Чтение онлайн

– Конечно, еще раз спасибо. С меня причитается…

– Скажете тоже, – сконфузилась Полина. – Вот только если голова заболит, что-нибудь дадите?

– А что, у вас часто голова болит?

– Бывает.

– Давление мерили?

– Когда мне его мерить? И чем?

– Ладно, сейчас уже некогда, а завтра с утра зайдите ко мне. Договорились?

– Договорились.

Когда Полина вышла, Хохлов посмотрел на часы: до начала банкета оставалось четверть часа.

Хохлов вошел в кают-компанию без трех минут восемь. Она уже была полна народу. С большинством из присутствующих он был знаком.

Собственно говоря, только три женщины и были ему неизвестны: две помоложе – лет двадцати пяти – двадцати восьми и одна постарше – ей явно было существенно за сорок.

Кроме сотрудников фирмы «Биком», в кают-компании присутствовал кое-кто из обслуживающего персонала теплохода. Среди них он заметил обеих горничных – Татьяну и Полину. Они помогали сервировать большущий стол, прикрепленный винтами к полу посреди кают-компании. Его полированная поверхность уже была накрыта скатертью, на которой стояли столовые приборы немецкого фарфора.

Публика выглядела просто великолепно.

Оказывается, смокинг необычайно преображает человека. Даже Гершкович, который еще совсем недавно выглядел совершенно затрапезно, теперь побрился, причесался и отнюдь не портил общей картины. Он был совершенно трезв и, очевидно, по этой причине заметно грустен.

Впрочем, ни ему, ни другим ничто не мешало постепенно исправлять это положение. Бармен, как заметил Хохлов, трудился не покладая рук.

Женщины экипировались, руководствуясь собственными представлениями об элегантности, подчас понимаемой весьма своеобразно.

В этом смысле внимание Хохлова привлекла одна из незнакомых ему молодых дам. Скорее даже и не вся дама, как целое, а скорее ее невероятной отваги декольте. Еще миллиметра четыре, и ей спокойно можно будет выходить в этом платье на нудистский пляж без малейшего риска привлечь к себе внимание.

Народ стоял, разбившись на кучки по какому-то непонятному Хохлову принципу. Самую крупную фракцию возглавлял Самохвалов. Он что-то рассказывал, энергично жестикулируя левой рукой. В правой он держал наполовину заполненный какой-то янтарной жидкостью стакан. После того как он замолчал, члены его фракции разразились смехом. Очевидно, он рассказывал анекдот.

Самохвалов также выглядел совершенно трезвым. Складывалось впечатление, что в штат фирмы «Биком» зачислялись исключительно прямые потомки птицы Феникс.

Увидев стоявшего в дверях Хохлова, Самохвалов призывно махнул ему рукой:

– Игорь, иди сюда!

Все обернулись посмотреть на вошедшего.

Ему ничего другого не оставалось, как последовать этому энергичному призыву.

– Дамы и господа! – воскликнул Самохвалов, взяв подошедшего под локоть. – Тем, кто еще не успел познакомиться с нашим доктором, рекомендую: Игорь Сергеевич Хохлов, прошу любить и жаловать.

Первой отреагировала дама с большим декольте. Приблизившись к Хохлову, она раздвинула в улыбке тонкие губы и томно произнесла:

– Какой симпатичный доктор.

Потратив пару минут на бесцеремонное разглядывание доктора и оставшись, видимо, удовлетворенной результатами осмотра, она повернулась к Самохвалову:

– А он женат?

– Ира, я боюсь, что ты поняла мои рекомендации чересчур буквально, – терпеливо пояснил тот. – К тому же с таким декольте ты вправе рассчитывать на внимание и женатых мужчин тоже.

Эти слова, а скорее несколько сдавленных смешков, которыми отреагировали на них невольные слушатели, вызвали злой румянец на ее щеках.

Самохвалов невозмутимо продолжал:

– Для начала поупражняйся вон на Гершковиче. А то он, видишь, совсем приуныл без знаков твоего внимания. Думаешь, жену он почему дома оставил? А? Прикинь.

Это было уже слишком. Она гневно фыркнула и отошла в сторону. Гершкович и ухом не повел.

Знакомство с двумя другими дамами прошло менее драматично. Младшая из них – Екатерина – была личной секретаршей Самохвалова.

Старшая – Ольга Петровна – служила главным бухгалтером и была довольно полной женщиной, тут Крылов опять-таки как в воду глядел.

Едва завершился процесс знакомства, как все были приглашены к столу. Праздничный ужин начался.

Хохлов проснулся около десяти часов утра.

Голова почти не болела, однако сильно мучила жажда. Все-таки вчера он довольно много выпил.

В целом вчерашний банкет, несомненно, удался. Щедрое застолье плавно перешло в танцы.

Танцы сменило хоровое пение, репертуар которого диктовался обстановкой: «Из-за острова на стрежень», «Издалека долго течет река Волга», «Раскинулось море широко» и т.д. и т.п. Поскольку все это перемежалось обильной выпивкой, то гвоздем программы, естественно, стала старинная, но неувядающая народная песня «Шумел камыш, деревья гнулись».

Чтобы загладить неловкость, возникшую при знакомстве с Ириной из-за бестактных шуток Самохвалова, ему пришлось долго и как-то слишком близко с ней танцевать. Поначалу это не доставляло ему особого удовольствия, но по мере поглощения спиртного… Черт возьми, нужно было все-таки воспользоваться методом, предложенным Крыловым…

Поднявшись, он надел джинсы и глянул в иллюминатор. К его немалому удивлению, внезапно обнаружилось, что из каюты открывается прелестный вид на живописную лесную поляну.

Тут он обратил внимание на необычную для теплохода тишину. Стало ясно – машины не работали.

Он протянул руку к кнопке вызова прислуги, но в последний момент остановился. Сняв джинсы, он вошел в свой персональный совмещенный санузел с твердым намерением максимально использовать все возможности, предоставляемые посетителю этим заведением.