Фтор
Шрифт:
— А мне одиннадцать. Я тоже читаю.
— Что ты сделала? Кого-нибудь убила?
— Ты так и не спросил, как меня зовут.
— А если спрошу, ты расскажешь, что сделала?
— Нет. Я не должна рассказывать.
Арло пожал плечами, хотя его бесило, что его слова вновь оставили без внимания. Эта девчонка не походила на преступницу, а ведь, если верить Атону, в тюрьму Хтона попадали лишь самые злостные правонарушители. Что она могла сделать, чтобы заслужить такой приговор?
— Я могла бы наврать, — сказала она. — Я это здорово умею. Ты бы и не понял, верно?
— Понял бы, раз ты предупредила, что врешь!
— Но я бы сделала вид, что говорю правду.
Арло ее рассуждения показались слишком хитроумными.
— Кокена считает, что люди всегда должны говорить правду.
— А ты сам?
Он вспомнил о вынужденной лжи, которую говорил матери.
— Нет.
— Так что?
— Ладно. Как тебя зовут?
— Паллада. Это тоже вранье.
— Почему?
— Потому что настоящее имя выдало бы, что я сделала.
— Тогда почему же ты жаждала открыть мне свое имя?
— Чтобы ты лучше узнал меня.
— Мне для этого не нужно имя!
— Нужно. Имя девушки мучительно важно.
— Не для меня.
— Для краткости можешь звать меня Ада.
— Обойдусь без имени!
— Ты прелестен, когда бесишься.
— Вот твоя еда, — буркнул он и сунул ей под нос подпаленное пузырящееся мясо.
— Можно, конечно, Алла или Лада, но мне больше нравится Ада.
— Так почему ты в тюрьме?
— Здесь я не в тюрьме. Я — бывшая узница из Ада.
— Я не это имел в виду.
— Ух ты! — вздохнула она, понюхав скатомедузу. — Наверное, лучше было оставить ее сырой.
— Ты же обещала мне все рассказать, если я спрошу, как тебя зовут!
— Я обещала тебе соврать, — ответила она. — Что я и сделала.
— Вранье насчет имени не считается!
— Вранье, — сказала она вкрадчиво, — свелось бы к тому, что я сказала бы тебе, почему меня посадили в тюрьму.
На какое-то мгновение он был сбит с толку.
— Не понимаю тебя!
— А тебе нужно?
— Да!
— Зачем?
— Не знаю, — уныло признался он.
— Можешь забрать свою горелую рыбешку!
— Зачем?
— Чтобы отплатить мне за вранье. Наказание. Месть.
— Так ведь еда пропадет.
— В таком случае можешь сделать мне больно как-нибудь иначе. Например, ударить.
Арло задумался. Предложение было весьма привлекательным, хотя не исключено, что она, опять его дразнила. Его удар не достигнет цели — или окажется поводом для смертельного ответа. Именно так дрался Атон, и даже в игре он был опасен. Зато так можно проверить, понимает ли она что-нибудь в драке. Если он нанесет сильный удар, быстро поставит блок и одновременно отпрыгнет, игра будет стоить свеч.
— Да.
— Ударь меня! — проговорила она, заложив руки за спину и подняв голову. Так она была очень мила.
Арло ударил.
Его кулак быстро и сильно поразил ее подбородок и отбросил девочку назад. Он был доволен — ему удалось предотвратить встречный удар и без вреда покинуть пределы ее досягаемости.
Ада упала, словно сломанный сталагмит. Затылок хрустнул о каменную стену. Она лежала почти так же, как и тогда, когда он нашел ее, но на этот раз не плакала.
Тотчас же Арло раскаялся в содеянном. Он не осознал, насколько он крупнее ее и сколь слабо ее сопротивление. Теперь стало очевидно, что Ада — ничтожный боец. Она взбесила его и навлекла на себя воздаяние, ожидая разве что чисто символический удар. Он был расстроен, но не собирался причинять девочке вред.
Арло сел на корточки и осмотрел ей голову. Сквозь желтые волосы сочилась кровь, окрашивая их в алый цвет. Он зачерпнул воды в реке и плеснул Аде на голову, чтобы промыть рану. Девочка была жива, но он знал, что повреждение головы способно медленно убить ее или превратить в зомби. Потеря крови тоже вредна и к тому же могла привлечь хищников.
Арло понял, что убийство дается ему намного проще, чем лечение.
— Хтон! — с болью воскликнул он, обращаясь за помощью к своему другу-богу. Но Хтон по-прежнему не отвечал.
Арло быстро прикинул свои возможности. Можно бросить ее в реку, сплавить к ближайшей китомедузе. Китомедуза средних размеров способна за несколько часов проглотить скелет. Но Ада была еще жива и, несмотря на неприятности, которые она ему доставила, он не хотел, чтобы она умерла. Не считая взрослых, приятелей у него никогда не было. Теперь он понял, как их ему не хватало.
Можно рассказать все родителям. Но Атон с недовольством отнесся бы к появлению в пещерах человека, а Кокену оно бы расстроило. Родители прогнали бы Аду назад в тюремные туннели, чего Арло не хотел. Девочка произвела на него сильное впечатление, в природе которого Арло не мог разобраться. Но он не желал, чтобы она ушла, пока он в этом не разберется.
Можно отнести ее в свой сад хвей — тайное место, о котором даже родители не знают. Ада сказала, что хвеи растут только на планете Хвея, но это неправда. В саду можно оказать ей помощь и накормить, пока она придет в себя — если это случится. А если нет — в реке полно китомедуз.
Так рассуждал его разум, но и чувства уже вступили в дело. Он причинил девочке боль — и обязан помочь ей. Он почти не знал ее, но она обещала заполнить возникшую в нем вдруг пустоту.
Арло поднял Аду, вновь удивившись, какая она легкая, и понес вниз по реке. Ее голые ноги свисали с его левого плеча, а запачканные кровью волосы — с правого. И опять он почувствовал непривычную боль от угрызений совести.
Никогда в жизни он не нанесет больше бездумного удара.
Арло миновал камнетеску — серое, в рост человека, животное, покрытое плотно прилегающими чешуйками, — которая, стоя на задних лапах и опираясь на хвост, соскабливала зубами съедобное свечение. Она была сильна, но безопасна. На ней можно было проехать верхом и без вмешательства Хтона. Вряд ли кто из пещерных созданий был так послушен, как камнетеска.
— Отлично! — воскликнул Арло. — Ношу повезет камнетеска.
Но тут же сообразил, что ничего у него не получится. Ехать верхом — это одно, а заставлять глупое животное везти груз — совсем другое. Только Хтон мог до такой степени управлять им. Камнетеска понимала, что Арло ей не угрожает, и поэтому игнорировала его. Тут помощи не найти.