно, у меня закралось подозрение, не могла ли она отравить Анастасию, — не став юлить, честно обо всем рассказала я. — Что вы по этому поводу думаете?

— Я… чтобы мама… — заволновался Степан. — Нет, не думаю… Да, конечно, она не любила Настю, но чтоб решиться на такое…

— У нее ведь были причины, — продолжила я. — Если я не ошибаюсь, она мечтает отправить вас в Испанию, а ваша жена была тому помехой.

Степан опустил глаза в стол и задумался. Похоже, и он начал подумывать так же, как и я, и засомневался в невиновности собственной матери. Я же, не желая кого-либо обвинять беспочвенно, сказала:

— Давайте не будем гадать и предполагать, а просто все проверим. Поэтому мне нужно, чтобы вы вспомнили, приносила ли ваша мама что-то из продуктов в тот день? Если да, то что именно и кто это ел?

— Да, она приносила, — убитым голосом признался Степан. — Какие-то витамины жене и фрукты.

— Вы их ели? — последовал от меня очередной вопрос.

— Нет. Я вообще не люблю зелень. Ела только Настя.

Сказав это, Степан сорвался с места и, выбежав из кухни, направился в спальню. Там он подвигал что-то, а потом вернулся с баночкой, на которой была приклеена этикетка с названием витаминов.

— Вот, это она купила. И еще, — он открыл холодильник и указал на пакет, — там остальное, что жена не успела съесть. Я ничего не брал, так как не люблю, а Вадик и вовсе у нас никогда этого не ест. Ведь это все можно проверить?

— Да, конечно, — согласилась я. — Отдам на экспертизу, и там скажут, было ли что-то во фруктах или же нет.

— Неужели это она? — возвращаясь на стул, со вздохом произнес Степан. — Она всегда ее не любила, даже почти ненавидела, а значит, могла…

— Не забивайте себе пока голову, — дала совет я. — Вот проверим продукты, и если что-то в них найдем, то тогда уж будет причина для волнений. К тому же я хочу узнать у вас еще кое-что.

— Да, я слушаю, — кивнул Степан. — Можете спрашивать.

— Попробуйте еще раз рассказать, что делала и куда ходила ваша жена в тот день. Возможно, что-то вы упустили, и это не дает мне возможности найти настоящего виновника ее смерти.

Выслушав мою просьбу, Степан стал пересказывать то же самое, что и в первый раз. Вспоминал и какие-то дополнительные подробности того трагического дня, но они не имели никакого значения. Я все больше укреплялась в мысли, что зацепиться совершенно не за что. Когда же Степан закончил свое повествование, пришлось спросить:

— А вы случайно не расставались в течение дня? Может, хоть на часок, но Настя оставалась одна дома и к ней кто-то заходил? Просто вы об этом не знаете…

— Нет, дома она не оставалась одна, точно, — заверил меня Журавлев. — А вот на улице… — что-то припоминая, начал он.

— Что на улице? — подтолкнула его я.

— Когда мы пошли погулять, мне позвонил начальник и попросил срочно доставить ему кое-какие документы. Они были у меня с собой в машине, и я, конечно, поехал, а Настя осталась в парке. Меня не было всего час, и, когда я вернулся, она все еще бродила по парку. Сомневаюсь, что там она что-то ела.

Я тоже пока сомневалась, но порадовалась тому, что стало известно хоть что-то новое. За час Анастасия могла не только мороженое съесть, но и что-то другое, например, то, чем ее кто-либо угостил. Так что все следует хорошенько проверить.

— А в каком парке вы гуляли? — дослушав клиента, спросила я.

— Да тут недалеко, за теми девятиэтажками, — пояснил Степан, указывая рукой в окно. А потом спросил: — Думаете, Настя могла во время моего отсутствия куда-то заходить? В гости к кому или еще куда?

— Предполагаю, — расплывчато ответила я. И тут же добавила: — По крайней мере, не могу уверенно сказать, что этого не могло быть.

— В общем-то да, — согласился со мной Степан и замолчал.

Мы молча допили кофе, каждый думая о своем, а потом Журавлев попросил:

— Пообещайте, что, как только результаты экспертизы будут известны, вы мне сразу позвоните на работу. Иначе я буду как на иголках.

— Конечно, позвоню, — согласилась я. Затем встала и добавила: — Пожалуй, мне пора. Не стану вас больше задерживать.

— Да, конечно, — рассеянно кивнул Журавлев и пошел провожать меня до двери.

Когда я обулась, он вежливо подал мне мою сумочку, а также пакет с фруктами из холодильника и пожелал удачи.

На этом мы и расстались. Я медленно спустилась по лестнице вниз и вышла на улицу. Настроение было каким-то упавшим, словно что-то важное, чего я ждала всем сердцем, так и не случилось. Хотелось возмущаться, ругаться, да повода не было. В конце концов, воспользовавшись старым и очень хорошим дружеским советом, я махнула на все рукой и села в машину. Были дела и поважнее, чем горевать о безответном чувстве.

Заведя машину, я выехала со двора и повернула в сторону экспертного центра.

Когда Вячеслав вновь увидел меня на пороге своего кабинета, он устало вздохнул и спросил:

— Разве я что-то забыл рассказать о том лекарстве?

— Нет, на сей раз у меня другая проблема, — улыбнулась в ответ я и положила на стол пакет с фруктами и витаминами. — Вот, нужно выяснить, нет ли в этих продуктах отравляющих веществ, — без лишних слов сразу разъяснила задачу я.

— И конечно же срочно, — подколол меня Щеголев.