Чтение онлайн

шим словам и продолжал бы обижать вашего друга кормчего? Вызвали бы меня на поединок?

И он снова расхохотался. Цаддак предпочел сделать вид, что пропустил его шутку мимо ушей.

— Как видите, мы на месте, — сказал он, показывая туда, куда только что с таким пренебрежением смотрел молодой человек. — Кормчий и я свою часть работы выполнили. Теперь дело за вами, мастер Кешер.

— Ну да, — рассеянно отозвался молодой человек, ухитрившийся отколупнуть от гладкой шеи лунного коня Риннэ длинную щепку и увлеченно ковырявший ею в зубах. — Теперь, разумеется, дело за мной...

2. Кешер

— ...До Ночи Двух Лун, — повторил Кешер Аш-Тот, наполняя свою кружку пивом. Он делал это с таким изяществом, словно вместо кисловатого, мутного пива в кувшине плескалась драгоценная халисская амброзия. К сожалению, запасы вина истощились гораздо раньше, чем «Сверкающее копье» достигло своей цели. — Вы будете ждать до тех пор, пока Ианна и Лилит не округлят свои лики одновременно. Если за это время ничего не произойдет, можете разворачиваться и плыть обратно...

Капитан Цаддак с некоторым усилием вытащил наполовину ушедший в столешницу тяжелый метательный нож (минуту назад в пылу спора он сгоряча воткнул его в стол, продырявив лежавшую сверху пергаментную карту) и отрезал себе большой кусок сухой конской колбасы.

— К этому времени у нас закончатся припасы, — мрачно произнес он. — Ближайшая земля, где можно достать зерно и пресную воду, — острова Поющих Змей в пятистах лигах к северо-востоку. Мы не сможем вернуться, потому что умрем с голоду.

— Возвращайтесь прямо сейчас, — пожал плечами молодой человек. Он поднес кружку к тонким губам и сделал большой глоток. — До Ночи Двух Лун вы как раз успеете пройти пятьсот лиг. Что касается меня, то я с удовольствием останусь на этом острове еще на месяц. Люблю новые места — они помогают мне забыть об отвращении, которое я питаю к жизни.

Капитан кашлянул.

— Не уверен, что это место придется вам по вкусу, мастер Кешер. Я не удалялся от берега дальше, чем на пять лиг, а кормчий попробовал проникнуть в глубь острова и едва вернулся оттуда живым...

— Да-да, — рассеянно кивнул Кешер. — Я помню его рассказы. Демоны, охотящиеся по ночам, прекрасные девы, заманивающие путников в норы подземных страшилищ, и, конечно, орихалк. Целые россыпи орихалка.

— Сами увидите, — хмыкнул Цаддак. — На этом острове его больше, чем во всей Аталанте, считая запасы, хранящиеся в сокровищницах Великого Дома. Смотрите, как бы у вас голова не пошла кругом.

— За мою голову, капитан, не волнуйтесь. Лучше расскажите еще раз, как вы сумели выбраться из этой ловушки.

Кешер аккуратно вытер маленькие усики изящной ладонью. Цаддак снова подумал о том, что для Господина Мечей у пассажира слишком холеные и тонкие руки.

— Мы обошли весь остров кругом, — терпеливо повторил капитан. — Мы нашли проход в скалах, большую сквозную пещеру. Вода в ней то прибывает, то убывает, но никогда не поднимается до самого свода. Пещера широкая, хотя в нескольких местах проход сужается до ширины небольшой лодки, поэтому нам пришлось отказаться от мысли построить устойчивый плот и уходить на долбленке, сделанной из большого поваленного дерева. В подземелье обитает чудовище, которое мне не удалось рассмотреть. Оно схватило Лиса, но я дрался с ним и отрубил три толстые и длинные руки без пальцев. Потом нас подхватило течением, понесло в полной темноте куда- то на север и выбросило за пределами кольца высоких волн. Несколько дней мы странствовали по пустынным водам, то приближаясь к пределам страны мертвых, то вновь возвращаясь к жизни. В конце концов, когда надежда оставила нас, мы увидели вдалеке парус...

— Благодарю, капитан, — прервал его молодой человек. — Собственно, это все, что меня интересовало. Сквозная пещера в скалах, как удобно! Неплохо было бы отыскать ее...

— Она заканчивается под водой, — покачал головой Цаддак. — Не очень глубоко, локтей двадцать, однако с моря это место обнаружить невозможно. Когда поток вынес нашу долбленку из пещеры, я подумал, что Эа забрал нас в свое царство

на дне морском... Соленая вода попала мне в рот и нос, я не мог дышать и приготовился к смерти. Но в тех местах очень сильные восходящие течения. Море вышвырнуло нас на поверхность, как безденежных пропойц выбрасывают из кабака.

Кешер Аш-Тот усмехнулся.

— Цветистое сравнение, друг мой... А не припомните ли, в каком положении находились в день вашего бегства Лилит и Ианна?

Капитан бросил на него недоверчивый взгляд.

— Вы смеетесь надо мной, мастер Кешер? До того ли нам с кормчим было, чтобы глазеть на луны? Хотя погодите... Когда нас носило по волнам и я лежал без сна на дне нашего корыта, молясь богам и готовясь к смерти, Лилит стояла в зените, а Ианна шла на ущерб... Да только зачем вам это знать?

Молодой человек допил пиво и с сожалением поставил пустую кружку на стол. Поднялся с грубой деревянной скамьи, отряхнул щегольский, по последней придворной моде сшитый камзол, украшенный изображениями Яшмовых Тигров — покровителей Дома Аш-Тот, поправил перевязь с двумя короткими мечами и шагнул к двери.

— Любое знание когда-нибудь да пригодится, — ответил он. — Благодарю за угощение — один Хэмазу знает, когда еще удастся попробовать доброго аталантского пива. Лодка, значит, готова?

Цаддак угрюмо кивнул.

— И все же, мастер Кешер... Что нам делать, если вы не вернетесь?

Лицо его собеседника приобрело скучающее выражение.

— Плыть обратно, капитан, — произнес он тоном, которым хорошие родители иногда разговаривают с надоедливыми детьми. — Возвращаться в Аталанту, падать к ногам Их Величеств и умолять о прощении. Сколько мин серебра истрачено на нашу экспедицию? На чье имя выданы векселя Дома Весов? На ваше? Я так и думал... Пожалуй, в этом случае кредиторы могут всерьез на вас рассердиться...

Цаддак порывисто схватился за нож — только затем, чтобы с размаху разрубить оставшуюся колбасу на две части.

— Не говорите мне о кредиторах, мастер Кешер! Если мы вернемся без орихалка, мой дом продадут за долги, моих сыновей закуют в цепи и отправят гребцами на галеры, а дочерей отдадут Белым Сестрам... Лучше мне будет сдохнуть от го-

лода или пойти на корм рыбам, чем стать свидетелем такого позора. Если вы погибнете, я прокляну тот день, когда подал Их Величествам записку об Острове Орихалка...