Чтение онлайн

В конце апреля — начале мая я был на 1-м Белорусском фронте. Побывал и в 5-й ударной армии. В ПЭП этого соединения в присутствии главного терапевта Красной Армии генерал-майора медицинской службы М. С. Вовси и заместителя главного хирурга Красной Армии генерал-майора медицинской службы В. С. Левита беседовал с выдающимся немецким хирургом Фердинандом Зауэрбрухом. Во время войны он, кроме работы в Берлинском университете, где возглавлял хирургическую клинику, работал хирургом-консультантом в тыловых госпиталях, расположенных главным образом в городах близ Берлина. Ему тогда было 70 лет. Меня интересовали некоторые работы, имеющие отношение к военно-полевой хирургии, часть из которых была написана Зауэрбрухом. Он, в частности, утверждал, что при ранениях легких нельзя в первые пять — семь дней отсасывать содержимое плевральной полости поврежденного легкого. В противном случае неизбежны повторные кровотечения. В ошибочности этого утверждения мы убедились в первые же месяцы войны. Мы незамедлительно отказались от рекомендаций Зауэрбруха. В нашей беседе он подтвердил свою ошибку. Мои надежды получить от него ответы на некоторые вопросы военно-полевой хирургии не оправдались. Беседа, длившаяся несколько часов, убедила меня в том, что Зауэрбрух ничего не скрывал. Он попросту был плохо знаком с военно-полевой хирургией. Так как мои вопросы касались именно ее, то он проявил интерес к моей специальности. Узнав, что я ученик профессора С. П. Федорова, он вскочил со стула и сказал, что если бы эта беседа происходила в другой обстановке, он мог бы рассказать много об этом человеке. Я заметил ему, что беседа проходит между коллегами по профессии, за чашкой чая, и что сама ее атмосфера никак не напоминает о положении собеседников и поэтому, мол, герр Зауэрбрух может говорить все, что находит нужным. Однако ничего для нас нового о Федорове он не сообщил.

2-я гвардейская танковая армия действовала в полосе наступления 5-й ударной армии. Она должна была войти в прорыв и наносить удар в направлении на Ной-Харденберг, Илов, Претцель, Бернау. Глубина операции определялась в 110 километров, а ее продолжительность — тремя днями.

Непосредственно перед вводом в бой корпусов армии 4 ХППГ (один был придан армии фронтом) развернулись: два — в Витце, где располагалась также ОРМУ, один — в Ринитце и один — западнее Цорндорфа. Рядом с Цорндорфом был подготовлен 1 ИППГ, в Зольдине 1 ТППГ, в Фринденберге 1 ГЛР, в Радорфе 1 ЭП.

Войска 5-й ударной перешли в наступление в 6.00 16 апреля. В 16.20 этого же дня вступили в бой два танковых корпуса 2-й гвардейской танковой армии. Но в течение двух дней они не смогли оторваться от стрелковых соединений, совместно с ними взламывая вражескую оборону. В течение 19 апреля, преодолев сопротивление врага, армия прошла с боями 30 километров. 20 апреля пал город Бернау, а 21 апреля части армии ворвались на северную окраину Берлина — пригород Вайсеназее.

19 апреля из Витце в районе Альт-Фридлянде передислоцировались 2 ХППГ и ОРМУ. ЭП из Радорфа был переведен в Ной-Харденберг. 1 ХППГ из Ринитца и 1 ТППГ из Зольдина были перемещены в Радорф. К 21 апреля, вслед за тем как войска армии ворвались на окраину Берлина, 1 ГЛР из Фринденберга и 1 ХППГ из Радорфа были переведены в Тамзаль, а 2 ХППГ — из района Альт-Фридлянде в Ной-Харденберг. 2 мая госпитали армии размещались в четырех пунктах. ГЛР находился в Тамделе. Раненых и больных в нем было 1153 человека. 1 ХППГ и 1 ИППГ были развернуты в Науэне, в 30 километрах северо-западнее Берлина, ЭП — в Верфтпфуле, остальные 4 госпиталя — в Бухе, имея 649 раненых и больных. За всю операцию в армейские госпитали поступило 7317 раненых и больных. Эвакуация их шла во фронтовые госпитали, расположенные в Нойдамме и Ландсберге. Плечо эвакуации доходило до 170–200 километров. Его сокращению мешало решение не осуществлять маневра фронтовыми госпиталями ПЭП № 15. Оно, конечно, не диктовалось боевой обстановкой и не обеспечивало условий для лечения раненых в госпиталях передовой ГБФ.

В полосе наступления 8-й гвардейской армии плацдарм на западном берегу Одера по глубине был в пределах четырех — семи, а по фронту — десяти километров. Населенные пункты на нем были разрушены. Грузы и войска доставлялись туда по четырем мостам. Для эвакуации раненых и больных организовали специальную переправу на различных плавсредствах. Руководство медицинской службы было проинформировано о предстоящем наступлении за шестнадцать часов до его начала. Для приема раненых из медсанбатов на плацдарм были переправлены 4 ХППГ. Их усилили медицинским персоналом из резервных госпиталей и ОРМУ. На плацдарме был развернут также 1 ГЛР. Руководство работой переправы было возложено на один из ЭП. ГБА была подготовлена в районе Зоненбург, Аль-Лиммритц и севернее до реки Варта, а также в районе Чернов, Зофиенвальде, Аренсдорф, Архсен. Вместе с развернутыми госпиталями находились и резервные 4 ХППГ, 1 ТППГ, 1 ИППГ, 1 ГЛР и 2 ЭП.

