Чтение онлайн

Но Иисус сообразил, что он влюбился в Марлену, и сказал:

— Да пусть купается, а ты пойдешь с нами по белу свету. Все лучше, чем сидеть тут в захолустье за булыжником.

— И то правда, — согласился стражник воды.

Так потихоньку и набралось у Христа 13 учеников. Только с приемом в пешую группу Иуды вышла заминка.

— Берем с собой Искариота? — бодро спросил Иисус у апостолов.

— Берем, — поддакнули они.

Только Марлене новичок не понравился.

— Не бери ты его, — сказала она. — Он какой-то ядовитый.

— Ядовитый! — испугался Иуда. — Вот черт, а я язык себе прикусил!

— Да пусть идет с нами, — пожалел его добрый Христос. — Будет нашим казначеем — у такой змеи деньги будут в полной сохранности, как в швейцарском банке.

Так Иуда стал полноправным членом команды. Но, конечно, марлениной догадки он не забыл и стал под нее незаметно копать. Например, идут они вдвоем с Иисусом по пустыне, а Иуда вдохновенно ему врет:

— Ой, я вчера Марлене такой анекдот рассказал, что она от смеха с моей кровати упала!

— Ты что-то путаешь, брат, — говорит тогда честный Христос, — мы вчера все спали на полу.

— Прости, Учитель! — повинился Искариот. — Это мне в голову напекло.

Иуда, конечно, притворялся. Никакого раскаяния он не испытывал, а вот зуб на Иисуса вырастал у него все больше.

В Капернауме Левий пригласил всех к себе в дом. Ученики и Спаситель стали уплетать за обе щеки мясо, сыр, хлеб, и пить молодое виноградное вино. А прохиндей Иуда побежал к фарисеям и наябедничал: дескать, апостолы с Христом чревоугодничают. Те ворвались нагло в чужое помещение и давай ногами топать:

— Ты, Иисус, коль называешь себя Сыном Бога, выбирай одно из двух:

Или служба Господу и самоограничение, или мясо и вино!

— А сколько мяса и вина? — спросил Христос, чтобы развеселить компанию.

И все за столом схватились за животы от смеха. А фарисеи закричали: «Грешник! Грешник!» И убежали в страхе.

Учитель же встал и блеснул очередной нетленной эпохалкой:

— Пока мы все вместе, и у нас не выпали зубы, и крепки все нужные органы, пусть с нами будет Праздник! А с ними — старческий маразм!

Вот так он пропесочил ортодоксов-книжников. Все присутствующие устроили ему бурную овацию, а Марлена даже послала воздушный поцелуй.

Но, тем не менее, ее дни в божьем коллективе были сочтены. Проклятый Иуда распустил в Иерусалиме сплетню о том, что Марлена подослана Сатаной для распространения среди людей вредного заблуждения: мол, можно при жизни ничего не делать, а после, в прекрасном загробном царстве все равно все получат отдельную квартиру и транш на карманные расходы.

— Прощай на время, дорогая, — сказал ей Иисус. — Расстанемся, пока не улягутся страсти. Злые клакеры фарисеев могут побить тебя камнями, если ты будешь с нами.

— Какой же я была дурой, дав тебе водички! И не только! — воскликнула Марлена, обманутая в лучших чувствах.

— Да, но я был так увлечен тобой, что этого не заметил.

Вскоре Кающаяся Магдалина встретила подругу на улице. Грустная Марлена несла в руке авоську с пустыми бутылками.

— Ты что, тару идешь сдавать? — спросила Магдалина.

— Да нет, — рассеянно ответила Марлена. — Мой Бог сказал: бери свои вещи и уходи.

Безутешные женщины сели, обнявшись, на теплый камень и проплакали до вечера. Вернулись они к страшной действительности лишь тогда, когда прочитали в первой еврейской газете, написанной мелом на доске, сенсационное сообщение: «Пойман преступник Варрава, съевший пятилетнего ребенка в сыром виде».

— Да разве можно жить в этом кровавом Израиле?! — в сердцах возопила Марлена, вскинув к небу изящные длани.

— Можно! — заявил Иуда, возникший рядом, словно из-под земли. — С бабками можно жить везде, — горячо зашептал он бедной женщине. — Я получил 30 сребреников за голову Спасителя — этого нам с тобой хватит на полвека, если не сильно шиковать.

— Дудки! — гневно вскрикнула Марлена. — Достаточно я натерпелась, таскаясь с учителем по пустыням. Пора перейти от шекелей к шеншелям!

На мелочь, вырученную в пункте приема посуды, она купила билет на триеру и уплыла в Европу, где вышла замуж в седьмой раз за короля галлов, имя которого не могла выговорить шесть лет. И немудрено — его звали Верцингеторинг Ангедикумститовофф.

Затем Иисус вознесся без всякой анестезии к Папе на облачные выси, а Иуда получил по справедливости ломом судьбы. Он купил на свои сребреники магазин, днем дал объявление о ночном стороже, а вечером его обокрали. Так что Искариот повесился с горя на осине.

Только еще один раз в мировой истории Иисус встретился с Марленой. Он любил, нарядившись горожанином, погулять по какому-нибудь земному мегаполису. И вот на узкой улочке Парижа к нему подбежала какая-то сухонькая старушка и чмокнула в щеку.

— Как поживаешь, Христосик? — спросила она.

— Спасибо, хорошо, — ответил Спаситель, никак не обнаруживая своей полной растерянности, ибо он не мог припомнить эту пожилую каргу.

— А как мама? Мария живет все там же, в Назарете?

— Все не там же, уже намного выше, — сказал Иисус, а сам внутренне содрогнулся: «Боже! Она знает и мою маму!»

Уже подлетая к горе Синай, Христос подумал: «Наверное, я знавал ее еще очень молодой».

Когда же Отец позвал его, чтобы сыграть в пинг-понг, довольный Иисус торжественно объявил: — Папа, я теперь понял, почему ты сначала создал мужчину, а потом женщину.

— Ну и почему? — спросил Бог, сосредоточенно выбирая ракетку по руке.

— Потому, что женщина очень быстро стареет, и Адаму Ева могла совсем не понравиться, сотвори ты раньше ее!