Шрифт:
Лиза
– Говорят, чтобы избавиться от своего страха, надо посмотреть ему прямо в глаза. Смотри.
Сердце тяжело ёкнуло, а руки на автомате выпустили листок, на котором я прочла этот текст. Вместе с ним упал и конверт, в котором была эта записка, и, пока он планировал вниз, из него вылетела ещё одна бумажка, уже поменьше.
Мне не нужно было наклоняться, чтобы рассмотреть её содержимое. Яркое изображение пламени, которое так и притягивало мой взгляд. То самое отвратительное ощущение, когда ты хочешь отвести глаза, но не можешь.
Это изображение было таким красочным, что отчётливо выделялось даже в полумраке прихожей. Я словно бы почувствовала, что от бумаги исходит жар огня, и сделала шаг назад, тут же наткнувшись спиной на входную дверь и слабо охнув от этого. Да, нет пути назад…
Тело покрылось липким потом, и я сползла по двери вниз, при этом отстранённо подумав: сейчас бы потерять сознание и отключиться… Я даже прикрыла глаза, но спасительное беспамятство так и не приходило.
Вдруг, как сквозь вату, я услышала торопливые шаги и затем почувствовала, как меня подхватывают крепкие сильные руки. Конечно же, это был Илья, на лице которого я увидела смесь тревоги и настоящего страха. Он отнёс меня в нашу спальню, на кровать, и, бережно уложив, нервно засунул руки в карманы джинсов, при этом не сводя с меня взгляда. Я же ощущала, как меня понемногу отпускает. Мой муж, широкоплечий шатен, высился надо мной и был само напряжение.
– Ну, ладно, выдыхай, – слабо улыбнулась я и попыталась пошутить: – Ты будто с призраком повстречался.
– Лиз, я чуть не сдох, когда увидел тебя в коридоре, – голос Ильи еле заметно дрогнул, но он мгновенно подобрался и заговорил: – Что это за чертовщина, откуда у тебя это появилось?
– Из нашего почтового ящика, – пробормотала я. – Илюш, сделаешь мне чай? Лучше всего с мятой…
– Да, конечно, подожди несколько минут. – Он тепло улыбнулся мне и ушёл, а затем я услышала, как греется чайник, и шорох из коридора. Скорее всего, Илья подобрал с пола все листы бумаги…
При мыслях о них я ощутимо вздрогнула и всеми силами попыталась отвлечься, думая о чём угодно, но только не об этом. Но я же знаю своего мужа: сейчас он даст мне время прийти в себя, а потом завалит вопросами… Побочный эффект от его работы детективом.
Взгляд упал на тумбочку, и, долго не думая, я подошла к ней и выдвинула нижний ящик. Пузырёк с лекарством был ровно на том же месте, что и тогда, пару месяцев назад.
Я как раз доставала таблетку, когда в комнату зашёл Илья с дымящейся кружкой чая, которую он поставил на тумбу. Покосившись на пузырёк в моей руке, он осторожно поинтересовался:
– Ты уверена?
– Они хорошо помогают, – пожала я плечами, – а сегодня такое произошло, что…
– Извини, ты права. – Илья в два шага сократил расстояние между нами и крепко прижал меня к себе. – Моя хорошая, я с тобой. Чёрт, я бы придушил того урода, которому пришло в голову так пошутить.
Я аккуратно высвободилась из объятий и проглотила таблетку, запивая её чаем. Затем я повернулась к Илье и закусила губу.
– Если честно, это очень слабо похоже на шутку или розыгрыш.
– Да, Лиз, ты права. Хотелось как-то смягчить, но… Это же угроза. Да, в записке совсем не стандартный для этого текст, однако на доброе дружеское послание это никак не тянет, – недовольно проговорил Илья и снова с тревогой посмотрел на меня. – Конверт просто лежал в почтовом ящике, ты сказала?
– Ну, да, – кивнула я, потёрла виски пальцами и присела на кровать. – Среди груды газет и всякой рекламы…
– На конверте нет ни имени отправителя, ни получателя. Скорее всего, кто-то принёс его лично.
– Детектив взялся за новое дело, – невесело усмехнулась я, чувствуя в теле приятное расслабление. – Да брось, всё в порядке…
– Ты уже полтора месяца не принимала эти таблетки. Или два?
– Два месяца. Илюш, я не хочу, чтобы ты в это ввязывался. Не знаю, что происходит, но я уверена, что это больше не повторится. Да, я очень сильно перепугалась, но мне ведь уже лучше…
Илья опустился передо мной на корточки, и его серо-зелёные глаза оказались на одном уровне с моими. Он взял мою руку своими широкими ладонями.
– Моё голубоглазое чудо, в тебе сейчас говорит лекарство. Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Прекрасно помню, через какой ад ты прошла после той катастрофы… Просто доверься мне, ладно?
– Я только тебе одному и верю, – опустила я глаза.
***
Кира
– Кира, у тебя в почтовом ящике был какой-то конверт! – раздался голос мамы из коридора.
– Ты его принесла? – спросила я, поправляя запястьем выбившуюся тёмную прядь волос. После того как я услышала утвердительный ответ, вновь склонилась над ванной и принялась её чистить.
Сзади тут же подбежал Егорка и крепко обнял меня за ноги. Я улыбнулась, но твёрдо произнесла:
– Нет, сначала моем руки. Бабушка же тоже всегда моет руки после улицы, – добавила я, когда мама следом втиснулась в ванную комнату. Я обратилась к ней: – Что за конверт?
– Простой конверт без опознавательных знаков, плотный такой… Я оставила его на кухне, на столе.
Закончив с уборкой ванной и со смехом отгоняя своего пятилетнего сына, я направилась на кухню, где действительно ярким пятном на зелёной скатерти белел конверт.
– Мам, а можно включить мультики? – раздался голос Егорки из комнаты.
– Конечно, можно, мам, включи детский канал, – отозвалась я, тем временем распечатывая неведомое послание.
В следующую же секунду я вздрогнула при виде бумажки, вложенной в конверт. Обычная для меня реакция, когда в поле моего зрения внезапно попадает паук… Так же и сейчас: на листе бумаги было цветное и довольно красочное изображение этого уродца.
– Что за… – нахмурившись, выругалась я и, скомкав бумагу, выбросила её в мусорное ведро.