Чтение онлайн

Я тоже оценил его экстерьер. Правда, только после того, как краем глаза засек приближение нужного «Престижа» и ознакомился с информационной справкой об «ораторе», прилетевшей от Дениса Михайловича. Поэтому не просто разглядывал лицо и фигуру юного Молниевика со «вторичкой»-Водой, раскачавшегося «аж» до третьей ступени ранга новик, а соотносил увиденное с прочитанным и старался не заржать. С чего это вдруг? А с того, что парень, заинтересовавшийся автогонками только в начале ноября и успевший пройти четырнадцать двухчасовых тренировочных курсов на автодроме в Мякинино, ничтоже сумняшеся назвал себя водителем-экстремалом:

— Боец я пока средненький, а машину вожу. Причем куда экстремальнее, чем ваш братик!

Зыбина звонко рассмеялась и, «не заметив», что снова привлекла к нам внимание Задорожного и его друзей, продолжила веселиться:

— Прошу прощения за уточнение, но вы действительно считаете «Фудзи» машиной, а себя гонщиком-экстремалом?!

— О своих успехах говорить не буду, а эту машину считаю истребителем на колесах! — гордо заявил «гонщик», покосился на четверку парней, вместе со «свитой» двинувшихся к нам, и резко обострил разговор: — Более того, готов при свидетелях поставить этот истребитель против «Искорки» вашего брата!

Тут перед глазами возникло сообщение алой категории важности, и я вчитался в текст:

«Соглашайтесь!!! Только не вздумайте гонять по улицам города — автомобильные аварии с участием лицеистов нам не нужны. А на автодроме в Мякинино вам освободят „окно“ с 11–00 и до 11–30. ВММ»

Пока я откладывал на отдельную полочку памяти крайне неприятный факт о наличии у Кораблева микрокамеры, к которой в любой момент могут подключиться Волконские, Яков Миронович Осоргин успел «не дождаться ответа» и разочарованно поморщился:

— Как видите, ваш брат понимает, что его нынешний потолок — цирк на сухом асфальте, поэтому героически молчит!

— Вы торопитесь с выводами… — равнодушно заявил я, полюбовался на изумленно выгнутую бровь «экстремала» и продолжил тем же тоном: — Если есть желание погоняться, то почему бы и не да? Только предупреждаю сразу, что по городу гонять не буду: да, асфальт чистый и сухой, но машин на дорогах слишком много, а аварии по нашей вине мне однозначно не нужны. И я готов поставить на кон только машину, то есть, без прошивки ее искина. Если эти условия устраивают, то задам встречный вопрос: вам знакома гоночная трасса в Мякинино?

— Да, конечно!

— Тогда предлагаю отправиться туда и решить наш спор в присутствии свидетелей. К примеру, вот этих ребят…

— Это будет интересно! — подал голос нужный мне Огневик и, тем самым, открыл фонтаны красноречия своих друзей:

— Ага, мы в деле!

— Черт, если не сообщим Мише, превратимся в его личных врагов…

— Ха: сейчас в Мякинино рванет весь лицей! Впрочем, бог с ним — такие мероприятия случаются нечасто…

— Кто забронирует трассу? — спросил Осоргин, не без труда перекричав расшумевшихся парней.

Я равнодушно пожал плечами и мотнул головой в сторону Задорожного:

— Мне все равно. Впрочем, раз парни в деле, значит, можно поручить им. А то заскучают по дороге.

— Ты, главное, скинь им свою айдишку, чтобы сообщили время начала гонки! — потребовала Янка, вне всякого сомнения, выполнив рекомендацию Дениса Михайловича. — А то тетя Рая наверняка захочет поприсутствовать. Да и прабабушка твоя тоже во дворце не усидит.

— Скину. Прямо сейчас… — пообещал я, отправил «визитку» Константину Борисовичу, «запоздало вспомнил» о том, что мы не представлены, и исправил это недоразумение…

…Предсказание Павла Геннадьевича Воронова, друга детства господина Задорожного, начало сбываться еще до того, как я довел Яну до ее «Искорки». Первой ласточкой скорого «Великого Исхода Лицеистов» стал маневр синего «Континента», намылившегося въехать в створ ворот, но резко изменившего направление движения и начавшего набирать скорость. Не успел этот лимузин перестроиться в левый ряд, чтобы развернуться и рвануть в сторону выезда на Ремезовский проспект, как из второго корпуса вывалилась толпа лицеистов и понеслась к своим автомобилям. А после того, как я помог Земляничке сесть за руль, с парковочных мест стали срываться машина за машиной.

— Рискуем попасть в серьезнейшую пробку! — тихонько хихикнула Валя, полюбовавшись этой «красотой».

— Это мелочи… — вздохнул я, развернувшись на месте и двинувшись к парковочному месту Зыбиной. — Представь себе реакцию ректора!

Целительница вытащила из куртки комм, набрала на нем какой-то текст и показала мне:

«Так она ж Волконская…»

Я сильно сомневался в том, что Императрица-Мать захочет посвящать Ираиду Федосеевну в интриги, связанные со мной, поэтому заранее смирился с будущим разносом и выбросил лишние мысли из головы. Добравшись до машины, набрал «старшую сестренку» и описал создавшуюся ситуацию. На втором вопросе Раисы Александровны добавил к беседе «постучавшуюся» ко мне Шахову. А на пятом к конференцсвязи САМОСТОЯТЕЛЬНО добавилась Императрица-Мать и взяла нить разговора в свои руки:

— Всем доброе утро. Ждем десять секунд…

После того, как в канале дважды негромко пискнуло, сообщила, что нас переключили в защищенный режим, и обратилась ко мне:

— Лютобор Игоревич, прошу прощения за то, что втравила вас в спор с Яковом Осоргиным, но по ряду причин нам было выгодно воспользоваться создавшейся ситуацией, то есть, минимизировать риски взятия анализов крови в течение всего сегодняшнего учебного дня и половины завтрашнего. Кстати, по уверениям моих аналитиков, у вас есть все шансы победить. Даже с учетом того, что этот парнишка — маг Молний в «первичке», а у вас этот Дар является второстепенным. Ведь вы на три ступени выше плюс учились экстремальному вождению у многократной чемпионки мира и Европы, а этот юноша занимался у обычных инструкторов автодрома. Кроме того, в вашу же пользу сыграет и психологическое преимущество: ваш противник уверен, что вы — всего-навсего пробужденный, поэтому на старте наверняка не станет выкладываться до предела. Так что если вы, как вызванный на спор, убедите вызвавшего ограничиться одним-единственным кругом и еще на старте отыграете первую позицию, то с достаточно высокой долей вероятности не дадите Осоргину себя обогнать. И последнее: если победить в этом споре вам по каким-то причинам не удастся, то я оплачу изготовление двух гоночных машин в комплектации проигранной. Вопросы?

— Есть, Ваше Императорское Величество! — отозвался я. — Один: почему вы считаете, что этот спор минимизирует риски стать невольным донором аж на полтора учебных дня?

— Завтра утром вас и вашего противника вызовут в ректорат, помаринуют в приемной часа два-три, а потом устроят серьезнейшую головомойку! Кстати, после нее вы можете страшно расстроиться и вернуться во дворец.

Я поблагодарил государыню за ответ и замолчал. Зато заговорила Раиса Александровна:

— Ваше Императорское Ве— …