Чтение онлайн

Он упорно не сдавался, стремился переломить ход неравной схватки, да только нападавших было слишком много.

На Калинина несколько долгих секунд никто не обращал внимания. Виновата была и тьма, и те усилия, которые пираты прилагали, дабы одолеть Командора.

Руки сами взялись за пистолеты. В перевязях на груди их было четыре штуки, все заряженные, готовые к бою.

Аркадий почти не целясь выстрелил с двух рук, отбросил бесполезное оружие и взялся за новую пару.

Теперь на него торопливо двинулись несколько силуэтов, и Аркадий разрядил пистолеты в них.

Бывший предприниматель еще успел вскочить на ноги, но тут откуда-то сбоку его ударили по голове.

– Живьем! – донесся крик Коршуна, и в следующий миг сознание исчезло…

Назвать пробуждение приятным не смог бы даже самый закоренелый оптимист. Каждая клеточка тела болела, словно побывала в мясорубке, а уж голова чуть не раскалывалась на куски.

Перед глазами была тьма. Слух тоже говорил немного. Судя по поскрипыванию, Аркадий находился на корабле. Чье-то близкое дыхание говорило, что он здесь не один, а звук шагов над головой – что лежит в каком-то помещении под палубой.

– Командор! – шепотом позвал Аркадий.

Ответом было все то же тяжелое прерывистое дыхание.

– Сережа!

Неведомый сосед застонал, а потом тихо отозвался:

– Аркадий?

– Я. Как вы, Командор?

– Могло быть лучше. – Судя по тону, Кабанов еще нашел в себе силы усмехнуться. – Не люблю веревки.

– Какие? – До Аркадия сквозь боль и слабость только сейчас дошло, что он лежит связанный.

– Эти самые. Давно мы здесь?

– Не знаю. Я только очнулся.

Вместо ответа послышалось шевеление.

– Идиоты! – подытожил Командор гораздо более уверенным тоном.

– Мы?

– И мы тоже. Сами влезли в ловушку. Но и наши ловцы ничуть не лучше. Об обыске понятия не имеют, о том, что когда-нибудь люди изобретут внутренние карманы, не знают. Хотя куда им!

Внутренних карманов действительно еще не было ни у кого. Исключая привыкшего к ним Командора.

– Аркаша, у тебя руки связаны спереди?

– Да.

– Тогда порядок! Сейчас мы нашему доблестному Коршуну сюрприз устроим.

Коршун оказался легок на помине. Над головой пленников приоткрылся люк, и в неверном свете наступающего утра в проеме появился капитан «Магдалены» собственной персоной.

Вид у капитана был неважный. Один глаз порядком заплыл, губы распухли, на щеке подсохшей кровью выделялась свежая ссадина.

Впрочем, на Коршуна пленники посмотрели лишь мельком. Гораздо больше их занимал вопрос, где же они находятся.

Дотошный Кабанов, еще до отправления в плавание излазивший всю бригантину, узнал помещение сразу. Невысокий, не выпрямиться, пенал между трюмом и крюйт-камерой использовался на «Магдалене» для хранения наиболее ценной добычи. Денег, драгоценностей, а сейчас, в связи с отсутствием оного, – двух избитых пленников.

– Я жду пояснений, – спокойно заявил Командор, словно и не лежал связанным, а уж чувствовал себя намного лучше пленителя.

Коршун смотрел зло, но не выдержал устремленного на него холодного взгляда, отвел глаза.

– Узнаешь! – сипло пообещал он и добавил: – Собака! Девять человек ухайдакали, да еще раненых полторы дюжины!

– Вам еще повезло. Обычно я в живых вообще никого не оставляю, – оповестил Командор. – А уж предателей не терплю. Кто вам куш пообещал?

– Пообещали. – Имени Коршун не назвал.

– Большой?

– Не твое дело! – грубо обрубил капитан, но тут же поинтересовался: – Ты готов заплатить больше? Сколько?

– На кусок веревки хватит. А уж сам повесишься или попросишь кого помочь – проблемы не мои.

– Твое счастье, что тебя просили живым доставить! – Коршун шагнул прочь и с силой шлепнул крышку люка.

– Может, надо было ему пообещать? – спросил Аркадий.

– Не говори ерунды! После случившегося путь «Магдалене» во французские воды заказан. У Коршуна единственный выход – сдать нас англичанам, а уж стрясет он с нас при этом деньги или нет, роли не играет. – Командор говорил по-русски, поэтому откровенно. – Лучше помоги достать нож из внутреннего кармана. Боюсь, незадачливый капитан скоро будет рад и веревке.

Нож был складным. В темноте на ощупь пришлось изрядно помучиться, прежде чем веревки на руках Кабанова были перепилены. Затем Командор провел ту же операцию над Аркадием.

– Теперь порядок! Черт! Ну и досталось же нам! До сих пор все болит. Ты-то как, действовать сможешь?

– Попробую, – чувствовал себя Аркадий отвратительно и шевелиться мог с некоторым трудом. – Что делать будем? Одним ножом не управимся.

– Ножом – нет. Но у меня с собой револьвер есть. Это такая штука, которая позволяет выстрелить без перезарядки шесть раз. В этом веке еще не изобретена, однако потом будет использоваться с большим успехом, – иронично пояснил Кабанов.

– Я помню.

Револьвер Кабанова был единственным современным оружием, сохранившимся у невольных путешественников во времени. Берёг его Кабанов как зеницу ока, в деле давно не использовал, но при себе носил.

– Жаль, покурить нельзя. Зато прикурить другим дать можно. Ну, что… Цыганочка с выходом. Этот ощипанный петух в гневе даже люк не запер. Готов, Аркадий?

Калинин несколько раз напряг мышцы. Сил для настоящего боя он в себе не чувствовал, но раны и слабость – еще не основание для покорности.

– Готов. Что делать будем?

– Крюйт-камера рядом. Наша задача – вскрыть ее быстро, пока никто ни о чем не догадался. Ну, пошли?

Мужчины откинули люк, и Командор первым выскочил на палубу «Магдалены». Выскочил так, словно и не лежал полчаса назад, избитый, беспомощный.

Вблизи никого не было. Пленники лежали связанными, и не было никакого толка выставлять караул.

От ближайшей мачты на звук повернулась пара матросов, но изумление, возникшее на их лицах, говорило о том, что в ближайшее мгновение никакого противодействия с их стороны ждать не стоит.