Ферма
Шрифт:
— Но с чего этого червяка вместо красавицы ставить? Вот не понимаю… — качал головой его собеседник, Тим. — Смотреть-то не на что!
Я с отвращением покачал головой, знаток душ, дери его за ногу!
— Ой… Не скажи, не славится красавица, а кому что нравится! Да какой же она червяк. Если только ростом не вышла, а так девка то ладная, просто не выставляется, скромница, — глубокомысленно заявил Семен. — Бывают такие бабы, сразу в глаза не бросается, а присмотришься и глаз не оторвать, Ивета из таких.
— Так не молодушка же, ей двадцать один, наша доктор сказала…
Сплетники. Это неинтересно.
Я перемотал вперед, к моменту, когда в амбаре появились Марина с Иветой, у которой была лошадка в руках. Откуда она ее взяла? К этому моменту собрались остальные, доктор начала разговор.
Слушал их доводы, слушал тех, кто был против и кто был за. Внимательно наблюдал, иногда перематывая запись и повторяя некоторые части.
Ивета, хоть и косвенно, заступилась за нашего доктора. Смешная. Марину защищать решила… Я улыбнулся. Котенок заступившийся за тигра.
Смотрел на нее и видел, хотя Ивета стояла в толпе людей, но чувствовала себя одиноко. Да, я это хорошо понимал, привычное и для меня ощущение — ты в толпе, и в то же время один как перст.
Ивета эффектно закончила гневную речь и, прижав к себе игрушку, вышла, так и не узнав, что ее эмоциональное воззвание переломило обстановку и теперь большинство из тех, кто колебался послезавтра поедут в безопасное место. Спасенные жизни в ее копилку.
Но она об этом не знает и сейчас наверняка злится, хотя этого никто и не увидит.
Ивета из тех людей, которые спокойны и улыбаются, скрывая за внешней невозмутимостью рвущие душу страсти. Удивительно, как ее сегодня прорвало. Видимо, слишком много разом навалилось.
Я прослушал все, что было сказано на этом собрании. Такое фразерство… и ничего по существу. Меня разочаровал Семен, я ждал, что он поддержит Марину, а он плел за ее спиной интриги. А ведь в моих планах он должен был разделить власть с доктором. Теперь придется искать ему замену.
У Марины будет пятнадцать помощников, парни из команды, управляющей судном, лучшие люди фермы, но все же хотелось, чтобы ее поддержали старики. Хотя и это не проблема, но все же я сильно надеялся на Семена. Скверно.
Тут в мой кабинет ворвалась Марина. Как всегда, только вспомнишь, появится. Я поднял на нее тяжелый взгляд:
— Что опять случилось?
Она раздраженно поинтересовалась:
— В чем дело, почему такое резкое изменение планов, вы что, уже передумали?
Я нахмурился, вообще не понимая, чего она хочет.
— О чем ты вообще?!
— Я видела! Вы давно неравнодушны к девушке! Да что там юлить, хотите ее оставить себе, и мы оба это знаем. — С напором начала Марина, недовольно качая головой — Потому не собирайтесь требовать от нее, чтобы она уплывала со всеми, хотя оставаться здесь ей смертельно опасно?
Я сухо отрезал:
— Неважно, чего я хочу или не хочу. В моем возрасте надо иметь голову на плечах, а не личные хотелки реализовывать. Я вообще ничего не понял. О чем ты? Куда я Ивету отпускать не хочу? Чего я должен от нее требовать?!
Марина подозрительно прищурилась:
— Так это точно не ваша идея, оставить ее здесь, хозяин?
Я едва сдержался, раздраженно отозвавшись:
— Ты меня недостаточно знаешь? С чего ты такое взяла? Кто решил ее тут оставить?
Марина решила взять меня за жабры, и куда весь пиетет подевался?
— Так все же, Георг, как ты к ней относишься? — Я минуту помолчал, понимая, что Марина на пределе. Покачал головой, едва сдерживая возмущение. Глядя ей в глаза, ответил:
— Я дорожу ею. Она дорога мне. — И уже сквозь зубы добавил. — Как ты… как Корбан. У меня и в мыслях не было кого-то здесь оставлять. Хватит мне свой бред приписывать!
Марина в отчаянии покачала головой, прикусив губу, это было так непривычно, что у меня вся злость пропала:
— Она уперлась. Сказала, что никуда не едет. Ее не переубедить. Теперь ни за что пропадет девчонка… Я не знаю что делать… — Марина была очень расстроена.
Я улыбнулся:
— Марина, охолонись, милая! Займись своими делами. У тебя послезавтра эпохальный переезд. Да и потом все больше «весело» будет. Лучше сядь, чай попей, отдохни, а с Иветой я поговорю вечером. Не волнуйся.
— Хорошо. Но я очень сомневаюсь, будет ли от вашего разговора толк… — Я судорожно выдохнул, раздраженно сверля ее глазами. Мне нужны недюжинные силы, что не убить никого до отъезда! Полчаса требовала, чтобы я вразумил Ивету, тут же заявила, что смысла в этом она не видит. Логично, а что?
Я проворчал:
— Иди, поспи у тебя уже синяки как у панды.
— Угу… — Наша доктор устало кивнула и вышла.
Я покачал головой, еще и мое отношение к Ивете приплела. И дело совсем не в том, что мужчина моего возраста превращается в посмешище, если поддается дурацкой влюбленности. И даже не в том, что мне пока не до нее, (надо закончить отправку людей), все это не главное — я опасен для нее во всех смыслах.
На самом деле это все блажь, я давно привык быть один. И все во мне, что когда-то чувствовало и жило, покрылось льдом, потеряв восприимчивость.
Ладно, все это ерунда, мы договорились вечером поговорить, тогда и потребую от нее поменять решение.
Ивета
Как и было договорено, я собралась вечером к Георгу, но так как мы случайно столкнулись у входа, он преувеличенно галантным жестом он распахнул передо мной дверь.
— Где была? Что делала?
Я смущенно кивнула, поблагодарив, и вошла в дом.
— Милане на кухне помогала, она попросила. Надо было много хлеба в дорогу напечь, а все заняты… кроме меня, — устало отозвалась я.