Чтение онлайн

В прошлом возможность и способность человечества выступить единым субъектом в истории отрицались или ставились под сомнение. А.И. Герцен в книге "Былое и думы" писал в середине XIX в.: "Слово "человечество" препротивное: оно не выражает ничего определенного. ...Какое единство разумеется под словом "человечество?" Разве то, которое мы понимаем под всяким суммовым понятием, вроде икры и т.п.".

429

Появившаяся в первой половине XX в. концепция локальных цивилизаций отвергла идею исторического единства стран и народов мира. О. Шпенглер в нашумевшей работе "Закат Европы" отзывался пренебрежительно о человечестве как о зоологическом понятии или пустом слове. А. Тойнби хотя и говорил о коллективном Человечестве, упорно собирающем и накапливающем из века в век плоды трудов и достижений науки и техники, однако не считал его субъектом исторического действия.

Вплоть до второй половины XX в. не возникало потребности в осознании человечеством самого себя как некоторой единой целостности. По мере обострения глобальных проблем стали вырисовываться контуры механизма становления человечества как сложного, противоречивого, но вместе с тем единого субъекта исторического процесса. Впервые человечество из "человечества-в-себе", т.е. из изначально заданного единства человеческого рода на Земле, постепенно стало задумываться над своими возможностями стать вершителем, творцом собственной судьбы, т.е. превратиться в "человечество-для-себя".

С появлением угрозы глобальной катастрофы в философской и научной литературе начинается изучение складывающейся ситуации. В процессе многовекового развития промышленной цивилизации наблюдается постоянное возрастание антропогенной нагрузки на природу, однако это не вызывало особого беспокойства, хотя локальные по масштабам природные кризисы периодически случались. В целом господствовал взгляд на природу как на пассивный объект человеческого воздействия, как на простое средство удовлетворения материальных потребностей.

В XX в. становится очевидным, что масштабы природных изменений, вызванных деятельностью человека, уже соизмеряются с естественными геологическими процессами. В таком случае его деятельность больше не может носить стихийного характера. Известный отечественный ученый В.И. Вернадский выдвинул в 1940-е гг. идею ноосферы. Он считал, что перед человеком встает задача сознательного управления процессами, происходящими в биосфере, преобразования биосферы в ноосферу в результате планомерного воздействия человека на природу. Ноосфера представляет собой единую систему, состоящую из техносферы и природной среды (биосферы), которая организуется и управляется разумом людей в интересах всего человечества.

430

Ноосферная концепция активно разрабатывалась в 1950- 1970-е гг., затем получила дальнейшее развитие в трудах известного ученого Н.Н. Моисеева, в работах других отечественных и зарубежных авторов. Была выдвинута идея коэволюции, т.е. совместной эволюции природы и общества. Суть идеи состоит в том, что необходимо, во-первых, качественно изменить антропогенную нагрузку на биосферу, а значит, перестроить само общество, во-вторых, соотнести допустимую антропогенную нагрузку на биосферу с возможностями сохранения ее стабильного существования в том русле эволюции, в котором она сейчас находится.

Ускорять движение биосферы, направлять ее развитие можно только вдоль линии эволюции. Если будет превзойден критический порог воздействия на биосферу, она может перейти на другой канал эволюции, где человеку и человечеству не останется места ввиду коренного изменения всех параметров биосферы. В этом подходе сторонники коэволюции видят мировоззренческую основу всех фундаментальных наук и практической деятельности людей в наступившем XXI в.

Большая работа по изучению глобальных проблем была проведена Римским клубом - международной неправительственной организацией (создана в 1968 г.). Широкую известность приобрел целый ряд исследовательских проектов, в реализации которых принимали участие видные западные ученые. Римский клуб одним из первых стал предупреждать мировую общественность о грозящей катастрофе, говорить о ее возможных масштабах, искать альтернативные пути развития.

2. Поиски нового понимания сущности общественного прогресса

После первых же докладов Римского клуба у многих ученых, мыслителей, общественных деятелей складывается твердое убеждение, что линейно-поступательная концепция общественного прогресса устарела. Помимо того что она носит откровенно европоцентристский характер, смысл ее состоит в том, что определяющим фактором развития общества выступает развитие экономической сферы, материального, индустриального производства. В этой парадигме применение все более совершенной техники и технологий должно приводить к устойчивому росту производительности труда, вещественных и иных благ, которые в своей совокупности составляют общественное богатство, предназначенное для удовлетворения растущих потребностей людей.

431

В этом сходятся даже либерализм и марксизм в их классическом понимании, несмотря на принципиально различное представление, в частности, о роли собственности в жизни общества. Чем больше производится товаров, тем лучше могут жить люди. Безграничное развитие производительных сил раскрывает простор для безграничного развития человека. И хотя классический либерализм и марксизм по-разному понимают цель и историческое предназначение человека, их, однако, объединяет одно - понимание западной, в данном случае индустриальной, цивилизации как техногенной.

Для всех незападных стран Европа становится образцом, на который им следует ориентироваться в поиске целей и перспектив собственного развития. Так же рассуждают и в Европе. Постепенно складывается концепция догоняющего развития, которая становится господствующей как в метрополиях, так и в постколониальных странах.

С переходом на постиндустриальную стадию западное общество классического капитализма претерпевает значительные изменения. Но оно по-прежнему сохраняет свой техногенный характер. В западном обществе продолжают доминировать экономические, материальные интересы. Постоянный рост материального благополучия граждан является основной целью правительств всех стран Запада, несмотря на превратности их политической жизни.

Несложные подсчеты показывают, что на Западе живет пятая часть населения планеты, использующая 80% мировых природных богатств, вовлекаемых в хозяйственный оборот, для удовлетворения своих потребностей. Разрыв в уровнях развития между западным миром и остальными странами постоянно растет и достигает примерно 12-14 раз, а пять самых богатых стран мира богаче пяти самых бедных в 70-80 раз. В значительной мере такой разрыв есть результат неэквивалентного обмена между Западом и остальным миром, который поставляет ему не только сырье, энергоносители, рабочую силу, кстати по дешевым ценам, но и свои лучшие умы. Огромное количество талантливых ученых, инженеров, менеджеров из развивающихся стран живут и трудятся на Западе, в немалой степени способствуя его процветанию и развитию.