Чтение онлайн

Я горько усмехнулась.

– Последний козырь, да? Используешь ребенка. Некрасиво. Именно ради Кати я не собираюсь больше с тобой ничего обсуждать. Она заслуживает настоящую семью, а не суррогатный фейк, который ты из нас пытаешься сейчас сляпать.

– Я не… - начал он, но осекся.

– Уходи, Феникс, - повторила я в очередной раз.
– Нам не стоит больше видеться.

Гоша смерил меня взглядом. Сначала мне показалось, что он сейчас скажет что-то обидное, но огонек гнева в глазах затух так же быстро, как вспыхнул. Он покивал, словно соглашался со всем, что я сказала, развернулся и вышел за дверь.

Я тут же вцепилась в ручку. Безумно хотелось дернуть на себя и мчаться за ним, просить вернуться, сказать, что передумала. Пусть женится ради Кати, хоть ради всех чертей и демонов ада, но лишь бы не уходил. Но разум велел стоять на месте. Слезы снова потекли по щекам. Я так и стояла у двери, прижавшись к ней лбом, пока не услышала, как откроются ворота гаража. Папа вернулся с работы.

Только тогда я отпустила ручку и на ватных ногах поплелась к себе. Как зомби открыла у учебник и стала читать. Буквы даже складывались в слова, но смысл до меня не доходил. Отец не беспокоил, зная, что я легко отвлекаюсь.

Промаявшись до ночи, я так и легла спать, ничего не выучив, ничего не чувствуя. Пустота в голове и в сердце. Утром каким-то чудом мозг заработал. Я сдала экзамен на пять. А вот сердце завести заново не удалось. Щемящая пустота не желала отпускать так легко.

Сдав сессию, я собиралась взять лишнюю недельку отпуска на работе. Хотелось банально побездельничать, сходить с девчонками в клуб, отдохнуть, расслабиться. Всегда так делала. Но не в этот раз. Каждая праздная минута – это мысли о Гоше. Я устала от перманентной боли, которой кровило мое разбитое сердце, устала скучать, устала надеяться на что-то. Дети держат в тонусе. С ними нельзя отвлекаться на свои глупые взрослые проблемы. Именно поэтому я вышла работать сразу после экзаменов.

Помогло прекрасно. Хотя я все равно не могла забыть Гошу. Он мерещился мне в каждом высоком, плечистом мужчине, а Катю я видела в каждой светловолосой девчушке, что играла под моим присмотром. Но это пройдет. Говорят, время лечит. Оклемалась я от других мужчин, переживу и этого.

Плохо было то, что я не хотела забывать. Мое тело, разбуженное его ласками, поцелуями теперь остро нуждалось в потрясающем горячем сексе с Фениксом. Я хотела гореть вместе с ним и возрождаться. Но в действительности просто тлела, стараясь не замерзнуть до смерти. Зима была не только за окном, но и в моей душе.

Отец, конечно, снова все понял, снова пытался расспросить. Я молчала, как партизан, и как стахановец брала у девчонок все смены для подработки, а дома готовила, убирала, даже затеяла перестановку в своей комнате, чтобы освежить интерьер. И в клуб сходила, и даже почти повеселилась. Помогла текила.

В общем, я отрывалась, как могла и по всем фронтам. Правда оказалось, что прошла всего неделя после нашего с Гошей разговора. НЕДЕЛЯ! Черт подери, а меня как будто вечность уже разрывает от тоски и желания примчаться к нему, наплевав на обиды и сложности. Но… Нельзя. Нам просто нельзя быть вместе.

В очередной раз заставив себя не думать, не надеяться и не мечтать, я встала, затянула волосы в хвост, замазала тоналкой веснушки и пошла на работу.

Слава богу, сегодня мне сдавали преимущественно мальчишек. Лишь одна девочка играла в домике и варила что-то на игрушечной плите. У нее были темные волосы, но я все равно отождествляла ее с Катей. Тоже тихая и увлекающаяся. Не то, что сорванцы на горках и батуте.

Окунувшись в печальные воспоминания, я не могла избавиться от навязчивой идеи, постоянно представляла, как без меня Катя. Мы ведь подружились. Хорошо бы она забыла скорее. У детей с этим проще. Наверно.

Глядя стеклянными глазами на детей, я думала о своем, когда кто-то коснулся моих волос. Я тут же вскочила. Что еще за дела. Обернулась и… едва не разрыдалась.

Гоша. Конечно, это был Феникс. Кто еще маниакально ненавидит мои собранные резинкой волосы.

– Я запретил тебе зализываться, - напомнил он, словно мы вчера расстались. Фенов оценил мое лицо, сдвинул брови. – И уродовать кожу тоном тоже.

– Правда. А ты кто такой? – дерзко выпалила я, вскипая моментально от его самоуверенности.

– Ирс, я извиниться пришел.

Я фыркнула.

– Мне не нужны твои извинения, Гош. Я вообще работаю. Не заметил?

– Заметил, - кивнул он. – Их четверо всего. Поговори со мной, детка.

– Нет, - отрезала я. – Не о чем нам разговаривать, Фенов.

Я собиралась отойти от входа и сесть, но он прихватил меня за руку.

– Ирсен.

– Гоша, хватит! Мы все решили. Так будет лучше для всех.

Я задергалась, пытаясь избавиться от его хватки, но какое там. Гоша держал крепко.

– Лучше? Для всех? Серьезно? Какого же хрена мне так паршиво без тебя?
– он повысил голос.

Я зашикала.

– Не ори. Дети же.

– Дети заняты. А моя вот, между прочим, по тебе скучает.

Он бил по самому больному.

– Уходи, пожалуйста, - взмолилась я, почти задыхаясь от одного его присутствия рядом и умирая от слов, что он говорил.

– Ирсен…

– Гош, охрану позову.

Потому что это невыносимо просто.

– Ирс…

– Я не шучу! Костя, - окрикнула я парня из охраны соседнего супермаркета.

– Чего, Ир? – моментально откликнулся тот и смерил Гошу презрительным взглядом. – Проблемы?

Фенов отпустил меня, поджал губы.

– Нет проблем, - процедил он.

– Вот и прекрасно.

Я кивнула Костику, мол, все в порядке теперь. Он ушел обратно ко входу в супермаркет, но посматривал на нас.

– Я дождусь конца твоей смены, и мы поговорим, пообещал Гоша.

Он отошел от детской зоны и присел неподалеку на одну из лавок в холле. Я едва не заныла вслух. Что за упертый баран.