Чтение онлайн

– Ваше высочество, удар, нанесенный тем, кому в силу своего положения не грозит ответный удар, не может служить испытанием. Принц в изумлении взирал на длинное спокойное лицо.

– Что вы имеете в виду? – спросил он, залившись краской.

– Я всего лишь служу вашему высочеству, – пояснил мистер Овербери. – Удар ракеткой нанесет голове сэра Роберта меньший ущерб, чем вашей чести.

Принц обернулся к своим джентльменам, которые толпились вокруг с угрюмыми физиономиями, и деланно рассмеялся:

– Ну вот, я, кажется, снова школьник! Мне дают уроки игры в теннис и уроки чести! – Он отшвырнул ракетку. – Пойдемте, господа! – скомандовал он и увел свое войско к галерее. На площадке остались сэр Роберт и мистер Овербери.

– Похоже, поле битвы осталось за нами, – с невеселой улыбкой сказал сэр Роберт.

– Если после этого мы останемся в живых, я обязательно допишу в свои «Характеры» еще одну главу и назову ее «Принц», – ответил мистер Овербери.

– Если выживем?

Мистер Овербери пожал плечами:

– Это только начало. Настоящее сражение впереди. И, насколько я могу судить, разыграется оно в апартаментах его величества.

– Боже мой! – презрительно воскликнул сэр Роберт. – Пусть мальчик рассказывает свои сказки. Сейчас король не испытывает к нему большой любви.

– Все зависит от того, как именно мальчик преподнесет эту историю. Потому что, между нами говоря, мы сейчас оскорбили божественную суть монархии.

Сэр Роберт пожал плечами и повернулся, чтобы поднять камзол. И тут он взглянул на окно, занятое дамами, В окне мелькнул платочек и пара блестящих глаз подарила ему улыбку. Он поклонился, прижав руку к сердцу.

– Как поэтично! – воскликнул мистер Овербери. – Ах, как поэтично! Ты получил именно тот приз, которого жаждал его высочество. Ты никогда не замечал, что в этом мире надежды глупых и самоуверенных никогда не сбываются?

Дамы удалились – возможно, леди Саффолк сочла поведение дочери слишком уж откровенным.

Мистер Овербери вздохнул:

– Очаровательное дитя, эта дочь Говардов. Если бы я был уверен, что его высочество хорошо за них заплатит, то мог бы писать для нее сонеты – что-нибудь в манере мистера Шекспира, а он большой мастер итальянского размера.

– Ах ты, продажный писака! Да неужели эта леди и сама не может служить источником вдохновения?

Мистер Овербери помог другу натянуть камзол:

– Вдохновения – да, однако вдохновение следует переводить в оплачиваемый труд. С помощью золотого посоха я мог бы исторгнуть Кастальский ключ [33] из самой бесплодной скалы. Но погоди! К нам, если я не ошибаюсь, шествует посланец гнева.

Это был сэр Джеймс Элфинстоун, один из придворных принца – тот самый рыцарь, которого выдворили из дворца, чтобы передать его апартаменты фавориту: этого он не забыл и не простил. Он надвигался на них со свирепым видом, правой рукой подкручивая усики, а левую держа на эфесе шпаги.

Остановившись перед шотландцем, он возгласил:

– Сэр Роберт, некоторое время назад здесь были произнесены некие слова.

– Совершенно верно, сэр Джеймс. – Мистер Овербери проскользнул между ними. – И большую часть их произнес я, поскольку так уж случилось, был здесь. Я известен своим даром находить слова как в прозе, так и в стихах и готов предложить вам свои услуги. Успокойся, Роберт! Джентльмен обеспокоен мною и моими словами, и я рад предложить ему и то, и другое, либо вместе, либо по отдельности, если мои слова и я сам ему не по зубам.

Сэр Джеймс, такой же длинный, как и мистер Овербери, глянул ему в лицо и рявкнул:

– Сэр, у меня с вами никаких дел нет.

– Что легко исправимо, – мистер Овербери произнес это добродушно-насмешливым тоном. – Однако я просто указал вам на вашу ошибку. Впрочем, как я понимаю, вы явились сюда в качестве представителя его высочества.

– В этом вы правы.

– Я вообще всегда прав. У меня такая привычка.

Сэр Роберт взял мистера Овербери за локоть, но тот и не думал отступать.

– Погоди, Робин. Неужели ты не видишь, что это разговор на уровне представителей? Я, как твой представитель, встречусь с представителем его высочества. Впрочем, сей высокочтимый джентльмен вправе именовать себя кем угодно, выбор велик – либо подручным, либо наемным убийцей, либо мальчишкой на побегушках, либо вульгарной чернью.

– Сэр, – прорычал сэр Джеймс, – ваши слова оскорбительны!

– Я ведь намекал вам на свой дар находить точные слова. Сэр Джеймс даже растерялся.

– Вы что же, сэр, потешаетесь надо мной?!

– А если и так, сэр Джеймс? Что тогда? Вы поджарите меня на вертеле и съедите? Рад буду доставить удовольствие вашей светлости!

Сэр Джеймс измерил мистера Овербери негодующим взглядом, но потом вспомнил о своей миссии.

– Я уже сказал, что у меня дело не к вам, а к этому типу, который прячется у вас за спиной.

Терпению сэра Роберта наступил предел.

– Прячусь?! – взревел он. – Я – тип?! – Он изо всех сил отпихнул мистера Овербери в сторону. В следующее мгновение сэр Джеймс уже валялся в пыли, сбитый ударом могучего шотландца.

Сэр Джеймс поднялся, отряхнулся и удовлетворенно хмыкнул – итак, он выполнил миссию, пусть и ценой собственного достоинства.

– Мой Бог, вот теперь я требую удовлетворения.

– Сражаться с вами? С вами? – Сэр Роберт стоял подбоченясь и презрительно ухмылялся. – Да я, если вам так угодно, переломаю вам все кости – это единственный способ, которым я могу удовлетворить себя. Я не сражаюсь с наемниками.

Мистер Овербери захохотал:

– Ну разве я вам не говорил? Господи, сэр Джеймс, если б вы послушались меня, вы бы сберегли усилия. И штаны впридачу.