Чтение онлайн

Папа держался стоически до момента упоминания моей мамы. Но сейчас его взгляд яростно впивается в меня. Красный румянец заливает его обветренные щеки.

– Во-первых, я никогда тебя не бил. Я подталкивал тебя к новым высотам.
– В ответ на мои ругательства, он просто смотрит на меня.
– И взгляни на себя сейчас. Ты лучший игрок на этой позиции. Черт меня побери, если ты не станешь номером один. Моя дисциплина помогла выковать из тебя чемпиона.

– Я достиг этих высот благодаря врожденному таланту и тяжелой работе. А не из-за тебя, Джонатана и Лейфа, которые охотились на меня, когда я делал что-либо неправильно.

Его губы сжимаются вместе. И в течение долгого мгновения папа не говорит ни слова. К счастью для меня.

– Я не знал, насколько жестоки они были с тобой, - произносит он негромко наконец.
– Я просто пытался обращаться с тобой правильно. Сделать из тебя выносливого мужчину.

– Ну, что ж, у тебя это превосходно получилось. Вот только теперь не стоит ожидать от меня благодарности.
– Я наклоняю голову к окну. Эта поездка когда-нибудь закончится? Моя грудь так напряжена, что сделать вдох становится больно. Прямо сейчас я отказываюсь думать об Айви. Не в этой машине.

И снова папа начинает говорить.

– Мне не следовало позволять тебе иметь дело с Лив.

Скрипя зубами и стараясь не закричать, я выдавливаю следующее относительно спокойным голосом:

– Я не "имел дело" с мамой. Я был там ради нее. Я хотел этого. Просто мне невдомек, почему я был там один и делал все сам. – Что-то встает мне поперек горла, и я пытаюсь прокашляться.
– Мне нужна была помощь. А маме была нужна вся ее семья, пап.

Он кивает, сосредоточившись на дороге.

– Я знаю. Я был неправ.
– Костяшки его пальцев снова белеют.
– Я не мог... Не был достаточно силен. Но ты был. Ты - лучший из нас, Грей.

Его слова оседают камнем в моей душе. Я ничего не отвечаю.

– Я горжусь тобой, сынок.

– Потому что я выиграл игру.
– Это не вопрос.

– Нет. Я горжусь тем, что ты мой сын. Тем, что ты стал таким мужчиной.
– Он поворачивает за угол, и мы заезжаем на подъездную дорожку отеля. Папа паркует машину на стоянке и только потом смотрит на меня.
– И мне жаль слышать о твоей потере.

Мое горло сжимается, и мне едва удается кивнуть. Айви в этом здании. Вероятно разбитая. И я к слову тоже. Мои ноги налиты свинцом. Глубоко вдыхая, я тянусь к дверной ручке.

– Грей, - обращается папа, когда я уже собираюсь выбраться из авто. Его голубые глаза, такого же цвета как и мои, кажутся покрасневшими.
– Я попытаюсь быть лучше.

Я и правда не знаю, что ему на это ответить. Он хочет помочь мне почувствовать себя лучше. Но сейчас я ощущаю лишь онемение. Так что отвечаю, как могу.

– Ладно. Пока.

И потом мои мысли снова обращаются к человеку, которого люблю больше всех на свете.

Мои пальцы холодные как лед, когда захожу в номер Айви. Я просто хочу добраться до нее, но меня так трясет и передергивает. Сердце так гулко стучит, а дыхание столь прерывистое, что, боюсь, могу споткнуться и упасть.

Как только я вхожу, Маккензи и доктор Рейкин поворачиваются ко мне.

– Где она? – выдыхаю я.

– Отдыхает в спальне, - отвечает тихо доктор Рейкин.
– Я дал ей немного оцетаминофена от боли.

– Как она?

Боже, пусть с ней просто все будет в порядке.

– Хорошо, насколько это возможно в данной ситуации, Грейсон, - говорит доктор Рейкин.
– Спорадические выкидыши - нередкое дело на раннем сроке, но Айви молода и здорова.
– Слова, которые я не хочу слышать, но знаю, что есть огромная разница между физическим состоянием и душевным.

– Она разве не должна еще быть в больнице?- давлю я.

Он не встречается со мной взглядом.

– Они и правда ничего больше не могут сделать для нее.

Эта фраза будто кулак ударяет в мое сердце. Но я киваю.

– Просто продолжайте следить, чтобы не было лихорадки или чрезмерного кровотечения. Я сказал тоже самое мисс Маккензи.

– Верно.
– Суя трясущиеся руки в карманы джинс и наблюдая за тем, как мужчины покидают комнату, я заставляю себя задать вопрос, который так сильно меня пугает.
– А... Это могло случиться из-за...
– Мое горло сжимается, а зрение затуманивается. Я несколько раз моргаю.
– Мы занимались сексом. Сегодня. И...
– Дерьмо. Я собираюсь выпалить это. Прямо при отце Айви. Он, должно быть, меня охуенно ненавидит. Я сам себя ненавижу.

Но Рейкин качает головой, его выражение лица почти жалостливое.

– Нет, сынок. Выбрось это из головы. Когда беременность прерывается таким образом, то это чаще всего из-за хромосомной аномалии плода.

Логичная сторона меня понимает это. Но я не могу перестать думать о том, как навалился на Айви. Трахая ее жестко и быстро, словно ебаный ублюдок. Глаза пекут и покалывают. Я прерывисто втягиваю воздух.

– Ладно. Верно.
– Не знаю, куда мне смотреть.
– Спасибо. Что были с ней.

– Нет проблем, - отвечает доктор Рейкен.
– Я слышал о вашем выигрыше. Хорошая работа, Грей.

Я не могу прямо сейчас думать о победе. Айви лежит в соседней комнате. Ожидая. Я на хрен чертов слабак и вот-вот готов заорать. Чувство потери гнетет меня изнутри. Я не знаю, что делась сейчас с этой эмоцией или как с ней хотя бы справиться. Рейкин говорит что-то о том, чтобы Айви сходила к своему гинекологу, когда вернется домой. Я киваю, но мой взгляд нацелен на Маккензи. Все это время он молчит.