Чтение онлайн

С ней или без, на возню со стыковочным узлом, заправку топливом, а, главное, на составление нового программного обеспечения, последнее делалось на Земле, на всё это ушло девять дней. На десятый к «Салют-12» прилепился ещё один «сапсан». Ксения первой ждала Андрея у открытого люка, обняла, дважды поцеловала, потом лизнула в нос.

— От меня, от Ларисы и от Жульки.

— Принято! — рассмеялся тот. — Какая-то пара недель, а успел по вас соскучиться. Хоть впахивал не покладая рук. Луна Луной, а обед по расписанию. В смысле — прибытие туристов никто не перенесёт. Полировал старушку станцию до зеркального блеска.

— Я — старше станции. Тоже скажешь — старушка?

— Ты у меня самая красивая и молодая в мире, Ксю! — он схватил её и, ловко оттолкнувшись, закружил по отсеку, опыт пребывания в мире без гравитации накопил куда больший. — Всё, побаловались, веди к Леонову, доложу: прибыл для дальнейшего прохождения службы. Без тебя не разберусь, видел этот муравейник на подлёте, тут сам чёрт ногу сломит.

Неизвестно, страдал ли он первые сутки в невесомости, выглядел и вёл себя так, словно переступил порог родительского дома в Серебряном Бору. Даже румянец какой-то проступил, не частый гость на щеках тех, кто месяцами плавает в железных коробках и дышит искусственно очищенным воздухом.

От Андрея изливалась какая-то бешеная энергетика. Он был настолько вдохновлён и возбуждён будущим полётом к Луне, что, наверно, бросился бы с кулаками на любого, кто вздумал бы предложить себя вместо него.

За несколько часов до отделения лунной сцепки от «салюта» брат и сестра устроили ужин на двоих.

— Но всё-таки, почему — ты? Генерал сказал: «инициатива наказуема».

— Правильно сказал, — Андрей пожал плечами в тёмно-синей форменной куртке ВВС. — Но не только. Смотри. Я практически всё выполнил на той станции. Надо лишь заменить одну внешнюю антенну ретранслятора, без второго космонавта на подстраховке внекорабельная деятельность запрещена, поэтому закончу только, когда кто-то из наших профи привезёт пассажиров.

— Пятьдесят миллионов! Петрова сказала в первый день после взлёта, метнув харч в пакетик: готова терпеть такое мучение только за хорошие деньги. А эти странные люди сами готовы платить целое состояние.

— Странные? Греби сюда!

Через иллюминатор был виден лунный состав, не то чтобы дендрофекальное, но весьма экспромтом собранное сооружение. «Сапсан» прилетел, толкаемый ионным буксиром, отцепленным от «Союз-11». До этого робот-манипулятор захватил лунную ракету, двое космонавтов отсоединили проводку в обитаемом объёме в её головной части, саму кабину отрезали и толкнули на двигателях ориентации вниз, чтоб достигла атмосферы и сгорела, не засоряя низкую орбиту. На её месте через два дня оказался стыковочный узел.

Когда прибыл Андрей, его корабль тоже подвергся разборке, приборно-агрегатная ступень с орбитальным отсеком закрепилась отдельно на терминале, предназначенном для ремонта искусственных спутников, спускаемый аппарат пристыковался к МОК. Два дня ушло на соединение электропроводки, проверку цепей, перепрограммирование бортовой ЭВМ «сапсана», не предназначавшейся для работы с этой ракетой. Во время сеансов связи с куйбышевским «Прогрессом» на экране появлялись лица натуральных зомби. Поволжские конструкторы и инженеры, наверняка проклявшие Гагарина-младшего с его инициативой, спали не более четырёх-пяти часов в сутки, стыкуя в эскизах, а потом на макете два космических агрегата, пусть выпущенных в одних стенах, но для совершенно разных задач и условий. Отправка к Луне отложилась на сутки для дополнительного тестирования систем сборного сооружения.

То, чего не предусмотрели для посадки в марсианских песках — четыре телекамеры по периметру раструба главного двигателя. Автоматика автоматикой, почёт ей и уважуха, но пусть космонавт видит, куда опускается ракета.

Перед стартом конфигурация комплекса представляла собой очень длинную конструкцию из МОК, спускаемого аппарата от «сапсана» и ионного буксира, причём без воздушного шлюза. То есть Гагарину-младшему предстояло выйти из шлюза МКС, проползти по корпусу буксира до разгерметизированной кабины, задраить её и отправиться к Луне… да, задом наперёд, как и в прошлом полёте на стационарную орбиту, благо ускорение невелико.

— Никогда не любил сиденья против хода поезда, — признался он. — Когда сидишь у окна, и придорожный пейзаж несётся навстречу, как-то органичнее. Но всё равно — здорово. Не знаю, как на земную орбиту, а за билет на Луну точно отдал бы пятьдесят миллионов. Если бы они у меня были лишние.

— Ты, наверно, прав. Но мы уклонились от темы «если не я, то кто же», объясняй, почему не летит более опытный.

— Здесь состав неполный, мест размещения людей и свободного оборудования хватает. Вот пусть и занимаются по прежней программе, работы выше крыши. А тунеядец Гагарин, ему всё равно развлекаться нечем, летит изображать из себя супермена-спасателя.

Вот и весь ответ.

Ксения не отрывалась от иллюминатора, когда длиннющее сооружение отходило от станции. Сначала полыхнули огоньки двигателей ориентации, придавшие махине массой во многие десятки тонн начальное ускорение, она мучительно медленно принялась удаляться на безопасное расстояние. А потом девушка, как и другие обитатели «салюта», увидела довольно редко наблюдаемую картину: из сопла буксира вырвался синий ослепительно-яркий луч. Так светился ионизированный газ, вылетавший со скоростью около двадцати километров в секунду.

Скорость исполинского карандаша стала заметно расти, синяя точка уменьшилась и исчезла.

Ксения едва успела поймать слезу. В невесомости плакать нельзя: слёзы улетят в неизвестном направлении и вдруг чего-нибудь закоротят.

Космонавты не плачут.

19.

«В чём сила, брат? В правде!», — как-то обронил отец, Андрей спросил: откуда это, не получив внятного ответа. Гагарин-старший много раз бросал странные фразы, напевал песенки, нигде более не слышанные, но вряд ли им сочинённые.

В чём сила ионного реактивного двигателя? В смысле — не сила тяги, не мощность, не удельный импульс, а в разговорном значении. Ответ один — в способности работать долго, непрерывно, экономично, об этом повторялось много раз, тем не менее, это изобретение человеческого гения не уставало восхищать. Криптон, бесцветный инертный газ, сутками льётся из сопла — мизерный по массе, но со скоростью полёта частиц, более чем в полтора раза превосходящей вторую космическую в поле тяготения Земли.

Несколько дольше лететь к Луне, чем получив разгон от химической ЖРД, зато на ионной тяге эта сцепка может дотянуть до орбиты Марса и вернуться обратно, запасов воздуха, воды и еды хватит Андрею на дорогу в два конца. Вот только Земля убежит по своей орбите достаточно далеко и её не догнать, так что стоило бы найти более изящный способ для самоубийства.