Чтение онлайн

«Но почему, — думал Русси, — Бог выбрал именно меня?»

Мойше встряхнул головой.

— Кто я такой, чтобы вопрошать Его? — воскликнул он. — Да исполнится Его воля.

— Уже исполняется! — с гордостью сказала Ривка. — Через тебя.

Света в аудитории «Мемориального центра Миллза и Петри» не было: с того времени, как авиация ящеров начала налеты на районы Среднего Запада, электричество подавалось с перебоями. Тем не менее темный зал был забит до отказа мужчинами и парнями из поселка Эштон, а также беженцами вроде Сэма Иджера и Остолопа Дэниелса.

Иджер несколько дней не менял одежды, ни разу не стирал ее и не мылся сам, но, когда он увидел, что большинство мужчин выглядят точно так же, ему стало несколько легче.

На сцену поднялся человек средних лет в военной форме, лицо у него было мрачным. Шум в толпе разом прекратился, словно щелкнули выключателем.

— Благодарю вас за то, что вы откликнулись на наш призыв, — произнес военный. — Прошу встать и поднять правую руку.

Иджер и так уже стоял; собравшихся было больше, чем сидячих мест. Он поднял правую руку, сжав кулак. Человек в форме продолжал:

— Повторяйте за мной: «Я» — и дальше ваше полное имя…

— Я, Сэмюэл Уильям Иджер, — повторял Сэм, — гражданин Соединенных Штатов, подтверждаю, что восьмого июня тысяча девятьсот сорок второго года добровольно вступил в качестве рядового в регулярную армию Соединенных Штатов Америки на время продолжения настоящей войны на условиях, предписанных законом, до тех пор пока не буду демобилизован; и выражаю согласие принять от Соединенных Штатов вступительную премию, жалованье, довольствие и обмундирование. Я торжественно клянусь…

Здесь хор голосов чуть сбился, поскольку несколько человек произнесли:

— Подтверждаю, что буду верно служить Соединенным Штатам Америки, что буду храбро сражаться против их врагов и подчиняться приказам Президента Соединенных Штатов и приказам командиров, в соответствии со статьями и пунктами военно-судебного кодекса.

Лицо Иджера растянулось в широкой улыбке: понадобилось вторжение с Марса или из того чертова угла, откуда эти ящеры явились, чтобы в конце концов его взяли на военную службу.

— А когда нам дадут оружие? — прокричал кто-то из толпы.

Суровый сержант, что находился на сцене и руководил призывом, — его фамилия была Шнейдер — развел руками:

— Рядовой, мы не располагаем таким количеством единиц оружия, чтобы вооружить сразу всех. У нас нехватка обмундирования и многого другого. Мы создали армию, чтобы воевать за пределами нашей страны, а сейчас это инопланетное дерьмо высаживается у нас на заднем дворе.

— Угу, — тихо произнес Остолоп Дэниелс. — Они и в прошлую войну устроили ту же штуку: нагребли людей прежде, чем дали им, из чего стрелять.

— Прошу вас разделиться на две очереди, — сказал сержант Шнейдер. — Здесь встанут ветераны Первой мировой войны, там — все остальные. Давайте, ребята, и запомните, что вы теперь в армии: за ложь по головке не погладят.

Дэниелс вместе с большинством пожилых мужчин в аудитории встал в очередь к столу, за которым сидел молодой человек в чине капрала. Иджер направился в более длинную очередь к другому столу, занятому самим Шнейдером. Сэм подозревал, что Остолоп и другие ветераны первыми получат винтовки. И это было вполне справедливо. Ветераны лучше знали, как с ними управляться.

Очередь, в которой находился Сэм, двигалась намного медленнее. Он болтал с новобранцами, стоявшими рядом. Обсуждалась последняя речь президента Рузвельта, призывавшая к решительному сопротивлению.

— Да, президент умеет ввернуть фразу, — согласился парень впереди Иджера. — «Эта планета — наша, эта страна — наша. И никому не отобрать их у нас, да поможет нам Бог».

— Именно так он и говорил! — с восхищением произнес Иджер. — Как ты запомнил все слово в слово?

— Я — репортер, профессиональная привычка, — ответил парень. Ему было около тридцати: острое лисье лицо, тонкие усы, ярко-голубые глаза и рыжеватые волосы, гладко зачесанные почти к самому темечку. Журналист протянул руку: — Меня зовут Пит Томсен. Я из «Рокфордского курьера».

Иджер пожал протянутую руку и представился. То же сделал человек позади него — лысый мускулистый парень по имени Отто Чейэ. Он сказал:

— Я как раз направлялся на цементный завод в Диксоне, когда эти твари взорвали его на моих глазах. Поэтому я пришел сюда.

Толстым и коротким указательным пальцем он осторожно потрогал глубокую рану на макушке.

Наконец Иджер очутился перед сержантом Шнейдером. Тот оторвался от бумаг, чтобы заточить перочинным ножом карандаш, затем записал имя и дату рождения Иджера.

— Женаты? — спросил он.

— Нет, сэр. Разведен, — ответил Иджер. — Дети есть?

— Нет, сэр.

Шнейдер сделал пометку, потом спросил:

— Род занятий?

— Игрок в бейсбол, — ответил Иджер, и его ответ заставил Шнейдера поднять голову. — Я играю, точнее, играл в составе «Декатур Коммодора». Вон там мой тренер.

Сэм указал на Остолопа Дэниелса, который уже отстоял в своей очереди и теперь разговаривал с другими ветеранами Первой мировой.

Сержант почесал подбородок.

— В каком положении играли? Питчер?

— Нет, сэр. Полевым игроком, преимущественно левым.

— Гм… Значит, здорово умеете бросать мяч?

— Да, сэр. На свою руку не жалуюсь, — без ложной скромности ответил Иджер.

— Отлично! — сказал Шнейдер. — Думаю, вы сумеете швырнуть гранату дальше, чем большинство солдат.