Начав наступление в ночь на 16 апреля, 8-я гвардейская армия к вечеру 16 апреля подошла к Зеловским высотам. По ним проходила вторая полоса обороны противника. Неоднократные попытки сил объединения и передовых частей 1-й гвардейской танковой армии занять высоты успеха не имели. Не удался и ввод в бой главных сил 1-й гвардейской танковой армии. Только 17 апреля удалось прорвать оборону врага и к исходу дня продвинуться на 11–13 километров, выполнив задачу первого дня наступления. Потери ранеными были большие: 16 апреля — 2131, 17 апреля — 2115 человек. Это составило 27 % санитарных потерь за всю операцию. На плацдарме работали 9 медсанбатов, 4 ХППГ и 1 ГЛР. Они размещались компактно и, главное, не меняли своей дислокации. Полоса наступления не превышала 10–12, а глубина плацдарма — 8 километров. Однако затруднения со своевременной первичной хирургической обработкой возникли. Для их устранения потребовалось переключить эвакуацию части раненых в ГБА. Кроме того, был послан хирургический отряд на усиление медсанбатов. Эти меры были проведены быстро: группа, отвечавшая за эвакуацию из медсанбатов, имела 50 санитарных машин и находилась в районе их расположения. Она знала медицинскую обстановку и быстро реагировала на ее изменения.

С утра 18 апреля войска 8-й гвардейской армии после короткой артподготовки возобновили наступление. К исходу 19 апреля они продвинулись вперед на 30 километров. Это привело к расчленению 9-й немецкой армии. В ночь на 19 апреля медсанбаты дивизий переместились в новые пункты, передав нетранспортабельных раненых госпиталям. 21 апреля 8-я и 1-я гвардейская танковая армии вышли к внешнему оборонительному укрепленному рубежу и в районе Эркнера вклинились в него. 22 апреля они его прорвали и начали бои в Берлине. В это время в Фридрихстагене был развернут мощный госпитальный коллектор. В нем раненым оказывали все виды специализированной хирургической помощи. С 18 по 22 апреля, то есть за пять дней боев, санитарные потери армии составили 27,6 % ее потерь за всю Берлинскую операцию. В этот период они изо дня в день уменьшались. Из указанных 27,6 % на 18 апреля приходилось 12,3 % и лишь 1,6 % — на 22 апреля. Но начиная с третьего дня боев в городе потери стали возрастать, когда самый высокий уровень, которого они достигли 2 мая, не превышал 6,6 % потерь за всю операцию.

Как и у других армий, ПМП располагались непосредственно в районах боев штурмовых отрядов, а медсанбаты — в пределах трех-четырех километров от них. Должен особо отметить грамотное в медицинском и организационно-тактическом отношениях руководство службой со стороны начмедарма М. П. Бойко. Он и его подчиненные еще во время Сталинградской битвы показали образцы мужества, стойкости, отваги и храбрости, оказывая помощь раненым под ружейно-пулеметным огнем бойцам легендарной 62-й армии. Они пронесли эти традиции до Берлинской операции, завершившей разгром фашистского вермахта.

Поскольку 1-я гвардейская танковая армия наступала в полосе 8-й гвардейской и вместе с ней взламывала оборону на подступах к Берлину, двумя корпусами вела с ними уличные бои в городе, уместно будет здесь сказать несколько слов и о медицинском обеспечении ее боевых действий. Армия в марте совершила марш из района Гдыни и к 30 марта сосредоточилась в лесах западнее Шверина, в районе расположения первого эшелона ГБФ. Руководство медицинской службы фронта в Висло-Одерской, да и в Берлинской операциях сетовало на скрытность подготовки к операциям, на скудность данных для составления плана медицинского обеспечения, на запрещение вести какую бы то ни было переписку по согласованию плана и уточнению его деталей с руководителями медицинской службы армий. Скрытность подготовки любой операции есть непременное условие ее успеха. Но то, что она готовилась, было понятно и без слов. Приход танковой армии в расположение передовой ГБФ и сосредоточение ее в 50 километрах восточнее Кюстрина говорили не только о подготовке наступательной операции, но и о направлении главного удара. О том, что подошла танковая армия, руководство медицинской службы фронта не могло не знать.

У армии было 3 ХППГ, 1 ТППГ, 1 ИППГ, 1 ГЛР и 1 ЭП. До ввода ее в прорыв эвакуация раненых и больных планировалась в госпитали 8-й гвардейской армии. Было решено при вводе объединения в бой 1 ХППГ развернуть на плацдарме. Но затяжка в прорыве обороны противника вынудила держать его в деревне Зефельд, южнее Зоненбурга. В танковых армиях госпитали перемещались перекатами, через голову впереди стоящих. Второй госпиталь был подготовлен в Зелове. Когда армия подошла к окраине Берлина, третий развернулся в деревне Кагель. В ходе боев в Берлине госпиталь, находившийся южнее Зоненбурга, был переведен в пригород Берлина — Адлерсхоф. Развернутый перед операцией на станции снабжения армии в Хохенвальде ГЛР оставался на месте.

Загрузка ХППГ армии была значительной. 22 апреля число раненых в них колебалось в пределах от 485 до 583 человек. То же было и 23 апреля. 24 апреля колебания в загрузке определялись числом раненых от 583 до 290 и от 653 до 166. В этих пределах колебания в загрузке госпиталей отмечались 26, 27 и 30 апреля. Эвакуация раненых осуществлялась во фронтовые госпитали, развернутые в Ландсберге, легкораненых — в армейский ГЛР. Плечо эвакуации доходило до 75 километров. Это расстояние для раненых было нелегким испытанием.