Чтение онлайн

Растрёпанная девушка в его постели была бонусом, этакой вишенкой на торте. Мол, Эйнардс не просто бравый вояка, а по всем фронтам ого-го.

Они галдели. Кричали, обнимали и хлопали по плечам Грэма. Я же снова приняла горизонтальное положение и накрылась одеялом с головой.

Замаскировалась. Слилась с окружающим пейзажем и стала пережидать эту бурю. Когда в комнате, наконец, наступила тишина, а дверной замой щёлкнул, прозвучало весёлое:

— Ну что же ты, храбрая моя феечка?

Я? Ничего.

Я отбросила одеяло и перетекла в мстительно-соблазнительную позу. Выдал меня товарищам? Что ж, получи не менее ехидный ответ!

Грэм на мгновение замер, глаза потемнели, в них мелькнул уже знакомый нечеловеческий отблеск. За минувшую ночь я видела этот отблеск много раз, но он ничего не прояснял.

Вопрос расовой принадлежности Грэма оставался открыт, но мне было лень выспрашивать возлюбленного. Чуть позже. Не прямо сейчас.

Я томно прикрыла глаза, провокационно облизнула губы, и Грэм растерял лишнюю весёлость. Судорожно глотнув воздуха, начальник Департамента городской стражи шагнул к кровати, а ткань, закрывавшая его бёдра, упала на пол.

Полностью обнажённый Эйнардс вызвал резкий прилив желания, но я всё равно улыбнулась, потому что… ну да, этот слоник не был унылым, и ему очень шла лысость. Она его украшала!

— Посмейся, посмейся, — верно разгадал мои мысли Эйнардс. Ночью, когда мы, в перерыве, обсудили тему интимных причёсок и хоботов, я хохотала до слёз.

— Я не смеюсь, я радуюсь! — ответила почти искренне.

— Угу, — Грэм взобрался на кровать, и выглядел в этот момент весьма опасным.

Я хихикнула и начала отползать, а пространство опять наполнилось гулким звоном колокола — бом-бом-бом…

Звук был таким, что Грэм поморщился, а я очень глубоко и очень печально вздохнула — угу, снова.

Незамеченной эта реакция не осталась:

— Ами?

Я, конечно, призналась:

— Ну ты ведь знаешь, как я люблю артефакты?

Эйнардс нахмурился и мотнул головой.

Вообще эта информация не афишировалась. Храмовники и прочие чины не распространялись, однако весь город знал.

Всем было известно о том, что в последние несколько лет алтарь, вокруг которого был выстроен Главный храм, и внутри которого хранился божественный артефакт, начал проваливаться под землю.

Точнее, процесс проваливания начался сразу, ещё в момент строительства, но критичных масштабов достиг лишь сейчас.

Причины? Божественный артефакт. Он был слишком тяжёлым, давил с невероятной силой. Буквально через пару лет после завершения строительства, под храмом начались работы по укреплению — насколько мне известно, служителям даже пришлось забить камнями расположенный под центральным залом подвал.

Пространство под алтарём укрепляли все эти годы. Там всегда что-то да строили. А не так давно центральный зал вообще закрыли. Потом пронёсся слух, мол место, на котором стоит алтарь, ремонту уже не подлежит, алтарь будут переносить. Вернее, передвигать.

Позже слух подтвердился, и лично я бегала по потолку, потому что перенос означал, что артефакт откроют. Откроют реликвию, которую лично я никогда не видела, но чью мощь признавали все!

Ведь с религией как? Это штука специфичная. Было, не было божественное чудо — поди разбери. Но с артефактом из Главного храма чудеса случались, я сама, лично, являлась их свидетелем.

Два столетия назад к стенам города подошли отряды смертоносной армии варваров, взяли столицу в осаду. Но на третий день Главный храм озарился светом, и за стенами начался огненный дождь. Капли огня прожигали всё, варвары бежали, хотя уйти смогли не многие.

Через полвека после этого события наступила ужасная жара с сильнейшей засухой, и когда в городе закончилась вода, когда от этой нехватки начали болеть и умирать люди, здание Главного храма засветилось опять…

Артефакт вызвал дождь, который перешёл в трёхдневный ливень. В тот момент даже я приклонила колени, благодаря и признавая силу тех, кто, фактически, пришёл на смену нам, волшебным существам.

Культ божественных близнецов возник очень давно, и невозможно сказать, что это боги нас уничтожили — нет, их появление с умиранием волшебства не связано. Более того, посещала меня одна крамольная мысль…

Источник волшебства под городом — почему он существует? Почему не истощается?

За время своих скитаний я посетила множество городов, сотни деревень, бывала в монастырях и иных специфических местах. Я даже встречала следы волшебных источников — они напоминали безжизненные пересохшие ручьи.

А источник, расположенный здесь, жил. Год за годом, из века в век, он оставался стабильным. Объективно, существовала лишь одна сила, способная его стабилизировать — божественный артефакт.

Сначала эта теория казалась мне сомнительной, но чем дольше я контактировала с волшебными предметами, тем больше убеждалась, что подобные союзы возможны. В упрощённом варианте существуют «совместимость» и «несовместимость», но, если копнуть глубже, можно найти много всего.

В моей коллекции имелись артефакты, которые подзаряжают друг друга. Были те, что, даже являясь «совместимыми», вызывали взаимную эрозию основы — взаимно разъедали металл и камень оправ. Пара, стабилизирующая свойства друг друга, тоже была, но в случае моих артефактов стабилизация являлась взаимной, а тут — не знаю.

Впрочем, утверждать, будто секрет выживания источника кроется в близости божественного артефакта тоже не стану. Но очень похоже на то!

Разумеется, я мечтала взглянуть на артефакт. Даже предпринимала несколько попыток, но все напрасно. Защита храмовой реликвии была не по зубам одной фее. Я ведь и почувствовать его не могла — золотой ящик с толстыми стенами экранировал вообще всё.

А тут перенос.

Понятия не имею как храмовники это сделают, ведь артефакт неподъёмный, не зря он продавливает прочнейшее каменное основание. Но мероприятие, в любом случае, закрытое. Простых смертных в центральный зал никто не приглашал.

— Амирин, милая, так о чём загрустила? — выдёргивая из этих мыслей, позвал Грэм.

Я вздохнула и ответила:

— Нет, ничего. Просто…

— Хочешь посмотреть на перенос артефакта? — с лёгкостью догадался он.

Угу.

— Хочу, но это невозможно, — я была абсолютно серьёзна. — В главный зал допустят только короля, архиепископа и настоятеля. Больше никому входа нет. Остальным предстоит толпиться на улице и ждать.