Чтение онлайн

Так значит, все-таки не жена. Ну это было бы действительно нелогично: сатанеть дома от ее заскоков и везти с собой отдыхать. Стало быть, любовница. Можно сказать, моя коллега. Сестра по несчастью, для меня, слава богу, бывшему.

— Да все женщины такие, мой милый.

— Представь себе, встречаются другие…

Показалось мне, или в голосе Олега все-таки мелькнуло что-то вроде нотки сожаления? Уж чем-чем, а ревнивыми заскоками я никогда не страдала.

— Да? И где ты с такими встречаешься?

— Аня, опять?!!!!

— Молчу, молчу, молчу. Один вопрос можно задать?

— Один — можно.

— Ты говорил, что все бриллианты будут мои. Что если я здесь продам их с умом, то обеспечу себя и сына до конца жизни. А теперь выясняется, что один ты намерен продать…

— У меня были большие текущие расходы, Аня. По нашему, кстати, общему делу. Если хочешь жить скромненько, как все российские туристы, да ради бога, на это у меня бабок хватит. А вот на роскошь, извини, уже нет.

— Что еще за текущие расходы?

— Думаешь, организовать доставку сюда бумаг и камешков без таможенного контроля можно было бесплатно?

— Нет, не думаю. А кстати, как тебе это удалось? Посредник не проболтается?

— Мертвые обычно молчат, — усмехнулся Олег. — А некоторые мертвые просто исчезают, и никакая экспертиза, никакие расследования ничему не помогут. Ты слышала, недавно российский самолет над морем взорвался?

— Что-то такое в гостинице говорили, я не вникала.

— Теперь вникни. В самолете летел на родину курьер. Теперь понятно?

— Но ведь он не один летел? — каким-то потухшим голосом произнесла Анна. — Там же несколько сотен человек, женщины, дети…

— Милая моя, лес рубят — щепки летят. Думаешь, мне легко было все это организовать? Или за бесплатно? А старался я в том числе и для тебя.

— Иногда твоя жестокость меня пугает, — задумчиво произнесла Анна. — Я тоже не грешу сентиментальностью, но вот так…

— Господи, опять не угодил! Ты провела несколько спокойных дней в Алани, пятизвездочная гостиница «Мериан», все двадцать четыре удовольствия, а я мотался по этой гребаной Анталии с одного конца залива до другого и улаживал наши с тобой общие дела. Да еще старался сделать это так, чтобы твой муж меня не заметил, это в мои планы совершенно не входило. Кстати, ему-то ты что сказала, куда летишь?

— В Нефтеюганск.

— Я серьезно спрашиваю.

— И я вполне серьезно отвечаю. Алания не так уж далеко от Кемера, кто знает, что ему в голову взбредет. Я не сторонница анекдотических ситуаций: приходит муж, а у жены любовник…

— Ну, ночью бы он не поехал.

— Трудно сказать. Он и ночью может сорваться куда угодно, если за это посулят хорошие деньги. Впрочем, я тебе об этом уже говорила. Слушай, хватит пока о делах, а? Давай пойдем куда-нибудь позавтракаем, а потом отдохнем на пляже. Теперь ведь можно не опасаться, что мы встретим кого-нибудь из знакомых, раз мой муженек отсюда убрался.

И почему, интересно, Олег решил отдать бриллианты этой самой даме? Она-то сюда каким образом относится? В документах, копии которых дал мне на ознакомление Исмаил-бей, ни о каких дамах даже и не упоминалось. Между прочим, таинственную незнакомку тоже зовут Анной, как и законную супругу Олега.

В первые несколько минут разговора я даже подумала, что мой экс-возлюбленный прилетел, наконец, с женой, но потом все встало на свои места. Значит, ненаглядный все эти дни был практически рядом со мной, возможно, даже следил, но близко не подошел. Ох, и отольются же этой кошке мышкины слезки! По полной программе отольются…

— Дальше уже ерунда, — услышала я голос Исмаил-бея, — мне ведь все это перевели. Они собирались завтракать и сразу идти на пляж, решались чисто практические проблемы полотенец и крема от загара, в общем, ничего интересного. Конечно, я направил своего человечка понаблюдать за этой парочкой, через какое-то время получим фото, посмотрим на новые персонажи в этой пьеске.

— А сами мы не можем пойти и посмотреть?

— Позволю себе заметить, что на улице довольно жарко, — заметил Исмаил-бей. — Здесь жара не так ощущается. Или вы все-таки хотите лично посмотреть на вашего…

— Теперь уже нашего, — усмехнулась я. — Вы же не допускаете мысли о том, что я могу в какой-то форме возобновить отношения с человеком, пытавшимся меня убить. Более того, с человеком, который считает, что ему это удалось. Впрочем, вы скорее всего правы, и тащиться на общий пляж по жаре — довольно глупо. Как ваши дела, Исмаил-бей, вы с ними разобрались?

— Настолько, насколько с делами вообще можно разобраться. Кстати, мне удалось устроить так, что в полицию вас не пригласят: вы неотлучно находились рядом со мной в казино и видели все то же самое. Так что они прекрасно обошлись беседой со мной по телефону.

— Его жене сообщили?

— Ищут. В Москве ее нет, в офисе ее отвечают, что мадам никому не докладывается, сказала только, что вернется через пару недель. Похоже, там к этим ее штучкам уже привыкли, никто не удивился. Единственное, чем они смогли быть полезными, так это дать номер ее мобильника, но телефон она, похоже, отключила. Так что пока будут бить только в эту точку: звонить на мобильный.

— В офисе знают о трагедии?

— Теперь знают, так что наверняка что-нибудь придумают. Ладно, это все детали. Давайте лучше действительно пойдем на пляж. Только не на общий, как вы хотели, а на мой собственный. Тут шагов двадцать вниз к морю.

— С наслаждением, Исмаил-бей. Тогда я с вашего разрешения пойду надевать купальник.

— Я мог бы вам помочь, — предельно серьезным голосом сказал Исмаил-бей.

Я сделала то, что у меня называется «глаз-кокет», и, пытаясь тоже быть серьезной, ответила: