Финал всего этого
Шрифт:
Но одежда была лишь бутафорией.
Меня ошеломило лицо.
Хирург отлично поработал, кем бы он (или она) ни был, отлично поработал. Нос стал меньше, подбородок теперь имел форму сердечка, а скулы стали чуть заметнее и, может быть, на полдюйма выше. С голубыми контактными линзами...
Кендра. Она была Кендра.
– Ты потрясен, как и следовало, Роджер, и я благодарна за это, сказала она, проходя мимо меня к бару.
– То есть это ведь было болезненно, поверь мне. Ну, да ты же по собственному опыту знаешь, что такое пластическая хирургия.
Она бросила пальто на кресло и налила себе стопку.
– Стерва, - сказал я, выбивая стопку из ее руки, слыша звон хрусталя, разбившегося о камень камина.
– Чертова осквернительница могил!
– А может быть, я реинкарнация Кендры?
– улыбнулась она.
– Об этом ты не подумал?
– Убирайся вон!
Она встала на цыпочки, как когда-то Кендра, и коснулась моих губ своими.
– Я знала, что ты разозлишься, когда увидишь меня. Но потом не выдержишь. Захочешь узнать, ощущаюсь ли я по-другому. Не Кендра ли я.
Я пошел к двери, схватив на ходу ее пальто, потом стиснул ее запястье и вытолкнул в снежную холодную ночь, выбросив следом ее пальто. И захлопнул дверь.
Двадцать минут спустя раздался стук. Я открыл дверь, зная, кого увижу. Было виски. Несколько часов виски, а потом, прежде, чем я сообразил, что происходит и вопреки всему, что было для меня свято и дорого, мы, каким-то образом, очутились в постели, и, обняв меня в темноте, она сказала:
– Ты ведь всегда знал, что когда-нибудь я тебя полюблю, правда, Роджер?