Чтение онлайн

– Ты сам так решил?

– Это факт, спорить с которым бессмысленно и глупо. Ну откуда? – почти с отчаянием всплеснул я руками. – Откуда такая тупая, невероятная уверенность в своей правоте?

– Ты будто сам не русский, – усмехнулся Владимир Леонидович.

– Я уже и сам не знаю, кто я такой, – я тяжело вздохнул и устало провел ладонью по лицу.

– Ты только особенно не зацикливайся на идее собственной исключительности.

– Что? – удивленно посмотрел я на Ворного.

– Ну, это я насчет твоей силы, которая якобы споры пробуждать может. Глупость все это, Петр Леонидович. Не знаю, кто вбил тебе в голову эту мысль, но, поверь мне – глупость.

– Давай проверим?

– Давай, – безразлично пожал плечами Владимир Леонидович.

– Прямо здесь?

– Нет, лучше в гостиницу вернемся.

Майор Ворный подошел к краю тротуара и махнул рукой. Из переулка выехал черный «Додж» – тот самый, что в иной реальности столкнул в реку «Тойоту» гостей из будущего, – игнорируя правила уличного движения, пересек встречную полосу движения, развернулся и остановился возле нас.

Владимир Леонидович распахнул передо мной заднюю дверцу, а сам сел спереди.

Всю дорогу мы молчали. Да и о чем говорить? К тому же за время прогулки мы не успели далеко отойти от гостиницы.

Войдя в номер, я снял пиджак, подвернул рукава, как готовящийся к выступлению престидижитатор, сходил в ванную комнату и вымыл руки.

Владимир Леонидович ждал меня в гостиной, удобно устроившись в похожем на маленький диван низком кресле с широкими подлокотниками.

– С чего начнем? – натянуто улыбнулся я.

Не то чтобы я засомневался в своих возможностях, которые обрисовал мне Ахав, однако демонстрация их на людях начала казаться мне довольно глупым и никчемным делом. Кому и что я хотел доказать? Да и зачем? Завтра – Облонск. Через три дня я вернусь домой. И больше никогда, никогда и ни за что сюда не вернусь. В конце концов, почему я один? Должны быть и другие герои, способные спасти мир.

– Для начала прими таблетку, – посоветовал Владимир Леонидович. – А то ведь потом сам не поверишь, что это было на самом деле. И будет тебе, дружище, мучительно больно.

Я молча налил в стакан минералку, выдавил на ладонь одну из таблеток, что дал мне майор, и демонстративно проглотил ее.

Владимир Леонидович улыбнулся и приглашающим жестом указал на журнальный столик, который он уже предусмотрительно освободил от всего лишнего.

Я вдруг сообразил: у нас же нет самого главного, что требуется для проведения эксперимента.

– А где взять споры? – растерянно посмотрел я на Ворного.

– Да не проблема, – Владимир Леонидович достал из внутреннего кармана пиджака небольшой пластиковый флакон-дозатор. – Тебе сколько?

– Одной, я полагаю, хватит.

– Пусть будет пять, – Владимир Леонидович взял стоявшее на краю обеденного стола блюдце и пять раз надавил над ним на поршень дозатора. – А то вдруг какие-то уже всхожесть потеряли, – и поставил его на журнальный столик, прямо передо мной.

Я смотрел на кажущееся пустым блюдце и не знал, что делать. Ахав говорил, что все должно произойти само собой. Но сколько времени нужно ждать, чтобы споры начали прорастать? В ресторане «Острова Длинного Ганса» это, помнится, произошло очень быстро, у всех на глазах.

– Ну, как? – очень серьезно поинтересовался Владимир Леонидович.

Я жестом попросил его проявить терпение.

– Может быть, тебе нужно произвести какие-то пасы руками? – предположил майор Ворный. – Люди, утверждающие, что обладают особой энергетикой, обычно именно так поступают.

Я смотрел на белое блюдце, и мне казалось, что я различаю крошечные споры, внутри которых находятся сотни спящих уинов. Мысленно я умолял их проснуться. Мне почему-то вдруг пришло в голову… Нет, я почти поверил в то, что, если мне сейчас, на глазах у майора Ворного, удастся оживить споры, он непременно изменит свою точку зрения в отношении информационных нанотехнологий. В самом деле, если люди, пусть даже не все, а только некоторые, обладают способностью пробуждать к жизни споры информационных башен, значит, наша природа едина. Значит, глупо и дальше пугать себя угрозой вторжения некоего чуждого разума, решившего уничтожить жизнь на Земле. Значит, бороться с процессом распространения единого информационного пространства на территорию России бессмысленно. Рано или поздно это все равно произойдет. Потому что людей, наделенных моими способностями, будет все больше с каждым годом…

– Может, тебе выпить стоит? – выдвинул новое предложение Владимир Леонидович. – Шаманы некоторых северных народов, для того чтобы войти в транс, жуют мухоморы.

– Ты мне мешаешь.

– Извини.

Владимир Леонидович сложил руки на груди и провалился в кресло.

Я встал со своего места, подошел к бару, выпил стакан минеральной воды.

– Притомился? – спросил, не скрывая иронии, Ворный.

– Я только начал.

– А сколько сейчас времени?

Я подошел к стулу, на спинке которого висел пиджак, и сунул руку в специальный маленький кармашек для часов. Кармашек оказался пуст. На всякий случай я осмотрел другие карманы, даже в брючные забрался, но все было напрасно – подарок жены исчез.

– У меня пропали часы, – растерянно произнес я.

– Не эти, часом?

Ухватив двумя пальцами кончик брелока с зажимом, Владимир Леонидович вытянул из своего кармана большие круглые часы с откидной крышкой, на внутренней стороне которой, вне всяких сомнений, имелась полустершаяся гравировка «Петръ Леонидович Максинъ».

Я протянул руку за часами, но майор Ворный дернул брелок, подкинул часы вверх и, поймав, зажал их в кулаке.

– Где ты их взял? – спросил я, испытывая самые нехорошие подозрения.

– Не взял, а изъял, – уточнил Владимир Леонидович. – У одного из активистов «Зеленого Мира», известного под прозвищем Исмаил. Тебе это имя ни о чем не говорит?

– Я видел, как Исмаила убили твои ребята.

– Ну, значит, это был не тот Исмаил. Тот, которого мы взяли, утверждал, что ты сам подарил ему часы.

– Он солгал.

– Я так и подумал. Но знаешь, Петр Леонидович… – майор Ворный вытянул шею, как будто хотел заглянуть мне за спину. – Как там твои споры?

Я оглянулся. Блюдце оставалось пустым. Ни малейшего намека на рост.