Чтение онлайн

Вперёд вырвались те самые горбатые и зубастые твари. Они гибнут от одного хорошего тычка артефактным мечом, но при этом сильные и проворные. Позади, отставая всё сильнее, мчалась сборная солянка: огромные Ломатели высокие и худые маготвари; какие-то здоровые, не встречавшиеся нам в прошлом сражении химеры и некротвари. Наверняка где-то там и невидимки, а, возможно, и очередной эфирник-зелонец – который и гонит всех их по нашим следам. Откуда он, кстати, знает, куда нужно двигаться? Откуда знает, что предыдущий отряд мы разбили? Есть ли у них артефакты связи, подобные нашим? Если они научились их ломать, то могут ли повторить их действие? Уж если они сумели обойти ограничения на левитацию и невидимость…

Старший лейтенант спрыгнул на землю рядом со мной, стянул шлем, подшлемник, оставшись с парящей на морозе непокрытой головой и честно признался Ларигу:

– Сглупил. Надо было, чтобы вы не ждали, пока перевяжем раненных, а бежали обратно, к своему опорнику.

– Скажи ещё, что вообще не должны были идти к вам на выручку. По отдельности нас точно сожрут.

Худой, это отчётливо было видно даже в броне, старший лейтенант давильщиков пожал плечами:

– Всё равно придётся оставлять заслон. Не ожидал, что эти новые химеры не только шустрые, но и выносливые. Эдак они вцепятся в нас раньше, чем до ранца доберёмся.

– Нужно было нам с собой его таскать, – сплюнул Лариг.

– Нам это не помогло, – отрезал офицер давильщиков, на впалых щеках вспухли желваки. – А к хорошему быстро привыкаешь. Тем более вам по новому уставу его нужно лишь иметь на опорнике.

Мой командир промолчал, оглянувшись на перешедших на шаг бойцов. Я тоже смотрел туда, представляя, как это будет происходить.

– По-хорошему всё одно нужно оставлять всех моих вместе с ранеными. Они задерживают, да и мы, в тяжёлых доспехах – не бегунцы. Или вовсе всех, отправив бежать троих-пятерых из твоих помоложе и пошустрее, да с магом. Пусть Кавир здесь зажжёт.

– Согласен, Самор… – Лариг кивнул.

В этот момент я решил прервать их рассуждения:

– Не пойдёт.

Всё равно это плохой план.

– Чего это? – офицер давильщиков впился в меня взглядом. – Ты не слышишь нас? Позволить вцепиться нам в спину – отвратительная идея.

Пришлось напомнить:

– Ваш огневик почти пустой. Толку от него здесь не будет, а к опорнику ещё хоть немного восстановится.

– Из него бегун так себе, – жёлчно усмехнулся давильщик.

– Всё совсем не так сделаем. Здесь останусь только я, – уточнил. – И голем.

– Смысл этого подвига?

– Ваш отряд обогнут и продолжат погоню. А одного человека попытаются смять.

– И сомнут! Думаешь накроешь всех этим заклинанием Мечей? Да они рассыпятся по всему полю!

– Лариг, – я требовательно глянул на лейтенанта.

Парень нехотя протянул:

– Полсотни он точно порубит и без этого.

Давильщик скривился:

– Что-то я не заметил таких подвигов час назад.

– Так тогда у меня была другая задача.

– А что ты будешь делать с остальной полусотней? – жёлчью в словах офицера можно было испортить весь котёл с обедом бригады.

Мне всё это надоело, ведь время убегало:

– Ты сам признал, что допустил ошибку час назад…

Давильщик вздрогнул, потемнел лицом, но меня это не остановило:

– Мы равны в званиях, а у меня есть командир, который лучше тебя знает пределы моей силы. Лариг! Твой приказ?

Парень замер под моим взглядом… Встряхнулся, выпрямился и чётко произнёс:

– Лэр старший лейтенант Аор Ранид, приказываю прикрыть отступление основного отряда и задержать противника.

– Есть!

Я ударил в грудь кулаком. Спустя секунду требовательно прикрикнул:

– Валите отсюда, не тратьте времени зря!

Слушать шипение давильщика я даже не стал. Мой вариант лучше: одного человека они не будут огибать, если бегут без командира. А зелонец вряд ли может бежать вровень со своими химерами. Да и если попробуют обойти, то у меня найдётся, чем их удивить – что бы там ни думал этот давильщик. Это явно не тот случай, когда имело смысл экономить ману. Крепость должна знать о нападении, а я не видел ни одного дымного столба ни справа, ни слева – вплоть до горизонта. Несмотря на мои усилия переключиться, мысли упорно возвращались к тому, что мы, похоже, остались единственным выжившим отрядом. А это означало, что я должен был любой ценой дать парням добраться до ранца. Ну и молиться Создательнице, чтобы он оказался цел.

Оставшиеся до схватки минуты нужно было провести с максимальной пользой. Я выдернул эспадон из крепления на големе и трусцой вернулся ближе к пескам – туда, где пролегал кратчайший путь для преследования. Невытоптанный снег хрустел под ногами. Меня опять захватило чувство повторения. Ощущение, что это уже происходило со мной и сейчас опустится ночь, а сзади подойдут парнеи сержанта Дорга, мои соученики… Вот от их помощи я бы точно сейчас не отказался. Ухмыльнувшись этой мысли, я вслух сказал сам себе:

– Пустое.

Из схожего здесь только снег. Вокруг не было ни стен крепости, ни воя ветра, да и враги не столь сильны, как тогда: никаких Тёмных Мастеров, а на этих горбатых тварей хватит и честной стали да моей магии.

Я аккуратно воткнул меч в щель между камней, чтобы он не падал и опустил обе ладони на шар от посоха, отправляя взгляд к скрытому внутри него Средоточию. Артефакт, давным-давно взятый в бою с тела тёмного, подарил ощущение покоя и силы; позволил глубже нырнуть в стихию, стать ближе к ней; помог сделать чуть больше, чем доступно мастеру магии.

Пришло время помощи не с заклинаниями, а именно с родством стихии. Придуманный мной ритуал-заклинание работы с големами позволяет не только упростить принятие ими, крохотными кусочками стихии Земли, в себя жизнь. Можно с его помощью и совершить обратное: пустить в меня частицу Земли.

Пыль, что летом так портила жизнь всем бойцам, а сейчас, замёрзшая, скрывалась под снегом – потянулась ко мне со всех сторон. Тонкие ручейки касались сапог, взбирались по телу всё выше и выше, покрывая меня тонкой коркой. Не знаю, верно ли, но мне казалось – я теперь защищён ничуть не слабее, чем древний Джаггернаут, поверженный мной на представлении для старика Версуса. Кольчуга с зерцалом-артефактом, Доспех, а сверху ещё и корка каменной защиты. Хотя как коркой: я не ощущаю её веса, да гибкостью она может сравниться с простой тканью. Человек-голем. То, что я назвал Плотью голема.