Чтение онлайн

Я и заверил его, что такое больше не повторится, по крайней мере при мне не больше трёх рюмок.

Как ты? Сейчас, вроде выглядишь неплохо…

— Маричек, я в душ, а ты ныряй под одеяло и скоро проверишь моё самочувствие.

И женщина смеясь, побежала в ванную.

Фрося вернулась в спальню свежей после принятия холодного душа, обкрученная полотенцем.

Марк уже лежал в кровати, укрытый по пояс одеялом, закинув руки за голову и улыбаясь, смотрел на вошедшую в комнату любимую женщину.

Фрося сорвала с себя полотенце и голенькая нырнула под бочок мужчины, легла головой к нему на грудь, нежно гладя живот и спускаясь рукой всё ниже и ниже…

Мужчина не сопротивлялся ласкам, в свою очередь, гладил её по влажным после душа волосам и атласной спине.

Фрося накрыла ладонью вздымающегося удальца и тот в её пальцах мгновенно окреп, и женщина, обхватив ствол покрепче, несколько раз подняла и опустила кожицу, в ответ раздался тихий стон Марка:

— Фросенька, миленькая, иди ко мне, иначе я сейчас возьму инициативу на себя…

— Нетушки, нетушки, мой любимый.

И с этими словами губы её плотно захватили головку и язык прошёлся по всему конусу, дразня и возбуждая и без того яростный пламень, от которого даже дрожь побежала по телу мужчины.

Он ухватился за её плечи и потянул на себя:

— Фросик, душа моя, умоляю, прекрати терзать меня, я хочу тебя всю, всю без остатка, а то я скоро взорвусь, а я уже не молодой человек, чтоб потом быстро восстановиться.

Фрося откинула в сторону одеяло, перекинула ногу через тело Марка и медленно ввела в своё разгорячённое лоно готового к наслаждению удальца.

Она сидела, не шевелясь с улыбкой глядя на любовника, а тот нежно гладил пышные полушария грудей, целуя и покусывая задорно торчащие коричневые клювики.

Наконец, руки Марка с мягких полушариев грудей спустились на широкие упругие полушария бёдер и несколько раз приподняли и опустили на себя тело женщины, и она не в силах больше сдерживаться, наращивая темп закачалась над ним.

За эти почти четыре года, которые Фрося провела в обществе Марка, она превратилась в страстную женщину, в настоящую жрицу любви.

Ведь это был первый мужчина, с которым она на протяжении такого длительного периода находилась в интимной связи.

Примерно такое же время Фрося была не законной женой Алеся, но тогда она была, то кормящая, то беременная, то опять кормящая.

Наезды в деревню Алеся были крайне редкими и возле них всегда копошились совсем малолетние дети.

К этому надо ещё отметить, что после грубых половых отношений со Степаном, она вовсе превратилась в деревяшку и под воздействием любви к Алесю, только-только начала просыпаться, чувствуя какое-то наслаждение от интимной близости.

Двенадцать лет полного воздержания и то, что когда-то в ней только начало просыпаться, опять ушло в спячку.

Наверное, если бы не Семён, она уже не дала бы телу послабления, потому что, именно Семён разбудил в ней эту чувственность, смелость и желание получать и дарить наслаждение.

Ах, с тех пор прошло уже столько лет, её сыночку уже семнадцать с половиной.

До сих пор больно вспоминать, какой скоротечной была та любовь с Семёном, а в последствии, короткий роман с Виктором можно смело поставить не в счёт.

Да, с Марком они тоже не регулярно занимаются любовью, но очень даже может быть, что от этого их встречи всегда носят характер урагана, а может быть это потому, что между ними не существуют супружеские обязательства.

Они всегда буквально накидывались друг на друга в длительных и коротких командировках в номерах гостиниц, за две недели пребывания на юге возле моря превращали их страсть в безумство.

И даже короткие свидания на даче или посередине дня в её квартире, ещё больше подогревали их любовное томление.

Иногда они не в силах сдерживать себя, как юнцы пускались во все тяжкие прямо в рабочем кабинете Марка.

Глава 9

После бурного оргазма удовлетворённые любовники с учащённым пульсом и с блаженными улыбками, медленно приходили в себя, возвращаясь с небес, куда их заносила всегда бурная взаимная страсть и Души постепенно находили свои места в привычной оболочке тел.

Марк с Фросей лежали рядом голова к голове на подушке, восстанавливая дыхание.

В затянувшемся молчании оба всё явственнее осознавали, что вчерашний сложный разговор далеко ещё не окончен, а завершить его было необходимо и кто-то первым должен был нарушить хрупкую тишину, хотя понимали, что после этого вряд ли станет легче, а, скорей всего, в их отношениях всё намного усложнится.

Первой не выдержала Фрося:

— Марик, я не хочу причинить тебе дополнительные душевные муки, но было бы по отношению ко мне не справедливо, а возможно, и вредно для нас обоих, не довести начатый вчера разговор до логического завершения.

Я буду последним человеком на земле, который хочет тебе доставить неприятности, поэтому приму любое твоё решение о дальнейшем развитии нашего совместного будущего.

Мне многое в своей жизни пришлось преодолеть, смогу и это, как бы мне не было трудно.

Ты же знаешь, что ради благополучия своей дочери, не смотря на то, что душа моя буквально разрывалась от боли и до сих пор кровоточит, пошла на то, что бы расстаться с ней и, возможно, навсегда.

Честно признаюсь, не очень надеюсь на то, что когда-нибудь смогу с ней встретиться.