Чтение онлайн

Приём гостей в своём доме прошёл в штатном режиме, кроме будущих сватов, за столом также присутствовали, приехавшая из Вильнюса Аня и соседка Оля с мужем.

Фрося для себя отметила, что Нина во время её отсутствия, хорошо освоилась в их доме и уже не выглядела испуганной серой мышкой.

Застолье было шумным и весёлым.

Стол ломился от яств — кроме обычных домашних кушаний, здесь красовались деликатесы привезённые Фросей из Москвы и Аней из Вильнюса, подарок от Ицека — копчёный угорь.

Хорошо подкрепившись, подвыпившая компания славно попела любимые песни.

Фрося с горечью подумала, что в этом хоре не трезвых голосов очень даже не хватало великолепного заливистого голоса подружки Аглаи.

Сваты даже забыли по какому поводу они сегодня здесь собрались и только в самом конце застолья, почти перед самым отходом, обсудили будущую свадьбу.

Дело в том, что и обсуждать было особо нечего, потому что Фрося взяла на себя устройство и расходы, зная несостоятельность семьи её невестки.

Без возражений с обеих сторон, наметили срок бракосочетания, свадьбу решили гулять в последние выходные августа, к тому времени из стройотряда должна будет вернуться Аня и из Сибири Андрей, куда он собрался отправиться на заработки.

Конечно же, Фрося держала у себя в голове и тот факт, что к этому времени Виктор обещал вернуться из похода по морям и океанам.

Клара Израилевна обещала самолично привезти Сёмку в Поставы и, конечно же, присутствовать на их торжестве.

Рассчитывала она и на то, что среди гостей будет находиться её любимая подружка Аглая, которая должна ещё в июле привезти своих дочерей в Москву для поступления в вузы.

Фрося мысленно улыбнулась, на предстоящей свадьбе сына, среди гостей, ожидается много людей занимающих в её жизни значительные места.

И, тут же наплыла грусть, она с горечью вспомнила свою свадьбу со Степаном, где среди гостей не было ни одной родной души.

После ухода всех гостей и исчезновения в своей кузнице Стаса с Ниной, Фрося с Аней быстро навели порядок в доме и по заведённой у них привычке уселись за чашечкой чая обсудить новости связанные с их близкими и знакомыми, а за последнее время, всё же как-никак скопилось их немало.

Аня успешно окончила четвёртый курс университета, собиралась в ближайшие дни на два почти месяца уехать в Крым со студенческим стройотрядом, да и хотелось послушать Фросе об их общих знакомых в Вильнюсе.

Мать также надеялась, что-то выяснить про сердечные дела дочери…

В свою очередь Ане не терпелось узнать от матери, как прошла встреча с Кларой Израилевной и про всё интересное вокруг этого события и, самое главное, как это воспринял младший братишка.

Перед тем, как начать разговор с дочерью, Фрося передала ей конверт с письмом от Ривы и попросила прочитать до того, как они перейдут с ней к задушевному разговору.

Фрося внимательно следила за выражением лица Ани, во время прочтения послания.

Оно было сосредоточенное, но без намёка на волнение или печаль, на умиление или улыбку.

Аня, не спеша аккуратно вложила обратно в конверт, только что прочитанное письмо:

— Мам, захочешь, потом прочтёшь, но не думаю, что для тебя это будет интересно.

Мне тоже это всё чужое, не могу я никак воспринять её существование, умом понимаю, а сердце молчит, может если бы встретились, то я бы почувствовала материнское тепло и свои дочерние чувства, а так будто читаю фрагмент из книги об интересном герое.

Я, конечно же, отвечу, но напишу не повелению души, а скорей всего для того, чтобы доставить ей несколько приятных минут, ведь она ни в чём не виновата, так распорядилась судьба, обязательно вышлю фотографии, и постараюсь в ответе не выказать то, что сейчас наговорила тебе.

— Доченька, а я тебя ни к чему и не обязываю, просто, действительно, прояви немножко сердечности, а в жизни всяко бывает и всё ещё может быть, это я могу тебе сказать совершенно определённо.

Глава 48

Фрося прекрасно понимала и принимала чувства Ани к Риве, но не могла она лишить замечательную женщину хотя бы той крупицы радости, получать маломальскую информацию о взрослой дочери, которую она потеряла много лет назад двухмесячным ребёнком.

Как было отказать Риве сейчас в общении, хотя бы через переписку, после того, как она обрела вновь свою кровинушку.

Как можно было, не дать возможности, получать от Ани если не дочернюю любовь, то хотя бы её отголоски:

— Анюточка, прежде чем, я тебе расскажу о моей встрече с Кларой Израилевной, вернусь на минутку к обсуждению твоей связи с Ривой.

Бабушка нашего Сёмки, примерно тридцать лет назад потеряла своего сына.

Не важно, что были другие обстоятельства и причины, но она в этом виновата так же, как и Рива, только последняя своим поступком спасала жизнь своему ребёнку, а у Клары Израилевны даже не было такого шанса.

Ты, Анюточка, попала в мои руки и я надеюсь, что тебе об этом жалеть не приходится.

Мать улыбнулась дочери, положив на её руку свою натруженную ладонь:

— Мы только догадывались, что где-то, возможно, обитает женщина, которая произвела тебя на свет и, чего греха таить, мало задумывались, как она живёт со своей страшной потерей, а она только сейчас поймала тоненькую нить, связавшую её с, казалось бы, исчезнувшей навсегда дочерью.

Так вот, я перехожу плавно к повествованию о нашей поездке в Москву.

Слёзы потекли по щекам Фроси, когда она описывала момент, как пожилая женщина опустилась на колени перед своим внуком, о существовании которого она даже не могла предположить: