Чтение онлайн

Твари… Я требовательно протянул руку к Катирии:

— Зелье!

— Обойдёшься! Сейчас убьём эту тварь, и кто будет химер убивать? Я? Обе порции мои.

Не дав мне ответить, девушка метнулась в башню, я, выругавшись, рванулся за ней. Позади раздалось:

— Сержант Одис с десятком, пошёл! Сержант Бракт с десятком, пошёл!

Я едва добрался до ступеней винтовой лестницы через завал из туш химер и камней. Сами ступени оказались покрыты толстым слоем слизи и того, что тварям заменяло кровь, заставляя скользить сапоги. Враги напирали сверху потоком, но големы пробились, прорубились из башни на стену. Катирия двинулась налево за Гвардейцем, а я направо за Костяшкой. Мечник лежал в двух шагах от выхода из башни, погребённый под двумя огромными химерами-богомолами.

Минута, и мы расчистили кусок стены, а солдаты сбили строй, перекрыв его щитами. Вот только нам нужно было дальше, туда, где лоснилась спина огромного Илиза. Спустя ещё десять минут рубки, шагов по спинам упавших солдат, по алым плащам, на которых не видна наша кровь, мы оказались на месте. Там, где по спине Илиза на стену забирались сотни химер. Вид был в числе тех, кто отдал за это жизнь. Дважды мы пытались выдавить этот поток и дважды нас отшвыривали назад, до самой башни, едва не сбрасывая со стены. В третий раз мы отбросили химер на два десятка шагов, ступив на спину Илиза. Я потерял Костяшку, а из того десятка, что пошёл со мной в третью атаку, в живых остались лишь трое. У меня самого давно не осталось ни Плоти голема, ни маны в зерцале брони. Впереди стояли последние пять строевых големов поднявшихся на стену, за ними мы четверо. Остальные бойцы едва сдерживали напор химер слева и справа на стене, не давая ударить нам в спину. Но самое главное оказалось сделано.

Мы прикрываем своими телами Аувида, а он опускается на колени. Его ладонь касается грубого, изрытого рытвинами хитина и архимаг застывает. И ничего не происходит. На нас наваливается новая волна химер, поднимающихся по спине Илиза, словно по дороге, захлёстывает големов, переваливает через них, и мы встречаем её болтами и сталью. Я слышу за спиной невнятный вскрик, на миг заглушающий шум боя. Ещё одно мгновение и в меня полноводной рекой врывается магия.

Вот только аура чиста, в ней ни единого готового заклинания, а нас вот-вот сомнут. Но первое, что я делаю, ору приказ, забыв, что теперь можно ограничиться мыслью:

— Гвардеец, активация!

Доспех на себя из Орба. Хлысты. Давно въевшиеся в кровь плетения почти не требуют от меня участия разума. Два Улья начинают впитывать ману, создавая запас воздуха, только у парней передо мной уже нет времени: их погребло под валом хитиновых тварей. Но выщербленный эспадон уже зажат в Хлысте, а заклинание надёжно крепит меня к гигантской твари. Удар. Только брызги слизи во все стороны.

Это не налившимися свинцом руками железом махать. Таким ударом, я, пожалуй, разрубил бы и доспехи пополам. Но я не сделал ошибки и эспадон прошёл над парнями, не задев их. Ещё взмах, ещё, расчищая перед собой пространство. Вперёд улетел первый Улей, встретивший химер жалами воздушных игл.

Сверху, казалось, над самой головой грянул гром так, что нас всех едва не сбросило вниз ударом воздуха. Зелонский архимаг явно хотел отомстить за смерть гигантской твари, но Источник города снова работал и Купол успел прикрыть нас от удара.

А я нашёл мгновение, чтобы обернуться и оглядеть стену за собой. Гвардеец замер, буквально облепленный химерами, но его броня должна была продержаться ещё несколько мгновений, а в ход уже пошли метатели и на этот раз одно попадание — одна смерть, да и накопители брони жадно поглощали ману, снова делая солдат почти неуязвимыми. Они вот-вот отобьют Гвардейца. На другой стороне стены дела тоже шли отлично — там стеной стояло пламя. Пожалуй, и нам стоит отойти, раз своё дело мы сделали. Конфликт вперёд, перемалывая набегающих тварей. На ногах три строевых голема и два бойца, покрытых слизью и кровью. Третий лежит у наших ног с пробитым забралом.

Я склонился к архимагу Аувиду. Лицо со впавшими глазами и заострившимися чертами походило на маску мертвеца, но он был жив. Я видел дыхание и ощущал потоки магии, даже сейчас ползавшие по его ауре. Пришла пора отступать. Короткая команда:

— Отходим! Берите!

Не знаю, чьи перед нами стояли големы, ротных отметок не видно под слоем крови и слизи, но я надеялся, что поводырь отведёт их за нами. Стоило мне сделать шаг назад, как и големы повторили его. Отлично.

На стену мы вернулись. Вот только я так и не понял, как мы вообще сумели без магии, без артефактной поддержки добраться до этого проклятого Илиза. Сейчас, отступая, я каждые два шага был вынужден бить Секирами, создавать Ульи один за другим, чтобы дать Гвардейцу возможность отойти и переактивировать Исток. Я буквально ощущал как от такого обращения разогревается кристалл, внося помехи в контуры вложенных в него плетений, как падает мощь потока маны и грозит вырваться из-под контроля, сжигая моего голема и нас. Но выхода не было. Иначе нас просто захлестнул бы вал химер. Из-за спины летели болты, вспыхивающие разноцветными огоньками на хитине тварей, големы мерно махали мечами, я то и дело разрубал очередную проскочившую мимо них химеру. И все равно использовал магию, делая глоток за глотком обжигающей маны из Истока, только чтобы не оказаться погребённым под напирающими врагами.

На половине пути, всего в пяти шагах от стены, оглянувшись для очередного шага, я увидел знакомый меч, торчащий из покрытой шипами туши. Здесь. Это случилось здесь. Несколько секунд потратил, чтобы наполнить маной Двойной пробой и буквально смести химер со стены. Выигранного времени мне хватило, чтобы сбросить мёртвую тварь вниз, к основанию стены и освободить из-под неё Катирию. В боку девушки зияла страшная рана, но она была ещё жива, а на груди висела фибула лечебного амулета, сейчас снова полного маны. И дальше я шагал, отягощённый ношей, благодаря Создательницу, что лейтенант всегда предпочитала облегченный доспех. Впрочем, половина бойцов тащила одного, а то и двух товарищей.

Башня, спуск, подножие. Только здесь я сумел перевести дух, скользнуть за спину пусть жидкого, но полноценного строя в три ряда. Вдоль стены лежал ряд раненых, скользнув по нему взглядом я обнаружил еще знакомое лицо и, уложив девушку рядом с беспамятным Каиром, я, наконец, смог внимательно оглядеться по сторонам и ничего радостного не обнаружил. На наш пятачок стены, казалось, напирало все море химер. Даже вторая стена, оставшаяся почти без солдат, стала тварям неинтересна. Все они старались убить нас. Неудивительно: такая здоровая тварь, как этот Илиз была среди химер одна. Выходит, что мы уничтожили единственный шанс зелонцев выполнить приказ Кернариуса и отбить основы Маяков. Это радовало, вот только то чудо, что помогло нам сюда добраться, закончилось. Здесь мне никакой заемной маны не хватит, чтобы проложить дорогу обратно. А остальные архимаги едва ли не на другой стороне города. Сколько им понадобится времени, чтобы добраться до нас? И протянем ли столько? Мой взгляд невольно скользнул к подсумку на поясе ближайшего солдата. Там оставалось едва десяток болтов. Хмыкнув, потянул из Орба заготовку для Града клинков и тут все закончилось.

Я забыл о Повелителях. А им теперь не нужно больше втягивать зелонцев в схватку и приманивать ближе к городу. Даже зелонские архимаги показали себя, а Илиз был мертв. Теперь у наших Повелителей оказались развязаны руки и они нанесли удар, едва пришли в себя. По прорвавшимся на и за стены химерам ударил Гратой. Я уже видел такое. Химеры внезапно начали метаться. Не знаю, что именно он сделал — убрал там кислород, запретил воздуху вливаться в тварей, сделал его ядовитым — но действовало это быстро. Такие огромные твари очень далеко ушли от своей основы — насекомых, не зря же они могли кричать, вот и дышать им требовалось часто и много. Минута агонии и все вокруг оказалось завалено мёртвыми зелонскими тварями. За городом ударил Магнивар, наполнив поле каменными скульптурами.

По мне лучше бы они поменялись местами. Ведь все эти туши ещё нужно будет убрать из города.

К темным все это. Внезапно обессилев, я то ли опустился, то ли упал рядом с Каиром, чьи окровавленные черты были едва узнаваемы и с трудом стянул шлем и мокрый от пота подшлемник. К темным все это.

— Повелитель!

Ворвавшийся в кабинет поступил так, как не делали уже сотни лет, со времён Темных веков: не просто приложил руку к груди, но и опустился перед этим на колено, отбросив назад полы плаща. Архимаг Виор Раст, родившийся тогда, когда выросшие на руинах Артелидии деревья ещё мог обхватить мужчина в одиночку, один из первых его учеников, на которых он и возлагал надежды, объявляя о предательстве Владык и взывая о помощи.