Фигуры
Шрифт:
Мужчины подхватили сумку и понесли, идя пока той же дорогой, что и Лаэле, но все больше отставая от легконогой девушки. Вот она дошла до перекрестка, помахала им на прощание и свернула в узкую боковую улочку... И почти тут же нарвалась на загулявшую компанию.
– Что такая маленькая девочка делает здесь одна?!
– громогласно удивился высокий парень со свежей ссадиной на подбородке.
– Может, ей нужна компания?!
– глумливо предположил второй, пониже и поплотнее.
А третий, от которого несло спиртом, не теряя времени, просто ухватил ее за руку и попытался притянуть к себе...
Когда Шеф и Хургаад, бросив сумку со снаряжением, прибежали на визг, все было уже кончено. Лаэле стояла, прижавшись к стене и закрыв лицо руками, ее буквально трясло. А рядом с ней валялись в различных позах три тела без признаков жизни с искаженными от ужаса лицами.
– Я же говорил, надо было проводить!
– Хургаад подбежал к Лаэле, прижал ее к себе, подхватил ее, маленькую и легкую, на руки.
– Вот попались некстати, - Шеф, ворча, склонился над телами ночных гуляк.
– Готовы, все трое. Она выжгла им мозги!
– Лаэле! Как ты?! Успокойся! Все в порядке!
– Хургаад пытался привести в себя девушку, впавшую в ступор.
– Да что с тобой?!
Шеф печально вздохнул.
– Эти девочки очень уязвимы. Они многое могут, но за свои умения расплачиваются повышенной эмоциональной нестабильностью. Это как перенапряженное стекло: оно намного прочнее обычного, но стоит появиться одной трещине, и оно разлетается на мелкие осколки. Вези ее сейчас к себе, а там успокоишь известным способом. Заодно она включит тебя в свою сферу восприятия.
– Но...
– Не смотри, как она выглядит. Лаэле - вполне взрослая женщина и уже... с соответствующим опытом. И считай это лечением, которое нужно вам обоим!... Да, как придешь к себе домой, не забудь выключить имитатор!
– А вы?!
Шеф криво усмехнулся.
– А я пока здесь приберусь. Не беспокойся: не впервой.
– Но как же вы?...
– Да иди, иди же! Я справлюсь! И мне все равно пришлось бы принимать стимуляторы, ведь завтра у меня обычный рабочий день...
– Я вас выслушаю, но попрошу покороче!
– господин Граух явно не испытывал никакого почтения к гостям.
– У меня рабочий день и нет времени на бесполезные разговоры!
Суорд, пришедший к неофициальному главе нелегальной Императорской страховой компании и одному из видных домовладельцев в Старом Городе под видом обычного функционера Союза Борьбы, иронично усмехнулся.
– Почему вы считаете, что мы собираемся тратить время на болтовню?! У нас на сегодня тоже есть много другой работы.
– Это вы называете работой?!
– вспылил Граух.
– Вы пришли опять просить денег! Знаете, я и так плачу полиции, Службе Безопасности, Синдикату, районным властям, добровольно - слышите, добровольно - отстегиваю вам. У меня нет возможности изымать из оборота дополнительные суммы!
– Кто говорит о платежах?!
– сделал жест отрицания Суорд.
– Вас, очевидно, неверно информировали. Нам нужны ваши связи, ваши организационные способности и ваши кадровые ресурсы. При этом, все ваши усилия будут оплачены. По нормальной цене.
– Это другой разговор, - Граух пошел на попятную и даже немного смутился.
– Я деловой человек и понимаю, когда ко мне приходят с предложениями. Что вам нужно?!
– Вот список.
Тертый, сопровождавший Суорда под видом помощника, протянул бизнесмену распечатку.
По мере прочтения лицо Грауха приобретало все более озадаченный вид.
– Что это?!
– наконец, не выдержал он.
– Продовольствие, питьевая вода, биотуалеты, палатки, обогреватели, энергопатроны и топливные элементы - и все в огромных количествах с доставкой на Площадь в День Единения?!
– Совершенно верно, - как ни в чем не бывало подтвердил Суорд.
– Вы можете это организовать?
– Вы хотите, чтобы я выступил для вас агентом?!
– перевел Граух на привычный для себя язык.
– В течение восьми... нет, семи дней закупил всю эту прорву по списку и привез на Левый берег?! Да вы издеваетесь!
– Никоим образом, - возразил Суорд.
– Все это абсолютно реально, включая деньги, которые мы сегодня же готовы перевести на ваш счет.
Граух потряс головой. Он еще раз глянул на список в своей руке, потом на Суорда, на Тертого и снова на список.
– Тогда объясните!
– потребовал он.
– Что все это значит и для чего это вам нужно?!
– Для организации бессрочного митинга протеста, - спокойно объяснил Суорд.
– Какого еще протеста?... На Площади?!
– Именно так, - Суорд подтверждающее кивнул.
– В День Единения на ней соберутся сотни тысяч человек. Это самое подходящее время и место, чтобы заявить о наших требованиях. А палатки, топливные элементы и все прочее нам необходимо, чтобы организовать круглосуточное пребывание там людей в течение нескольких дней.
– Да у вас там все сумасшедшие!
– эмоционально воскликнул Граух.
– Устраивать летний лагерь на Площади!? Да полиция мгновенно разгонит все ваше сборище!
– Не разгонит.
– Что?!
– Не сможет разогнать, - Суорд с легкой улыбкой глядел на разошедшегося бизнесмена.
– Полиция не умеет работать с такими массами. Она в состоянии рассеять тысячную, может быть, четырехтысячную толпу. Но на большее у нее не хватит сил. Возможно, вы помните инцидент пятилетней давности, когда после финального матча на Императорский кубок состоялось стихийное шествие болельщиков? Тогдашний начальник Особого Столичного Округа от большого ума приказал его разогнать, но полиция ничего не смогла сделать, хотя там было всего лишь около двадцати тысяч человек. А представьте себе, что будет, если на Площади останутся хотя бы полсотни тысяч?!