Чтение онлайн

Потом Берга то ли оттеснили от машины сопровождения, то ли он сам благополучно затерялся, но на "хвосте" у него вместо "Опеля-Фронтера", напичканного верной охраной, повисла "Ауди".

Считая себя русским аналогом Мики Хаккинена и Михаэля Шумахера в одном лице, Берг прибавил скорость и вскоре с гордостью убедился в том, что от погони он, по всей видимости, оторвался. Но отклонился от пути следования к свиридовскому дому и теперь был вынужден вилять по улицам, переулкам и проулкам, накручивая километры. И пока он браво колесил по городу, ушлые парни, заполнившие своими особами салон таинственной "Ауди", опять высчитали его и теперь болтались, как говорится у комментаторов "Формулы-1", "на заднем спойлере".

Берг проявил чудеса водительского искусства и сумел первым подъехать к подъезду Свиридова.

В тот момент, когда он лихорадочно терзал кнопку свиридовского звонка, "Ауди" въезжала во двор. Хотя скорее всего они Берга и не видели, зато наверняка видели его аккуратно запертую — несмотря на панику Ивана Германовича! — машину и поняли, что хозяин не бросил ее, а просто оставил и ушел по делу.

И, вероятно, вскоре вернется.

— История, — задыхаясь от смеха и кося глазом на растерянное лицо Берга, сказал Фокин и толкнул в бок Наполеона, который с возмутительной прожорливостью заглатывал продукты из "Айсберга";

Свиридов же встал с дивана и выглянул в окно, из которого открывался вид на двор.

Возле свиридовского подъезда в самом деле торчал какой-то автомобиль, при более пристальном рассмотрении оказавшийся престарелой темно-красной, в грязевых разводах, "Нивой".

— Это и есть ваша машина? — спросил Владимир.

— Да, — ответил Берг, а потом многозначительно, с комичной торжественностью добавил:

— Самая первая машина, которую я купил в своей жизни. Мне было двадцать с хвостиком…

Тогда это считалось круче, чем сейчас иной "Мерседес".

Его подслеповатые бесцветные глазки излучали такое умиление, что Фокин снова фыркнул, а Свиридов криво улыбнулся и снова устремил свой взгляд во двор.

…Вероятно, они не знают, к кому поехал Берг.

А то бы не "светились" так явно.

— Вы правы, — сказал Владимир. — Вас в самом деле вели и теперь пасут.

— Где? — привстал Фокин.

— А вон. Посмотри-ка на этого хлопца с эйнштейновским лбом. Милейший человек, судя по выражению лица. Да и вышагивает, как на параде. А вон и второй. В "Ауди".

Свиридов был прав.

Возле берговской машины с озабоченным видом прохаживался внушительного вида молодой человек в серой толстовке. Он посматривал по сторонам и то и дело пробегал взглядом по окнам девятиэтажки, в которой жил брат Свиридова, Илья.

А метрах в пятидесяти от свиридовского подъезда, в тени облетающего раскидистого вяза стояла столь же грязная, как берговская "Нива", черная "Ауди" с выбитой фарой, чуть помятым бампером и треснувшим лобовым стеклом, что придавало этому в принципе весьма приличному автомобилю довольно-таки затрапезный вид.

Из переднего окна с опущенным стеклом то и дело выглядывала массивная бритая башка с маленькими, узенькими, подозрительно блестящими гляделками.

Если этот классический мелкоуголовный типаж наивно полагал, что он похож на законопослушного папашу-обывателя, высматривающего из машины своего сынишку, то делал он это совершенно напрасно.

На его изборожденном озабоченными складками лбу, высоте которого позавидовала бы самая умная и высокоразвитая горилла из тропических лесов Экваториальной Африки, на всем его широком тупом лице были написаны напряжение и подозрительность.

В тот момент, когда Владимир показал его Фокину, он смотрел определенно на окна свиридовской квартиры и что-то говорил по телефону.

— Милые люди, — повторил Свиридов. — Ну что ж, мне проводить с ними задушевный разговор, или как?

Берг в ужасе посмотрел на своих преследователей и, заморгав белесыми ресницами, произнес:

— Значит, четыреста долларов?

Терпение Владимира лопнуло.

— Я могу взять с вас сразу "штуку", и вы будете покорно платить, потому что в данный момент иного выхода у вас нет. Конечно, можно вызвать милицию или, еще лучше, вашу охрану, но…

— У меня нет с собой телефона, — пролепетал тот.

Свиридов передернул плечами: да, такие бизнесмены ему еще не попадались.

Мало того, что у него взорвали лимузин.

Мало того, что его сегодня самым наглым образом обворовали, пусть он даже не знает и скорее всего никогда и не узнает об этом…

Но, судя по всему, в детстве его еще уронили в унитаз и, если полагаться на ряд прямых и косвенных признаков, вылавливали не меньше часа.

Даже не верится, что этот человек сумел встать во главе весьма крупной компании.

На первый взгляд — у него куда больше оснований называться не жертвой криминальных наездов, а жертвой аборта.

Свиридов пристально взглянул на Берга.

— Значит, мы договорились? — умоляюще спросил тот, видя, что Владимир не считает нужным разрядить напряженное молчание. — Только вот что… если вы сразу хотите аванс, то у меня с собой нет наличных. Так… пара кредитных карт и чековая книжка.

Владимир перевел взгляд на Афанасия: тот ел апельсин с блаженным видом юного отрока Варфоломея, сподобившегося приобщиться к священным таинствам.

— Хорошо, — отрывисто сказал Владимир. — Выпишите-ка мне чек на пару тысяч долларов, и на этом порешим. Подробности обговорим позже.

— Ну надо же, в такую погоду — и Заниматься такими неблагодарными делами. Чем на этих уродов смотреть, лучше бы в зоопарк пошел, что ли…

Свиридов вышел из подъезда и направился прямо к берговскому рыдвану. Вблизи машина выглядела еще хуже, чем из окна квартиры;